Матч-центр Вчера Сегодня Завтра
не начался идёт окончен
Хоккей

Александр Комаров: «Лукоянову говорили: «Ты – игрок четвертой-пятой пятерки, всё зависит от тебя»

Александр Комаров считается одним из самых успешных детских тренеров хоккейной школы «Нефтяника». Специалист, в свое время воспитавший Артёма Лукоянова и Василия Токранова, в интервью спортивной редакции «БИЗНЕС Online» рассказал почему Татарстан – хоккейный рай, о родителях, которые заставляют детей заниматься хоккеем и многом другом.

«ТОКРАНОВ ПОСТОЯННО ПОДКЛЮЧАЛСЯ В АТАКУ»

Василий Токранов
Официальный сайт «Нефтяника»
Александр Владимирович, говорят, что Токранов поздно пришел в хоккей.


– Да. Я его давно заметил, но мне родители говорили: «Пока у нас на акробатике всё получается, переходить никуда не планируем». Потом ему, видимо, сложнее стало заниматься – у него, в прямом смысле слова, кость широкая и он в 9-летнем возрасте перешел в хоккей. Он был очень подвижным, с координацией всё было в порядке, даже сальто на льду делал, поэтому быстро всех догнал. Трудился, конечно, он, очень много. У меня группа к этому моменту уже на коньках каталась, а я ему стойки на льду поставлю, задание дам – и вот он как начнет без перерыва работать. Бывает подъеду к нему, спрашиваю: «Вась, устал?». А он только кивает головой и дальше работает.

Если нас сейчас читают родители детей, то хочу им сказать, что акробатика – самая лучшая подготовка в детстве для мальчиков для любого игрового вида спорта. Не зря же говорят, гибкий позвоночник – вторая молодость. Любой ребенок станет ловким, подвижным, а катание на коньках будет намного лучше. У меня мальчик один был, он всё время сутулым ходил, скованный какой-то был. Я договорился, отдал его на акробатику, и он у меня за полгода научился подтягиваться 16 раз, в движении на льду очень сильно прибавил.

– Про него говорили, что может стать звездой, но постоянно мешают травмы.

– Если вы думаете, что это из-за акробатики, то нет, неправда. Стечения обстоятельств, может, где-то неудачно получает повреждения. У меня вот пример: я уже выпустил второй год и за 18 лет работы была только одна травма – и то ключица, парень сам виноват – уехал за ворота и упал. У Васьки, вроде, с плечом проблемы, но это еще с молодежки – один раз неудачно заденут и пойдет.

– Сейчас следите за ним? Его в нападение активно ставят.

– Он и у меня защитником атакующего плана был, забивал много. Он – мощный, таранного типа, продавить может любого защитника. Стартовая скорость не сказать, что у него хорошая, но если скорость наберет, то тяжело уже будет остановить. В атаку он у меня постоянно четвертым нападающим подключался, очень много забивал. В детском хоккее все немного проще, если мальчик забивает, почему бы не разрешать ему вперед бегать? Он постоянно в пятерке бомбардиров команды был.

«ЛУКОЯНОВА УДАЛОСЬ УГОВОРИТЬ ЗАНИМАТЬСЯ ХОККЕЕМ СО ВТОРОГО РАЗА»

Артём Лукоянов
Официальный сайт «Нефтяника»

– Лукоянов к вам тоже пришел, когда ему было 9 лет. Это не поздно для хоккея?

– Поздновато. Я его на футбольном поле заметил – он тогда футболом занимался. Он там в группе самым маленьким был, смотрю – бегает, всех обыгрывает, шустрый такой, подвижный. Я его подозвал к себе, спросил какого года, он говорит в третьем классе учится. Я сразу прикинул, что как раз его года рождения у меня сейчас группа. В общем записал данные, адрес, телефонов-то тогда еще не было.

Он мне сразу сказал, что хочет заниматься хоккеем. Вечером пошел к ним домой, папа вышел такой, говорит, что мы футболом занимаемся и никакого хоккея. Я его до этого знал, говорю: «Володь, ты прекращай. По деревням будешь ездить играть что ли?». Ну куда в то время футбол? Ни полей, вообще ничего, он у нас в упадке был. С первого раза уговорить не удалось, а со второго он уже пришел ко мне на тренировку. Тоже, как Токранов, быстро догнал мою группу, с которой я уже работал. А вообще в Советское время набор был поздним, собирали детей в 9-10 лет.

– А сейчас почему поздно считается?

– Дети немного другими стали, да и жизнь поменялась. Сейчас по всей России очень рано детей начинают набирать. Ладно у нас, в Татарстане – рай, полно ледовых коробок, «Золотая шайба» постоянно проходит, можно присмотреть пацанов там. Если парень способный, то всегда можно пригласить к себе. А в то время ничего подобного не было, все коробки заросшие травой были. Я лично ходил, искал по дворам мальчишек и никого найти не мог, потому что одни пьют пиво, а другие коробки просто пустуют. Сейчас, понимаете, нет проблем с набором детей. В раннем возрасте набрал и начинаешь тренировать. Сейчас если придешь в 10-летнем возрасте, тебя никто ждать не будет и никто с тобой возится не станет. А в то время был недобор, поэтому с каждым способным старались возиться.

– Артём вам чем приглянулся?

– Игровым мышлением. Если мальчик игровик, с детства с мячиком играет во все игровые виды спорта, то всё – из него спокойно можно сделать хоккеиста. Мне что еще в нем нравилось, у него функциональная подготовка от природы хорошая была. Помню кросс 3 километра они у меня бегали, я говорю: «Артём, всё, хватит». А он улыбается и дальше бежит. Взрывная сила хорошая была, выносливым очень был.

– Характер у него настырный.

– В детстве за ним этого не замечал, но он очень трудолюбивым был, поэтому у меня центральным нападающим играл. Потому что центрфорвард – это связующее звено между защитниками и нападающими, который и в обороне в первую очередь должен помочь, и в атаке крайним нападающим.

– Ожидали, что он уже через несколько лет в сборную попадет?

– Как сказать. Зная его трудолюбие, наверное, ожидал. Мое мнение такое: были ребята намного перспективнее Артёма, но он только за счет своей работоспособности сделал себе имя. У него ведь в главной команде «Нефтяника» в первый сезон мало что получалось, ему очень тяжело было. А потом он вытянулся в росте, у него мощь появилась и начал забивать. Они там с Рустемом Шангараевым больше всех очков набирали.

Это я к чему говорю. Можно за счет своего труда очень многого добиться. Его по возрасту никуда не приглашали – ни в сборную, ни в другие команды. У нас тогда по 89 году были братья Башкировы. Они очень сильно выделялись, Артём на их фоне неприметным был. А сейчас, могу сказать, что он намного большего добился на взрослом уровне, и только за счет своего трудолюбия.

«ХОДИЛ ПО ДВОРАМ, СМОТРЕЛ, ЧЕМ ОНИ ЗАНИМАЛИСЬ»

Василий Токранов
Официальный сайт «Нефтяника»

– Говорят его тут от «Локомотива» прятали, не хотели отдавать, когда там команду набирали после авиакатастрофы.

– Таких нюансов я не знаю. Знаете, я там взрослой жизнью особо не интересуюсь, у меня – дети, я только ими живу.

– А вообще по 1989 году были таланты, которые так и не смогли выстрелить на взрослом уровне?

– Точно не могу сказать. В Омске, по-моему, парень был Симонов. Он тоже очень выделялся по своему возрасту, но уже в 15 лет, вроде бы, начал злоупотреблять, папа, говорят, богатый был. Парень думал, что и по кафе будет гулять, и хоккеистом станет.

– В Альметьевске в то время тоже спокойно можно было по кривой пойти.

– Конечно. Не только в Альметьевске, в любом городе такое возможно. Это всё от характера зависит, если у парня голова на месте, то он никогда не свернет куда-то не туда.

– Вам лично не приходилось их оберегать от всего этого?

– Я как за родными детьми смотрел. Постоянно по дворам ходил, смотрел с кем они дружат. Собрание проведешь, объяснишь: «Ребят, у вас там карьера впереди. Очень много известных и талантливых людей из-за злых привычек закончили с карьерой». Вроде бы, удавалось достучаться до них. Хоккей это ведь такой вид спорта, что можно и денег хороших заработать, и человеком хорошим стать. У меня эти пацаны 1989 года рождения – они все отличными парнями стали. Такими дружными стали, каждый год приезжают, все вместе собираются и в хоккей играют. Артём с Васькой тоже всегда приезжают.

– Артём-то шебутной в детстве был, наверное?

– Нет, очень спокойным был и он, и Вася. Никогда не был замечен в каких-то делах. Кто-то мог на дискотеку или еще куда-то, а они с Васей мячик возьмут и идут пинать его.

«МНОГИЕ СЛЫШАЛИ, ЧТО ХОККЕЙ – ЭТО КРУТО И ПРОСТО ОТДАЮТ ДЕТЕЙ ТУДА»

Александр Комаров
Официальный сайт «Нефтяника»

– Вы сами как пришли в хоккей?

– Я когда учился в третьем классе, меня заметил тренер. Играли тогда на деревянных коньках, я в одной игре забил четыре шайбы и меня заметили. Тренер дважды приходил ко мне домой, звал к себе в секцию. А у меня там ситуация такая неприятная была… Брата сильно избили – он лежал без сознания, водить на хоккей меня было некому. Сами знаете, как в то время было – постоянные драки двор на двор. Мать боялась, никуда меня одного не отпускала. Это вот повлияло всё, матери же не объяснишь, как там всё устроено на улице.

– На этом всё закончилось?

– Да. Потом постарше стал, записался на футбол, у меня и там неплохо получалось. А потом тренер у нас просто пропал, не выходил на работу, до сих пор не знаем причину. Полей как таковых у нас не было, пару недель позанимались без тренера, а потом кто куда.

– Вы в бокс потом ушли?

– Где-то в 14 лет решил попробовать себя в боксе – данные, вроде бы, были, у брата знакомый был тренером. Решил попробовать походить для себя, раз с хоккеем и футболом не получилось. Тем более, про хоккей и футбол я знал абсолютно всё – я с первого класса вел статистику всех чемпионатов мира: кто сколько забил, таблицы рисовал. Я в школе учебу так не понимал, как хоккей и футбол.

А что касается бокса, то он и в жизни, и в армии пригодится, поэтому начал заниматься. Надо сказать, у меня и там неплохо получалось – второе место по городу занял, проиграл только чемпиону Татарии по очкам. Я думал, вообще улечу в первом раунде, но смог устоять.

– А хоккейным тренером как стали?

– После армии вернулся, не пропускал ни одной игры в Альметьевске, продолжал болеть хоккеем. У меня племянник записался сюда в секцию, я с ним вместе ходил и опять окунулся в эту систему. Вместо отца постоянно с ним ходил на занятия, у меня там дома дочка, а я тут с племянником возился. Он поехал куда-то с командой на соревнования – я вместе с ним. Постоянно подсказывал что-то ему, дома тренировал дополнительно.

Потом с тренером его познакомился. Как-то подошел к нему, говорю, ты поставь моего племянника в центр – у него скорость не такая, чтобы с краю играть. Он первое время не ставил его, а потом поменял и действительно лучше стало. Мы потом постоянно беседовать стали, я ему рассказывал свое видение хоккея, он мне как-то сказал, чтобы я тоже попробовал себя тренером. Меня привели к тогдашнему директору школу, приняли на работу и я еще пошел учится.

– Согласитесь, что детский тренер должен болеть своей профессией?

– Конечно. Я когда смотрю на глаза детей, как они горят, мне прямо жить хочется. Особенно есть игровички, которые быстро всё схватывают, с ними приятно работать, и время пролетает незаметно. Есть даже термин: обучаемые и необучаемые дети. Есть дети, которые быстро всё схватывают, всё понимают, а есть, я, наверное, сейчас ничего нового не скажу, дети, которые сами не хотят заниматься хоккеем, но их тащат сюда родители. Ему неинтересно, он со льда хочет уйти, а родители его сами выталкивают обратно. Что из него получится? Он пока маленький, его надо в другой вид спорта отвести, вдруг там у него получится. Зачем заставлять его? Они просто становятся заложниками своих родителей.

– Как с этим бороться?

– Мое мнение: я бы лично подошел к родителям и сказал бы, что из него ничего не получится. У нас, дай Бог, чтобы с одного года вышли один-два хоккеиста, ребята стараются, из кожи вон лезут, а некоторым это не надо, но родители их заставляют.

– А если в каком-то из таких талант зарыт? Просто время нужно.

– Есть такой процент, но он ничтожный – процентов пять из ста детей, которые на первый взгляд ничего из себя не представляют, но потом они раскрываются. И то нужно определенное время для этого – кто-то в 10 лет раскрывается, а кто-то вообще в 20 лет. Мы по садикам ходим, смотрим детей и, в первую очередь, обращаем внимание на взрывную силу – все качества можно воспитать, кроме взрывной силы. А в хоккее как без нее? Если, например, убегаешь от защитника, а он тебя догоняет. Или, наоборот, защитник не может догнать нападающего – ноги выключены, что ты сделаешь с этим? Нет мышц, это генами заложено. Это можно натренировать только до 15 процентов, а дальше всё уже.

– Сейчас можете сказать, что дети стали другими, более избалованными?

– Знаете, это, наверное, родители избалованными стали. Многие просто отдают детей на хоккей и даже не интересуются, как он там, вообще не приходят сюда. Слышали, что хоккей – это круто, вот и ведут их сюда. Есть, конечно, и другие родители, которые следят постоянно, приходят, что-то стараются подсказывать. Мне самому с такими приятно общаться.

– Некоторые наоборот таких родителей на тренировки не пускают, потому что они начинают учить.

– Мы тоже не пускаем. Это мешает тренировочному процессу, они еще начинают кричать своим детям: «Иди сюда, это не так делаешь, то не так». Тренер говорит одно, а родители – другое. Это плохая тенденция. Только первый год, когда они совсем маленькие, в туалет могут захотеть, еще что-то.


«ДОЛЖНА БЫТЬ ЦЕПОЧКА МЕЖДУ «НЕФТЯНИКОМ» И «АК БАРСОМ»


Официальный сайт «Нефтяника»

Уже давно говорят о наболевшей теме – переписанные дети. Как с этим бороться?

– Вот вам пример: недавно играли с Казанью, нашли троих переписанных, я фамилии называть не буду. Вроде, разобрались. Мы у них одну игру выиграли, а три проиграли и эти три парня больше всех очков набрали. Если бы их не было, то мы бы победили.

– Это ведь тоже из-за родителей всё, которые хотят, чтобы их ребенок был лучшим.

– Это в мегаполисах больше: Москва, Санкт-Петербург. Там родители спят и видят, что их сын уже звезда и миллионер. У нас, в Альметьевске, за 20 лет работы никогда с этим не сталкивался.

Чувствуется разница, например, между вашими детьми и казанскими?

– Смотря, какой год. Вот у нас есть команда 2004 года – она наголову сильнее «Ак Барса». По маленьким возрастном мы обыгрываем «Ак Барс». А потом, когда они начинают набирать детей со всей России, уже обыгрывают нас. Мы только с Юго-Востока Татарстана можем набирать детей, а у «Ак Барса» игроки со всей России. Хотя мы не жалуемся, вот недавно братьев Марушевых взяли себе из Саратова.

Это которые сейчас в «Ак Барсе»?

Да. Я их лично из Саратова забирал. Они там сначала в группе А по Поволжью играли, а потом вылетели в группу Б. Парни способные очень, я их отцу подходил, разговаривал, что к нам забрать. Видно, что если останутся там, то ничего из них не получится. Они первые два периода бегают, а в третьем останавливаются – а у меня, наоборот, все команды включаются в третьих периодах.

Они сейчас в одной сборной с Андреем Свечниковым играют. Говорят, это будущий Овечкин, что можете сказать о нем?

Да, слышал о нем, они вот недавно с братьями Марушевыми в Америку ездили. Я его лично не видел, только по телевизору. Он мне очень понравился, выделяется очень сильно. Представляете, там команда набирает 59 очков – больше половины на счету Свечникова. Я так подумал, вот бы к нам такого игрока. У него напарник по сборной Хаванов, который с Тольятти, я его тоже пару раз видел. Большое будущее у парня.

Посматривая на «Ак Барс», не обидно, что все сосредоточено именно там?

– Нет, это нормальное явление. Такая цепочка и должна быть. Лучше пусть они в «Ак Барс» уходят, чем куда-то в другое место. «Нефтяник» – хороший трамплин для будущего. Взять Артёма – он ведь все этапы прошел: школу закончил, вторую команду прошел, в «Ак Барсе» проявил себя и его пригласили в сборную. Сейчас он в Казани железный игрок основы, хотя, когда только туда пришел, был игроком четвертой-пятой пятерки и ему оставалось только работать. Билялетдинов, по рассказам Артёма, говорил ему: «Ты – игрок четвертой-пятой пятерки, смотри, получится или нет – всё зависит только от тебя». Вот он и доказал всё всем.

Печать
Нашли ошибку в тексте?
Выделите ее и нажмите Ctrl + Enter
Загрузка...
Оставить комментарий
Все комментарии публикуются только после модерации с задержкой 2-10 минут. Редакция оставляет за собой право отказать в публикации вашего комментария. Свернуть