Матч-центр Вчера Сегодня Завтра
не начался идёт окончен
Хоккей

Почему в хоккее не нужен допинг

Врач по спортивной медицине, специалист антидопингового и антинаркотического обеспечения Академии хоккея «Ак Барс» Нияз Бикчурин в интервью «БИЗНЕС Online» рассказал о взаимодействии с родителями юных хоккеистов, спортивном питании, которое желательно принимать не раньше 16 лет, и запрещенных препаратах, которые могут быть даже в обычных витаминах.

Нияз Бикчурин


«ВЗАИМОДЕЙСТВИЕ С РОДИТЕЛЯМИ – КЛЮЧЕВОЕ В РАБОТЕ АКАДЕМИИ»

– Нияз, многие родители пичкают ребенка витаминами. Насколько это опасно? Может ли в их состав входить что-нибудь запрещенное?

– Тут нужно понимать, что витамины бывают разные: самый классический пример – это популярный комплекс, который часто рекламируют, в его составе есть кобальт. А он входит в запрещенный для спортсменов список. Даже минимальные следы в допинг-пробе спортсмена будут поводом для разбирательств.

– С какого возраста вы рекомендуете принимать витамины?

– Здесь всё индивидуально. На самом деле большей популярностью пользуется спортивное питание, а моя точка зрения, что в хоккее его не стоит принимать раньше 16 лет.

– Как Академия работает в вопросах допинга?

– Мы создаем специальные методические пособия для детей, родителей и тренеров. В планах введения внештатного специалиста - клинического фармаколога, который будет консультировать детей.

Взаимодействие с родителями в Академии – ещё один из ключевых моментов работы, потому что именно они контролируют здоровье ребенка. Мы регулярно проводим собрания, там я часто слышу от родителей жалобы, что их ребенок не растёт, и вопросы, какие витамины ему давать. Их это очень сильно беспокоит. На мой взгляд, сбалансированное питание поможет гармонично развиваться организму юного спортсмена намного лучше, чем любые витамины. Какие-то дополнительные добавки, спортивное питание должны применяться в более позднем возрасте.


– Что чаще всего спрашивают родители?

– Часто спрашивают о травмах: детей беспокоит спина, колени и прочее. Также интересуются, какие препараты можно применять для быстрого восстановления. У нас есть некий стереотип, что при любых проблемах нужно бежать в аптеку и покупать непонятные таблетки, которые обязательно помогут. Наша задача – рассказать и донести, что только правильное питание, режим дня и рациональные тренировки дадут результаты.

– А есть список таблеток, которые категорически запрещено давать ребенку?

– Если говорить, например, о таблетках от головной боли или жаропонижающих – они не запрещены, поскольку не включены в запрещенный список. Наверное, можно попасться на диуретиках. Врачи могут назначить их как лечение, они как раз таки включены в список запрещённых препаратов, являясь маскирующим агентом. Родители могут этого не знать, поэтому мы постоянно объясняем на собраниях: вы уже взрослые и должны понимать, что вам прописывает обычный врач в поликлинике. Не нужно лениться – всё это легко можно проверить. Мы всё это проговариваем и объясняем, потому что многие даже не знают, что такое допинг. Некоторые считают, что это таблетки, которые помогают стать лучше. Но допинг – это нарушение антидопинговых правил, а их огромное количество: отклонение от тестов, наличие допинговых препаратов и многое другое.

– В хоккее допинг вряд ли может иметь конкретный эффект. Ты можешь сколько угодно его принимать, но если команда у тебя слабая, то это не поможет. Вы согласны?

– Пожалуй что да. И просто сам вид спорта такой, в нём не принимают те виды допинга, которые принимаются в других дисциплинах. В циклических видах спорта ты подкачался, «почистился» и пошёл на соревнования без следов препарата в своем организме. Поэтому ключевой момент для антидопинговых организаций – проверка именно внесоревновательный этап подготовки. Проверяют показатели крови, биохимические показатели, следят, чтобы было всё на определённом уровне. Учитывается тренировка в высокогорье, при симуляции гипоксии. Но не у хоккеистов. В игровых видах спорта есть точки соприкосновения – я занимаюсь антидопинговой и антинаркотической деятельностью, и как раз-таки в игровых видах спорта применяются наркотики – препараты, которые вызывают привыкание, как стимуляторы. А допинг для выносливости в хоккее практически не применяется.

«МЕЛЬДОНИЙ НЕ ПОДХОДИТ ПОД КРИТЕРИИ ЗАПРЕЩЕННЫХ ПРЕПАРАТОВ»

– После всех скандалов с допингом у простого персонала ВАДА поменялось отношение к россиянам? Стало хуже?

– Не знаю, не могу прокомментировать. Хотя я практиковался как врач в Германии этой осенью и работал там со спортивными врачами. Один коллега, например, сказал, что не верит, что Усейн Болт бегает сам и ничего не принимает. А если выяснится, что Болт принимает допинг, то это будет крах всей лёгкой атлетики.

– Как это произошло с тяжёлой атлетикой?

– Да. Как с велогонками и Ленсом Армстронгом. Поэтому профессионалы из медицины относятся к этому нормально и понимают, что тут есть и доля политики.

– Вы сами чувствуете, что есть доля политики?

– Да, чувствую. Я не могу объяснить некоторые вещи – с тем же самым мельдонием. Как врач, как медик, как человек, который постоянно разбирается и копается в этом. Есть критерии, по которым препараты попадают в список запрещённых. Ни под один из них мельдоний не подходит. Судя по всему, за границей специалисты в области клинической фармакологии не поленились и проверили, как долго этот препарат выводится из организма. Оказалось, что долго. И этим начали манипулировать.


– Есть версия даже, что у Крушельницкого мельдоний мог скопиться в каких-то связках.

– Это кёрлинг. Непонятно, зачем там нужно применять мельдоний.

– Говорят, у китайцев не находят допинг, потому что они очень умные. Насколько вообще сложно скрывать применение препаратов?

– Таких тонкостей я, к счастью или к сожалению, не знаю. Однако замечал, когда мне приходилось работать допинг-офицером на этапе Кубка мира по ходьбе, как на допинг-контроль приходили китайцы. Обычно спортсмены приходят, сдают пробу и уходят – текучка. А здесь смотрю – китайцы накопились. Их было четыре человека, они остались самыми последними. И потом все как по звонку вместе встали и пошли в туалет. Почему, зачем? Я не совсем понял.

– По каким признакам, кроме анализов крови и мочи, можно выявить применение допинга?

– Как инспектора допинг-контроля меня этому не обучали. Как врач знаю, что некоторые препараты могут оказывать реакцию на зрачки, иногда спортсмена может выдать его поведение - нервозность или излишняя расслабленность.

– Вообще антидопинговая система на фоне всех этих скандалов требует какой-то реформации?

– Изначально вся антидопинговая тематика была построена на стыке двух дисциплин: медицины и юриспруденции. Сейчас всё большую власть захватывает юриспруденция, плюс вмешивается политика. Если возвращаться к истокам, то какие-то полномочия стоило бы передать министерству здравоохранения, тогда дело может перейти в другое русло.

Казалось бы, всё просто – не принимайте ничего и всё. Это началось, как сейчас помню, в декабре 2015 года, когда я ещё работал в дирекции спортивных проектов, в департаменте медицинского, санитарного и антидопингового обеспечения. Летом 2015-го мы провели чемпионата мира по водным видам спорта, и вроде бы всё прошло гладко. Приглашали совет Европы, отрабатывали с функционерами из минспорта неаналитические методы выявления допинга. Это и взаимодействие с таможенными органами, чтобы контролировать груз, который провозят спортсмены. С гостиницами мы тоже отрабатывали моменты – если обнаруживались какие-то шприцы, иголки, ватки с кровью в номерах где жили спортсмены, они нам сообщали.

И вот потом в конце 2015 года всё началось. С тех пор можно было уже подготовить наших спортсменов и юристов к тому, чтобы достойно работать. Но прошло три года, а ничего особенно-то не поменялось. Всё только хуже и хуже: если в Рио мы поехали только в урезанном составе и под флагом, то теперь совсем другая ситуация – ни флага, ни гимна, многих просто не допустили.

– В Сочи вы участвовали в заборах проб?

– Да.

– Там действительно в соседних комнатах сидели сотрудники ФСБ?

– Нет, не было такого.

– А с Родченковым вы пересекались?

– Пересекался в рамках чемпионата мира по водным видам спорта в Казани. Он приезжал к нам, мы постоянно консультировались, отрабатывали логистику транспортировки допинг проб, занимались планированием тестирования совместно с антидопинговым комитетом международной федерации плавания.

– Какое впечатление он создавал?

– У него по антидопинговой тематике очень много информации в голове, он постоянно взаимодействует с руководителями антидопинговых лабораторий всего мира, дружит с ними, у них свое общение. Он постоянно мониторил ситуацию, что где как, какие препараты, что можно давать, что нельзя. Больше ничего сказать про него не могу.

«ХОККЕЙ – НЕ ТОТ ВИД СПОРТА, ГДЕ ЧАЩЕ ВСЕГО УПОТРЕБЛЯЮТ ДОПИНГ»

– Может ли какой-нибудь запрещенный препарата попасть в состав еды или это невозможно? Часто спортсмены так оправдывают положительный допинг-тест.

– Скорее всего, нет.

– Но вы рекомендуете ребятам смотреть состав продуктов?

– Нет, в это мы уже не углубляемся. Состав БАДов или других пищевых добавок изучать надо, но в повседневной еде допинга быть не может.

– Приходилось ли в Академии или во время другой работы оформлять кому-то терапевтические допуски?

– Разумеется, работая на крупных турнирах приходилось, заполнять допуски – такие случаи были на Универсиаде и Чемпионате мира по водным видам в спорта в Казани. В Академии

нам пока не приходилось решать такие вопросы. Но об этом упоминалось в беседе с врачами – если что, давайте. Неплохо бы отработать этот алгоритм прописывания по всем правилам. Потому что всякое бывает, а многие просто боятся, считая это бумажной волокитой, которая к тому же привлечёт к тебе внимание. Это нужно делать, если есть реальные показания к применению лекарств, не нужно бояться.

– Планируется ли в Академии заводить медицинский паспорт?

– В антидопинговых правилах перечислены виды спорта и ряд спортсменов, которые входят в постоянный пул тестирования. Чаще всего это циклические виды спорта и отдельные дисциплины, где чаще всего происходят случаи раскрытия допинга: тяжёлая атлетика, лёгкая атлетика, плавание. Хоккей в этот список не входит, поэтому лаборатории паспорт спортсмена не заводят. Я разговаривал со многими хоккеистами, даже на Олимпиаде не проводилось предсоревновательное тестирование хоккеистов.


– Вы знакомы со случаями, когда допинг подбрасывали, как сейчас говорят про керлингиста Крушельницкого?

– В личной практике нет, но были разговоры, что в принципе такое возможно. Даже внутри коллектива бывает серьёзная конкуренция, и такие случаи возможны.

– Как в ближайшие два-три года планируется развиваться ваша деятельность в Академии?

– Сейчас цель номер один – это образовательная деятельность, которая будет продолжаться. У нас множество тем, куда можно расширяться, где можно добавлять, повторять заново. Также мы планируем введение теста на наркотики в рамках углублённого медицинского осмотра, который будет проводиться два раза в год. Хотим наладить взаимодействие с антидопинговыми организациями, опять-таки в плане образовательной деятельности. Сейчас сложно говорить о том, возможно ли будет договориться, чтобы проводить какие-то антидопинговые тесты. Но с этим в целом по стране сейчас сложно.

– Какие вопросы задают сами игроки?

– На образовательных семинарах хоккеисты проявляют бдительность, спрашивают можно ли применять те или иные препараты, которые им назначил врач в поликлинике. Чувствуется, что у ребят младшего возраста есть соблазн начать применять спортивное питание - казаться тем самым взрослее, профессиональнее. Отсюда и вопросы, можно ли применять специальные средства, и какие. Я отговариваю их от этой идеи, прошу делать акцент на режим дня и питания.

– Вы часто встречаетесь с игроками?

– С игроками мы собирались один раз, перед сезоном, обсуждали тему применения допинга и наркотиков. Но и тренеров был аналогичный семинар, также с ними мы провели лекцию по профилактике травматизма. С родителями каждой из школ встречались по разу, и мы готовы и дальше отвечать на вопросы, если они появятся, с нами легко связаться.

– Вы говорили про тест на наркотики. Это ведь дело добровольное, как оно относится к хоккею? Может ли это влиять на результаты или считать допингом?

– Согласно законодательству, данное тестирование является добровольным, но мы просим отнестись к данным мероприятиям с пониманием и не отказываться от прохождения тестов, поскольку данные скрининговые мероприятия несут профилактическую пользу. Например, в наши дни так популярны вейпы и кальяны, с западного хоккейного мира к нам пришёл жевательный табак. И мы все прекрасно понимаем, что пристрастие к данным привычкам идет не в пользу здоровья юного спортсмена, а иной раз может стать причиной серьезных проблем со здоровьем. К тому же, это может быть первым шагом к наркотическим

веществам. Поэтому мы просим не игнорировать эти тесты, объясняем родителям ситуацию. Тестирование бесплатное, результаты будут исключительно конфиденциальными и не повлияют на дальнейшие занятия хоккеем в ДЮСШ.

– А с какого возраста начинают проверять на допинг в детско-юношеском спорте?

– Согласно антидопинговому кодексу, на допинг-тест может быть отобран спортсмен любого возраста, если он принимает участие в соревнованиях. Существует ряд особенностей в процедуре сбора допинг-проб у несовершеннолетних детей. Например, на станцию допинг-контроля несовершеннолетний спортсмен должен явиться со своим представителем - тренером, врачом или даже родителем.

– Кто сейчас занимается контролем в хоккее – РУСАДА? КХЛ? Федерация хоккея?

– Насколько мне известно, РУСАДА лишена аккредитации и не в праве осуществлять сбор проб. Вероятно, в Федерации хоккея есть специалисты, занимающиеся планированием тестирования. А вообще для проведения тестов в России нанимаются заграничные антидопинговые агентства. В том числе и поэтому мы в Академии начали работу в этом направлении, нам важно, чтобы у спортсменов не было проблем, чтобы они были здоровы и соблюдали все правила.

Печать
Нашли ошибку в тексте?
Выделите ее и нажмите Ctrl + Enter
Оставить комментарий
Все комментарии публикуются только после модерации с задержкой 2-10 минут. Редакция оставляет за собой право отказать в публикации вашего комментария. Свернуть