Матч-центр Вчера Сегодня Завтра
не начался идёт окончен
Хоккей

«Не прячьте бутылки по углам». Первому чемпионству «Ак Барса» 20 лет

21 марта 1998 года «Ак Барс» во время матча с московским «Динамо» (3:2) стал чемпионом России. До этого команда Татарстана выигрывала первенство страны аж в 1976 году, когда СК имени Урицкого стал чемпионом РСФСР. «БИЗНЕС Onilne» восстанавливает хронику чемпионского сезона.

Фото: ak-bars.ru


«ДА ОН ВСЕХ ОБХИТРИЛ!»

«С какой стати мы должны отдыхать?» – спросил Юрий Моисеев у команды в марте 1997 года.

Только что «Ак Барс» проиграл «Кристаллу» в третьем матче 1/8 финала чемпионата Российской хоккейной лиги. Казанская команда заняла в регулярном чемпионате 2-е место, саратовская – 15-е, так что вылет из плей-офф восприняли как провал. Вместо того, чтобы попрощаться с командой до предсезонки, Моисеев назначил дополнительный сбор. После серии с «Кристаллом» у команды был только один выходной.

«Юрий Иванович всегда был максималистом, – сказал в интервью «БИЗНЕС Online» Всеволод Елфимов, в то время тренер «Ак Барса». – Остальные команды продолжили борьбу в плей-офф, поэтому мы собрались на сбор в Финляндию. Там мы давали такие нагрузки, что были у команд, которые бились за медали. Всё в духе Моисеева. Тогда для многих игроков настал момент истины: кто может идти с нами дальше, а кто – нет из-за здоровья или психологии».

Пока команда готовилась к сезону, в Москве проходило совещание РХЛ о будущем регламенте. По итогам сезона 1996/97 «Лада» вышла в Евролигу. Руководство клуба обратилось к участникам совещания с просьбой перевести клуб из Восточной конференции, объяснив это тем, что на Западе более сильные команды и, играя с ними, «Лада» сможет лучше подготовиться к Евролиге.

Встал вопрос, какой клуб должен был перейти на Восток. Наиболее подходящим кандидатом выглядел «Ак Барс». Поначалу Казань противилась переходу, но вскоре выяснилось, что чемпионат пройдёт без плей-офф и будет разбит на два круга: в первом команда играет в своей конференции, во втором – в другой с набранными очками первого круга.

Учитывая разницу в уровне между командами Запада и Востока, «Ак Барсу» было выгоднее перейти в другую конференцию. Так что казанцы согласились на предложение РХЛ. Большинство руководителей клубов лиги, не уловив мотив «Ак Барса», проголосовало за регламент, который среди прочего предусматривал перевод клуба на Восток. И только потом, на фуршете, кто-то с горяча сказал: «Да этот татарский еврей всех обхитрил!» Речь шла о представлявшем «Ак Барс» начальнике команды Викторе Левицком.

«В вопросе перевода Казань пошла навстречу лиге, – говорил в 1997-м «Спорт-экспрессу» исполнительный директор РХЛ Владимир Игошин. – «Динамо», «Торпедо» и «Ладе» играть в Евролиге, поэтому в Казани поняли сложность ситуации». Московское «Динамо» тогда, к слову, возглавлял нынешний главный тренер «Ак Барса» Зинэтула Билялетдинов. Проиграв в финале Евролиги австрийскому «Фельдкирху», он выступил с критикой календаря, который был подстроен в том числе под его команду: «Всё было сделано для того, чтобы клубы, в которые на местах вложены огромные деньги, заняли в чемпионате высокие места».

Юрий Моисеев (слева) и Фарид Мухаметшин / Фото: ak-bars.ru


Огромных денег в «Ак Барсе» не было, хотя финансовое положение улучшалось. С 1956 года клуб финансировал Казанский мотостроительный завод, большой вклад внёс директор предприятия Александр Павлов. В 1995 году КМПО уже не мог спонсировать «Итиль», как тогда назывался клуб. Денег стало так мало, что не хватало даже на клюшки. Начались переговоры с Талгатом Абдуллиным - руководителем «АК БАРС» Банка.

«Переговоры шли непросто, но всё же мы пришли к соглашению, – рассказал нашему изданию Левицкий. – Команда была переименована в «Ак Барс». В это трудное для команды время банк оказал неоценимую поддержку». Также клубу стало легче дышать, когда в 1996 году министром финансов РТ назначили Рустама Минниханова. В июле 1997-го президентом «Ак Барса» стал Фарид Мухаметшин. Бюджет команды составлял около 2 млн долларов – сейчас такая сумма может быть зарплатой одного игрока.

«Все игроки были примерно одного уровня, – отметил Елфимов. – Состав подобрался в основном наш, казанский. Работяги, порядочные ребята. На каких-то больших уровнях они не играли. Новички и игроки, которых мы подписали по ходу сезона, не были звёздами в своих клубах. Такие же рабочие ребята». При этом новым игрокам пришлось трудно в новой команде. Как вспоминал хоккеист той команды Ильнур Гизатуллин, Игорь Степанов из «Кристалла» и Халим Нигматуллин из «Рубина» после тренировок у Моисеева на втором летнем сборе в Финляндии «лежали крестом на скамейке и не могли встать».

Главный снайпер «Ак Барса» в сезоне 1997/98 Сергей Золотов рассказывал sports.ru, что у Моисеева в команде было «три-четыре человека, на которых он вымещал злость». Объяснялось это тем, что «у Юрия Ивановича постоянно должна была быть какая-то жертва, какой-то конфликт». Одной из таких жертв Золотов назвал Алмаза Гарифуллина. Сам Алмаз этого не отрицает.

«Он был глубоким психологом, – вспоминает Гарифуллин в интервью «БИЗНЕС Online». – Знал, кого нужно давить, а кого – гладить. Видимо, по его шкале я был тот, кого надо «душить». Но! Я часто играл центрального нападающего в первом или втором звене. Иногда меня убирали оттуда, угрожали Нижнекамском, корили средней статистикой, заставляли тренироваться с молодыми. Но, во-первых, я много играл – минимум 95 процентов матчей. Во-вторых, мне было понятно, что Юрий Иванович всегда руководствуется одной целью – выжать максимум из человека ради результата».

В достижении этой цели Моисеев никогда не пользовался денежными штрафами. После каждого матча тренерский штаб «Ак Барса» выставлял оценки игрокам по пятибалльной шкале, и бухгалтерия в зависимости от оценок начисляла премию. «Мы старались всем дать поровну, – рассказывает Елфимов. – Зная, сколько получает каждый игрок, мы могли либо завысить, либо занизить. Временами случались непозволительные ошибки, но за них мы наказывали работой и только работой. Один товарищ занимался 12 часов в день. Основная команда уходила, а он оставался и играл с детской командой».

«В КАЗАНИ ХОККЕЙ – ЭТО ПОЛИТИКА»

По итогам первого круга чемпионата, «Ак Барс» уже занимал первое место в таблице. В 26 матчах команда набрала 45 очков – на два больше, чем у ближайшего преследователя - «Магнитки». Промежуточный успех «Ак Барс» праздновал... на улице при 20-градусном морозе. Тренерский штаб решил, что во время паузы команде не помешает сыграть в хоккей с мячом на стадионе в Дербышках, где играла команда высшей лиги «Ракета». «Во-первых, это смена деятельности, во-вторых, насыщение кислородом, – объясняет Елфимов. – Это ни в коем случае не наказание. Помню, как один раз приехали, а там снега по колено. Машина одна, чистить снег не успевает. Моисеев сказал, что и не надо. И, представляете, игроки стали кататься по колено в снегу. Сначала ворчали, потом пошли шутки, все стали смеяться».

Всё это было в духе девиза команды «Хотеть мало, надо мочь!» Такую фразу, по просьбе Моисеева, нанесли на стену в раздевалке команды. Это цитата из романа Виктора Гюго «Человек, который смеётся», где главный герой Гуинплен – умышленно изуродованный мальчик, знакомится с жестокостью аристократического мира. И это далеко не единственный девиз Моисеева. «Никто в отдельности не лучше, чем все мы вместе!», «Прожить каждый день лучше, чем противник!» – в каждой ситуации главный тренер находил афоризм, который бы запомнился команде. Необычное умение для человека, который вырос в те времена, когда тренеры использовали лозунги коммунистической партии, а не цитаты из произведений зарубежных классиков.

Но в нужные моменты Моисеев мог использовать совсем не литературные обороты. «Мы вышли играть в Москве против ЦСКА, – говорил в 2013-м Гизатуллин в интервью нашему изданию. – В армейском дворце спорта первыми в России продвигали яркое световое шоу перед матчем. Мы проигрывали в первом периоде, а Моисеев бегал по лавке и кричал на нас: «Колхозники! Шоу увидели и руки опустили!» В нужные моменты, как рассказывает Елфимов, настроить команду мог и капитан Рафик Якубов – сейчас генеральный менеджер «Ак Барса». Он был одним из 18 выпускников казанской школы №1, которые выступали в той команде.

Рафик Якубов и Юрий Моисеев / Фото: ak-bars.ru


После каждого матча игроки должны были оставаться в раздевалке и слушать оперативный разбор полётов от главного тренера. Сейчас это распространённая практика, но в те времена, по мнению Елфимова, так делал только Моисеев. «Да, иногда это было неуместно, потому что и у нас голова кипела, и у игроков, – признаёт Всеволод Александрович. – Но тогда не было возможностей быстро найти видео матчей». Ещё одно новаторское решение Моисеева: после установки перед тренировкой все игроки должны были на лёд одновременно, а не как захочется. «Раньше это практиковалось, может быть, только у Тарасова (главный тренер ЦСКА, в штабе которого работал Моисеев, – ред.)», – считает Елфимов.

Моисеев навёл порядок и в раздевалке. Проход туда был запрещён всем, кроме представителей самой команды. Если замечали постороннего человека, влиятельного или нет, массажистов непременно ждал штраф. Раздевалка была таким особенным местом, что Моисеев запретил разливать там шампанское после игры с «Динамо». По ходу этого матча стало известно, что «Ак Барс» всё-таки стал чемпионом сезона 1997/98. «Не прячьте бутылки по углам, завтра соберёмся и отпразднуем победу», – сказал главный тренер.

Игра с «Динамо» проходила за два тура до окончания чемпионата. Чемпионство «Ак Барса» определила даже не эта встреча, а матч между «Торпедо» и «Магниткой». Команды сыграли в Ярославле вничью (1:1), и об этом в Казани знали уже в конце первого периода. Сам Моисеев до последнего держал результат в тайне – команда просто могла бросить играть, потому что сама игра с «Динамо» уже ни на что не влияла. Но игроки всё равно узнали о чемпионстве ещё до финальной сирены, и есть много версий, как именно. Кто-то говорит, что «Ак Барсу» сообщали счёт в Ярославле по телефону в режиме реального времени. Кто-то говорит, что всем разболтал Гарифуллин, который на скамейке штрафников услышал поздравления от зрителей.

Юрий Моисеев / Фото: ©Дмитрий Донской, РИА «Новости»


Послематчевая пресс-конференция для Моисеева, несмотря на 16-е чемпионство в карьере (в качестве игроки и тренера), прошла не совсем гладко. Московский журналист сразу же спросил главного тренера, сколько матчей в сезоне клуб «купил». Вопрос, в принципе, глупый: если бы у того «Ак Барса» возникла возможность «купить» матч, не нашлось бы денег, чтобы ею воспользоваться. Сила той команды была не в финансах. «Как это ни банально звучит, мы сильны прежде всего коллективизмом, – цитировал Моисеева в 1998-м «Коммерсантъ». – Наш успех стал грандиозным событием для Татарии. В этой республике, поверьте, хоккей любят как нигде. Не случайно президент «Ак Барса» – это премьер-министр Татарии Фарид Мухаметшин. В Казани хоккей больше, чем игра, – это политика. Если бы мы заняли даже второе место, это стало бы трагедией».

На следующий день «Ак Барс» собрался в ресторане «Сильвия». Мухаметшин поблагодарил команду от имени правительства РТ и отметил, что в новейшей истории республики это первое «золото» в командных видах спорта. Моисеев, высказавшись в своей яркой манере, поблагодарил игроков за труд. Вероятно, главный тренер вспомнил слова, которые он говорил три года назад, когда только пришёл в «Ак Барс». «Тогда он сказал команде: «Мы, ребята, должны стать с вами чемпионами», – напомнил «БИЗНЕС Online» Александр Корчагин – в то время директор «Ак Барса». – Тогда все только усмехнулись: «Ну, давай станем».



«У ВАС ЕСТЬ АРТИСТЫ, НО НЕТ ТЕАТРА»

По окончанию чемпионата РХЛ сезон ещё не подошёл к концу: «Ак Барсу» предстояло выступление в Кубке России. Этот турнир имел значения только для команд, которые хотели заполучить одну из трёх путёвок России в Евролиге. «Ак Барс» уже обеспечил себе участие в главном европейском турнире победой в чемпионате, так что теперь клуб в первую очередь волновало состояние дворца спорта. Уже во время розыгрыша Кубка в Казань прибыли представители Евролиги для инспекции.

«Помню это как сейчас, – рассказывает Корчагин, принимавший гостей. – Команда играла со «Спартаком». Мы остались четыре на пять, и даже в меньшинстве смогли забить гол. Игра очень понравилась делегации. А потом они пошли по дворцу. Спрашивают: «Где у вас клуб-то?» А клуба как такового и не было. У нас была тренерская, где, помимо тренеров, сидели я и Виктор Борисович Левицкий. За стеной располагалась бухгалтерия. Вот и весь клуб. Когда они это увидели, то просто схватились за голову».

Как бы то ни было, Евролига не приняла решение переносить матчи «Ак Барса» в другой город или вовсе лишать клуб права на участие в турнире. «Казань произвела на нас неплохое впечатление, и мы считаем, что в этом городе могут проходить матчи Евролиги, – сказал «Спорт-экспрессу» директор турнира Федерико Савиоцци. – У нас не было сомнений в классе «Ак Барса». В то же время у Евролиги были сомнения, что Казань сможет передавать протоколы матчей в течение пяти минут после их завершения, а также организовывать телетрансляции всех игр для Европы.

На приёме в Кремле Савиоцци сказал президенту РТ Минтимеру Шаймиеву: «У вас есть прекрасные артисты, но нет театра». В ответ руководство республики пообещало Евролиге, что к следующему сезону во дворце проведут капитальный ремонт. Последние работы на арене проводили недавно – в августе 1997 года. Тогда лёд в Казани по праву считался худшим во всём чемпионате России. Разница в уровне разных участков покрытия составляла едва ли не 18 см. После того, как во дворце поработала бригада финских специалистов, лёд стал, наоборот, одним из лучших в России. Но в остальном арена не отвечала требованиям времени. У «Ак Баса» не было возможности исправить это, потому что 90% бюджета уходило на зарплаты.

За преображение дворца спорта взялся Камиль Исхаков, на тот момент мэр Казани. «Снесли всё, – вспоминает Левицкий. – Остались только фундамент, колонны и крыша с просветами. Работали под прожекторами круглосуточно, а Исхаков по два раза в день, без выходных, проводил оперативки во дворце. Трудно в это поверить, но к началу сезона дворец был готов. Работы велись меньше шести месяцев».

После золотых медалей и нового дворца «Ак Барс», как и всю страну, ждали трудные времена. 17 августа 1998 года был объявлен дефолт, и буквально за месяц курс рубля упал в пять раз – с шести рублей за доллар до 30-ти.

Печать
Нашли ошибку в тексте?
Выделите ее и нажмите Ctrl + Enter
Оставить комментарий
Все комментарии публикуются только после модерации с задержкой 2-10 минут. Редакция оставляет за собой право отказать в публикации вашего комментария. Свернуть