Матч-центр Вчера Сегодня Завтра
не начался идёт окончен
Футбол

Дамир Камалетдинов: «В нашем «Памире» Рашид Рахимов учил африканцев русскому матерному»

Бывший футболист душанбинского «Памира» Дамир Камалетдинов, потом тренер местной мини-футбольной дружины, сейчас осваивается в Казани, как наставник местных любительских команд. Камалетдинов рассказал о том, как играл с Рашидом Рахимовым и какой был футбол в советские времена.

«В СОВЕТСКОМ ДЕТСТВЕ МЫ ЖИЛИ ФУТБОЛОМ»

— Дамир, ваше детство пришлось на восьмидесятые годы, и, как я понимаю, уже тогда вы определили для себя — только футбол, только «Памир»!

— Действительно, выбора у мальчика из советского Душанбе практически не было — только футбол. Правда, я месяца два походил на классическую борьбу, но как только задумался об игровом виде спорта, то сразу остановился на футболе. Местный «Памир» был в числе лидеров первой лиги чемпионата СССР, и вызывал к себе огромный интерес у жителей республики. Я с десяти лет начал заниматься в ДЮСШ «Памир», откуда в большой футбол вышли Алиёр Ашурмамадов, который играл в России за «Анжи», Валерий Горбач, выступавший здесь за «Факел» из Воронежа. Остальные фамилии вам, наверное, ничего не скажут, эти люди заиграли в таджикских командах второй лиги «Ходжент» и Ленинабада и «Вахш» из Курган-Тюбе, а после развала СССР так и остались в чемпионате Таджикистана.

— Сейчас говорят, что один человек, заигравший в профессиональной команде, это хороший результат из выпуска.

— Нельзя, по-моему, сравнивать условия подготовки советского времени и сейчас. На примере своей семьи скажу, что я сына не могу «выгнать» на улицу, чтобы он там занялся чем-то спортивной направленности. Компьютер, телевизор — вот все его интересы. Почему сына, потому, что две дочери уже выросли, а третья еще маленькая. А наше поколение с детства пропадало во дворах, гоняя, большей частью, футбол, а потом наиболее активные и целеустремленные попадали в спортшколы. Домой прибегали, чтобы покушать и одну серию «Ну, погоди» посмотреть, потому, что больше не показывали.

Тогда мы, ученики ДЮСШ, круглый год находились в деле, тренировались, играли в различных турнирах. Буквально, жили футболом. Как взрослые профессионалы. Каких только турниров не было — всесоюзные «Надежда», среди ДЮСШ, Сельские игры, местные республиканские под флагом общества «Хосилот». Я выпускной экзамен сдавал экстерном, не попал на «выпускной бал» потому, что был занят на Молодежных играх в Керчи и Севастополе.

Если человек не мог сразу перейти в команду мастеров, после окончания спортшколы, допустим, ушел в армию, то существовали всесоюзные турниры «Переправа», которые представляли из себя нечто вроде большой ярмарки для селекционеров. Маленький Таджикистан, кстати, дважды выигрывал эти «Переправы»…

— Как складывалась лично ваша профессиональная карьера?

— После школы меня взяли в команду «Вахш» из Курган-Тюбе, выступавшую на уровне второй лиги. Там было правило для команд второй лиги, чтобы в обязательном порядке играла местная молодежь. Мы играли в седьмой зоне чемпионата СССР, где основная масса команд представляла Узбекистан, плюс несколько команд из других республик Средней Азии — Киргизии, Таджикистана, Туркмении. Казахстан играл в своей, восьмой зоне. У нашей команды не было никаких шансов на то, чтобы побороться за лидерство с мощными узбекскими командами Бухары, Самарканда, Ферганы, но у нас и не ставилось такой задачи. И «Вахш» и «Ходжент» из Ленинабада существовали в качестве команд, где обкатывались молодые воспитанники таджикистанского футбола для подпитки «Памира».

Интерес к футболу на матчах нашей зоны был огромный. Я вспоминаю, как в Касансае построили местный стадион на 40 тысяч зрителей. Причем, строили методом хашара, вскладчину, каждый житель вложил сколько смог. И каждый домашний матч местного «Касансайца» собирал 40 полные трибуны, стадион буквально гудел. Вот в Казахстане, чьи команды составляли восьмую зону второй лиги чемпионата СССР, народ на футбол не ходил.

«РАХИМОВ БЫЛ АВТОРИТЕТОМ В НАШЕЙ КОМАНДЕ»

— Но вы во второй лиге поиграли недолго, перейдя в «Памир».

— Да, в 19 лет меня пригласили в основную команду республики, которая через год завоевала право выйти в высшую лигу чемпионата СССР. Команда у нас была на ходу, хоть и потеряла Валерия Сарычева и Олега Ширинбекова, которые перешли в «Торпедо» — будущего олимпийского чемпиона Алексея Чередника, ушедшего в «Днепр», Олега Малюкова, ставшего игроком ЦСКА. Но настолько сильно работали футбольные школы, что мы, играя только своими воспитанниками, смогли решить задачу выхода в «вышку». Рашид Рахимов и Хаким Фузайлов, Мухсин Мухамадиев, который поработал в «Рубине», и Владимир Сысенко, который здесь поиграл… Наши ветераны Вазген Манасян и Валерий Турсунов — все вместе это была очень сильная команда, очень дружный коллектив.

— В который пригласили в 1989 году сразу трех легионеров из Замбии. Зачем?

— Да, это были Дерби Макинка, Персон Мванза и Уисдом Чанса. Мне кажется, что их пригласили для популяризации футбола, привлечения зрителей на трибуны.

— Куда еще популяризовать? Понятно, что ее пытались решать в Куйбышеве, где в местные «Крылья Советов», выступавшие во второй лиге, пригласили болгарина Тоньо Минчева. Или в московский «Локомотив» взяли американца Дэнни Малхолланда. А «Памир» из первой лиги, наконец-то, пробился в высшую. Там вообще проблема лишнего билетика не должна была существовать!

— Плюс еще пошла политика большей открытости Советского Союза, дружба народов, и так далее. Тогда же была перестройка, требовались какие-то новшества. Вот у нас решили пойти на такое. Ну, я замечу, что замбийцы были игроками очень хорошего уровня, играли в сборной своей страны. В ней и погибли в 1993 году Макинка и Чанса, когда летели в самолете на матч Кубка Африки. Правда, наши африканцы приехали только в середине сезона, не совсем готовые физически. Пока их подготовили, чемпионат уже закончился. Каждый и сыграл по три-четыре матча. А потом сотрудничество прекратилось, потому, что Союз уже разваливался.

— Как вы с ними общались?

— До анекдотов доходило. Рашид Рахимов, к которому обратился один из замбийцев с вопросом — где ему можно покушать, присоветовал. — «Иди ко второму тренеру и скажу — иди на х!!!» Естественно, второй тренер сразу догадался, кто послужил переводчиком у замбийца, и начал прессовать Рахимова.

— А как он догадался?

— Да, потому, что Рахимов уже тогда был лидером нашего коллектива. Он и опытный к тому времени был, и авторитетом в команде обладал. Рахимов был ассистентом капитана, входил в тренерский штаб команды.

— А как же Мухамадиев?

— Мухсин был одним из лидеров на футбольном поле, но не в раздевалке. Когда он начинал, то был в команде одним из самых молодых.

— Рахимов опытный? Он 1965 года рождения, в 1989 ему было только 24.

— Я тебе скажу, что только он сам и родители точно знают год его рождения. (Кстати, во многих источниках написано, что Рахимов родился в 1963 году. Такие цифры фигурируют, когда Рахимов играл за «Памир», а потом и московский «Спартак», — ред.) Что касается замбийцев, то с ними приехал переводчик, плюс мы в школе учили английский язык, и что-то в голове осталось. Сказать, что африканцы у нас держались сами по себе, я не могу. Я читал дикие истории об африканских легионерах приезжавших уже в чемпионат России со своими уставами. Наши оказались не такие, было заметно их стремление влиться в коллектив, учили русский, и, что интересно, таджикский языки.

— В том году в «Памир» пригласили большое количество футболистов со стороны…

— А кого именно? Вратаря Константина Кольдюшева? Он был душанбинский, просто вернулся из армии в хабаровском СКА. А пригласили немного. Валеру Заздравных из Ставрополя, Чарыяра Мухадова из Ашхабада, Игоря Сартакова и Владислава Яркина (отца бывшего футболиста «Рубина» Александра Яркина, — ред.) из Барнаула. Приехал из Узбекистана Рустам Забиров, который потом играл за «Рубин» в чемпионате России, а заканчивал карьеру на Гоа. Но, хочу заметить, что все они очень быстро вливались в наш коллектив. Не было ни ссор, ни тем более, драк, которые случаются в мужском профессиональном коллективе.

ПОСЛЕ РАЗВАЛА СССР, ВСЕ УЕХАЛИ ИЗ ТАДЖИКИСТАНА. КРОМЕ МЕНЯ

— А потом страна развалилась…

— Увы, и наш «Памир» развалился вместе с развалом СССР. Уехали все, кроме меня. Вратарь Саша Гертнер на историческую родину в Германию, туда же Александр Азимов (сейчас он Александр Франк, — ред.), Сергей Мандреко в Австрию, Манасян на Украину, остальные в российский чемпионат. Многих пригласил Юрий Семин в «Локомотив», потому, что он знал наших футболистов, по своей прежней работе в «Памире» — Ашурмамадова, Мухамадиева, Рахимова, Фузайлова, Юрия Батуренко, нашего «узбека» Василия Постнова. Там еще и Игорь Черевченко, со временем, заиграл. Что касается меня, то к тому времени я перенес четыре операции, и уже не мог продолжать футбольную карьеру. Да мне и предложений не поступало.

— Кто вас «ушел из футбола»?

— Стечение несчастливых обстоятельств. 30 декабря в товарищеской игре с «Вахшем» сделали подкат, а там было грязное поле, и шипы на моих бутсах буквально вросли в газон. И колено вывернуло в другую сторону. Следующие полгода я лечил колено. Потом я вышел против дубля киевского «Динамо», я просто хотел развернуться на поле, и у меня опять связка полетела. Открыли сустав. А там все связки порваны. Теперь у меня все связки, две крестообразные и одна боковая, все синтетические, из лавсана. С таким диагнозом в серьезный футбол не играют. Поэтому я остался на родине, играл за «Памир», пока он существовал в чемпионате Таджикистана, плюс начал осваивать мини-футбол.

— Как это случилось?

— С трагедии. Наш друг уехал в Россию с семьей. Где-то под Астраханью поезд остановился, и он полез на крышу вагона, чтобы узнать в чем дело. Естественно, его ударило током, и он через два дня скончался. В память о нем мы решили провести турнир по мини-футболу. Я освоился в мини, и с 1996 года, в возрасте 28 лет, стал работать в сборной Таджикистана, помогая нашему аксакалу в тренерском деле Владимиру Гулямхайдарову. Мы повезли сборную на чемпионат Азии в Иран.

— А это одна из ведущих стран в мировом мини-футболе.

— Совершенно верно. Они были третьими на первом чемпионате мира в 1989 году, и до сих пор находятся в элите мирового «мини». Азиатские бразильцы, реально. Они нас обыгрывали на носовом платке, буквально во время розыгрыша углового. Иран «вынес» Казахстан — 15:2, Гулямхайдаров сказал, если вы проиграете меньше казахов, то, валлахи (Слава Аллаху- Прим. Авт.) вы герои! Мы уступили — 2:14, и считалось, что выполнили тренерское задание.

Потом Гулямхайдаров принял команду из чемпионата Казахстана в Экибастузе, и я поиграл под его руководством полгода. Получается, из тренеров мини вернулся в большой футбол, но очень скучал по семье, и вернулся в Душанбе. В 1998 был играющим тренером в родном «Памире», который возглавлял легендарный Шариф Назаров.

КАК ИГРАТЬ В ФУТБОЛ ВО ВРЕМЯ ВОЙНЫ?

— Как существовал чемпионат Таджикистана в 90-е годы, когда страна была охвачена гражданской войной?

— Сам не знаю. У нас с 1992 по 1995 годы, не прекращалась война. Сейчас говорят, что на Украине погибло шесть тысяч человек, то я думаю, что в Таджикистане война унесла жизни 150 тысяч человек, и это мало, кто заметил. То, что происходит сейчас на Украине, вызывает у меня дежавю с событиями, ранее происходившими на моей родине. Когда в парламенте заседали полевые командиры, боевики, вся шпана. Так называемая «демократия» у нас — это путь в никуда.

— Серьезно?

— Да, когда моей дочке дали задание в школе написать сочинение на тему «Демократия в странах СНГ», я посоветовал написать одно предложение. «Демократия — это Карабах, это Таджикистан, это сегодняшняя Украина. Точка!» В том же Таджикистане нужен один падишах, два визиря, и только тогда будет установлен порядок.

— С чего все началось? Начали притеснять русскоязычных граждан?

— До этого не дошло. Таджики — это один народ, одна вера, все сунниты, и при этом множество тейпов-землячеств. Памирские таджики, худжандцы, северные, южные, и так далее. А все началось с того, что сняли с поста министра МВД. И началась борьба за власть. Русские, если и попадали под замес, то случайно, война же велась между тейпами, кланами. А уезжали люди из Таджикистана, потому, что им было куда ехать: русским, татарам, немцам.

«В МИНИ-ФУТБОЛ ИГРАЛИ С ШЕСТИ УТРА ДО 12 НОЧИ»

— Что случилось с легендарным «Памиром» в чемпионате Таджикистана?

— «Памир», со временем, остался без финансов, и нас взяло под свое крыл Министерство обороны, после чего команда стала называться СКА-«Памир». Я говорю мы, потому, что в те времена тренировал «Памир» до 2004 года. С этого времени я полностью перешел на мини-футбол, тренируя сборную с 2003 года, включительно.

— С какими результатами?

— В 2005 году мы попали в пятерку лучших на чемпионате Азии. Ни одна сборная по игровым видам спорта Таджикистана не добивалась подобного результата. Все оставшиеся годы мы постоянно финишировали в десятке. При том, что у нас не было в команде чистых «миньщиков». Только в последние годы в республике был организован чемпионат страны. До этого я набирал команду из представителей большого футбола, которые подходили по стилю игры в мини. В Таджикистане в ноябре завершался чемпионат страны, и до марта все команды «гоняли» в залах, тренировки, товарищеские матчи, турниры, таким образом, футболисты готовились к новому сезону. Естественно, что какой-то опыт игры в залах у людей имеется. В центре Душанбе был парк с тремя футзальными площадками, где жизнь кипела с шести утра до 12 ночи. Благо, что это было бесплатно. Увы, парк убрали, понастроили спортзалов, но все они платные. Там аренда стоит 20−30 долларов в час, но откуда такие деньги, если люди зарабатывают, в среднем, по 100 долларов в месяц.

Естественно, с футболистами, которые ненадолго переквалифицировались на мини-футбол, мы могли использовать самую примитивную тактику. Потому, что не было ни возможности, ни времени потренироваться. Случалось, что ко мне футболисты приезжали в сборную прямо в аэропорт, и мне приходилось объяснять в самолете и по дороге в гостиницу — как мы будем играть. Но футболисты могут хорошо обороняться, их с детства учат отбору. И мы играли всегда от обороны, используя контратаки. По владению мячом мы уступали всем, примерно, 30 на 70 процентов. Потом мы были хорошо готовы физически. Уступали Корее — 1:4, после первого тайма, и выиграли — 6:4. Переиграли Катар, уступая — 0:3. У меня играли Дилшод Васиев, Ахтам Назаров, Хуршед Махмудов, Фатхулло Фатхуллоев, это все игроки из национальной сборной Таджикистана по футболу.

Но это по сборным. Что касается любительских команд, то случались матчи, когда контроль мяча у нас достигал 90 процентов.

— Увы, но у футбола Таджикистана, который вышел на ведущие роли в Средней Азии в конце 80-х годов, благодаря успехам «Памира», самым крупным успехом за последние 25 лет был выход юниорской (до 17 лет) сборной в финальную часть чемпионата мира. Почему так?

— Здесь комплекс причин. И война, и отъезд ведущих игроков. Потом они возвращались на тренерскую работу, как Рафиков, Ширинбеков, как работающие сейчас со сборной Мухамадиев и его помощник Манасян. А то был период, когда со сборной и клубами работали иностранцы. Зачем, почему, кто были эти люди? Как они работали? Та же самая «демократия». Наш футболист выходит один на один, ошибается, а сербский тренер ему хлопает, подбадривает, ничего страшного, мол. Я говорю, это «ничего страшного», даст знать, когда в последнем туре у вас будет «плюс 12», а у соперника окажется «плюс 13».


«ОДОБРЯЮ ПОЛИТИКУ „РУБИНА“, ОРИЕНТИРОВАННУЮ НА ВОСПИТАНИЕ МЕСТНЫХ КАДРОВ»

Кстати, я одобряю ту политику, по которой сейчас комплектуется «Рубин», ориентированный на воспитание местных кадров.

— А что не одобряете?

— Я уже семь месяцев в России, но никак не могу привыкнуть к местному менталитету. Несмотря на то, что я татарин по национальности, но я привык к восточному укладу. К примеру, у нас, после игр и даже тренировок люди не разбегались, как это происходит здесь. Как мы шутили у себя дома, самое интересное в футболе это «третий тайм». Мы обязательно шли куда-нибудь посидеть, пообщаться, смакуем прошедший матч. Замечу, не под рюмку чая, совсем необязательно. У нас дни рождения, все семейные праздники проходили вместе, с женами, подчас с детьми. Это менталитет. Здесь каждый сам за себя. Я в Казани пока занят тем, что тренирую любительскую команду по мини-футболу «Вайлант», и мне нравится с ними работать. Ребята хотят чему-то научиться, внимательно слушают сказанное, общаются между собой. Команда должна быть, как семья, особенно, если она любительская. К профессионалам это, возможно, трудно применить, потому, что ты сегодня здесь, завтра в другой команде или даже стране. Это не как в СССР, где многие годы можно было посвятить одной команде. Но в «любителях» должно быть что-то общее, помимо встреч на площадке.

Мне нравится работать с любительской командой, но, я не скрываю, что хотел бы большего. Когда сюда переехал, то отправил свое резюме в футбольный клуб. Если в «Рубине» есть серьезные планы по созданию мини-футбольной команды, то я хочу участвовать в конкурсе на работу в тренерском штабе. Обратился к Семену Андрееву, почетному президенту Ассоциации мини-футболу России. Он сказал, что будет иметь меня в виду. Но пока никакого решения по поводу воссоздания профессионального мини-футбола, по его словам, не было принято.

— Насколько я знаю, свое желание высказал уже Фаиль Миргалимов, известный в прошлом футболист и мини-футболист, а потом и тренер. Он, кстати, в свое поиграл в Челябинске в мини-футбол с Ринатом Билялетдиновым.

— Возможно. Но я не собираюсь отбирать хлеб у местных кадров, которые, возможно, с десяток лет мечтали о воссоздании в Казани мини-футбола. Но при основной команде должен быть дубль, молодежные, детские команды, а я никакой работой не побрезгую. Я не стремлюсь сейчас к деньгам, мне важно зарекомендовать себя. Смогу это сделать — надеюсь, оценят. Ну, а на нет и суда нет.

— Могли бы переехать пораньше, например, когда в «Рубине» работал Мухамадиев.

— Да, но с другой стороны, хорошо, что не попал. Мог бы стать здесь персоной нон грата, когда Мухсин ушел из казанского клуба.

— А какой уровень татарстанского мини-футбола?

— То, что я увидел у сильнейших команд, сподвигло меня на один поступок. Я предложил нынешним тренерам сборной Таджикистана перед следующим международным турниром приехать на сборы в Казань. Пожить, потренироваться, сыграть с местными командами спарринги. Уверен, что это принесло бы много пользы, чем гонять на те же сборы в Эмираты, где жить хорошо, а спарринговать не с кем. Российский мини-футбол все-таки на высочайшем уровне, что, даже не имея собственной профессиональной команды, можно держать очень высокий уровень любительского мини-футбола. Уровень лучших клубов Казани сопоставим с уровнем нашей национальной команды, которая не усилена футболистами из сборной по большому футболу. Хотя, есть проблемы, что здесь не хватает людей, которые могли обыграть один в один. Все через пас, через командное взаимодействие. В Таджикистане таких техничных, индивидуально сильных игроков побольше. Я обещал своим детям, что каждое лето мы будем ездить в Душанбе, на месяц-полтора, потому, что там у нас осталась частика сердца и души.

ДОСЬЕ «БИЗНЕС-Online».

Дамир Камалетдинов. Родился в 1968 году в Душанбе (Таджикистан).

Воспитанник РСДЮСШОР «Памир». Игровую карьеру начал в 1986 году в команде второй лиги «Вахш» из Курган-Тюбе. Потом поиграл за «Памир» в первой лиге (29 матчей), вернулся в «Вахш», где провел 10 матчей и забил один гол. В 1990 году был в составе «Памира», выступавшего в высшей лиге чемпионата СССР, но в основном составе не сыграл.

После развала Советского Союза играл за «Памир», «Батыр», Экибастуз, Казахстан. Был главным тренером СКА-«Памир» в 1998—2005 годах, возглавлял сборную Таджикистана по мини-футболу. По приезду в Татарстан тренирует любительскую команду «Вайлант» из первой лиги чемпионата Казани.

Печать
Нашли ошибку в тексте?
Выделите ее и нажмите Ctrl + Enter
Оставить комментарий
Все комментарии публикуются только после модерации с задержкой 2-10 минут. Редакция оставляет за собой право отказать в публикации вашего комментария. Свернуть