Матч-центр Вчера Сегодня Завтра
не начался идёт окончен
Хоккей

Кто сделал Флёри таким крутым вратарём

Он помог «Вегасу» дойти до финала Кубка Стэнли.

Дэйв Приор / фото: Ethan Miller, gettyimages.com


В хоккее вратарь намного важнее, чем в футболе. В футболе средняя команда с отличным вратарем не добьётся ничего, а в хоккее вратаря, который тащит, может довести команду до самой вершины. «Вегас» в первом сезоне в чемпионате НХЛ играл в финале Кубка Стэнли, и первый человек, которому руководство клуба должно быть благодарно, – тренер вратарей Дэйв Приор.

Когда Марка-Андре Флёри – уже ветерана НХЛ, олимпийского чемпиона, первого номера драфта, выигравшего с «пингвинами» три Кубка Стэнли, прочили в претенденты на «Конн Смайт Трофи», это как раз заслуга Приора. Про Флёри и говорят, что это особенный вратарь, который одним сэйвом может изменить ход матча и у которого нет слабых мест, но в этом сезоне он всё равно смог улучшить свою игру, добавив стабильности.

Приор смог собрать надёжную бригаду вратарей, которая помогла «Вегасу» пережить многочисленные травмы. И когда Флёри, Малкольм Суббан и даже Оскар Данск были травмированы, Максим Лагас, вызванный из фарма, не дал «рыцарям» пасть.

В чём секрет подхода Приора?

НЕТ НИЧЕГО ЛУЧШЕ СТАРОЙ ШКОЛЫ

Приор провёл семь лет в центральном скаутском бюро НХЛ, прежде чем начать тренерскую карьеру. Он успел поработать с «Даллассом», «Детройтом», «Сан-Хосе» и «Виннипегом», до того как присоединился к «Кэпиталз» в 1997 году. За 17 сезонов в «Вашингтоне» он помог команде единственный раз до этого выйти в финал Кубка в 1998-м и привёл Олафа Кёльцига к «Везине» в 2000-м. Он открыл для НХЛ Семёна Варламова, Михала Нойвирта и Филиппа Грубауэра. И это он задрафтовал Брэйдена Холтби для «столичных», а затем выбрал Флёри на драфте расширения, будучи уже тренером «Вегаса».

Он называет себя представителем «старой школы», незнаком с понятиями VH и RVH, и признаётся, что не всем нравятся его тренировки.

Главный принцип Приора в игре вратаря – до конца держать позицию и это отлично подходит образу «золотых рыцарей».

Приор тщательно выбирает вратарей под свою философию. Как сам он говорит, он ищет людей, которые ждут развязки ситуации как можно дольше и не откатываются в ворота. Он признаёт, что это не совсем справедливо по отношению к тем, кто играет по-другому, пытаясь реагировать заранее, ведь их так учили. Но многие вынуждены так делать, потому что недостаточно быстры.

«Поэтому я ищу парней с крепкими нервами и быстрой реакцией, которые не будут откатываться и садиться раньше времени», – рассказал Приор изданию InGoal.

Флёри идеально подошёл предпочтениям Приора, потому что до последнего стоит на коньках и может быстро двигаться в бок, а потом восстанавливаться после таких агрессивных движений.


 

НИКАКИХ ОТКАТОВ И ЛИШНЕЙ СУЕТЫ

Конечно, секрет успеха кроется не в одной простой концепции - вся формула гораздо сложнее. У всех вратарей разные стартовые позиции в зависимости от их физических возможностей. Приор, естественно, это понимает и не рисует им строгие линии, где можно играть и за которые нельзя переступать. Для каждой ситуации он с вратарями ищет оптимальные позиции, которые позволят перекрывать броски. Тренер признаётся, что у него достаточно сложные схемы игры, и его вратарям нужно быть гораздо внимательнее, чем киперам в других командах.

Главное – не поощряются откаты назад. Как и выкаты вперёд, а потом движение обратно. Откат часто не даёт возможности сделать сэйв, ведь вратарь увеличивает угол обстрела и загораживает меньшую площадь ворот для нападающего. При этом он ещё не стабилен на льду из-за движения. Он не может сконцентрироваться на управлении отскоком, а после этого забрать шайбу, которая лежит прямо перед тобой, потому что продолжается движение назад.

«Мы более терпеливы, предоставляем бросающим право сделать первый шаг, пытаемся ставить себя в выгодную позицию, – объясняет Приор. – Нападающие в НХЛ слишком хороши, чтобы давать им возможность читать нас. Тебя разложат на льду, если дождутся твоей реакции. Они ждут, и кто первый дёрнется, тот и проиграл. Бросающий обязательно использует твою ошибку или нетерпение. Мы стараемся не реагировать на действия нападающего, а просто ждём, защищая ворота, держа его в напряжении, насколько это возможно».

Что бывает, когда вратарь делает первый шаг, Рейли Смит демонстрирует на Холтби.

Даже при такой тактике в какой-то момент вратарь в любом случае теряет даже шанс среагировать на бросок, но это не страшно.

«Если ты откатываешься и при этом пытаешься понять, куда поедет игрок с шайбой, рано или поздно тебя вытянут из ворот, и в этом даже не будет твоей вины. Ведь ты пытался выиграть себе пространство, чтобы успеть среагировать. Но при этом ты открываешь огромные дыры, и шайба просто пролетает сквозь тебя. Если шайба попадает в эту дыру, она уже точно летит в ворота, уже не мимо, ведь ты вкатился».

А если вратарь стоит в позиции перед игроком и чётко держит баланс в центре тела, тогда сопернику приходится бросать мимо в надежде, что шайба попадёт в ворота, но она летит мимо. А у вратаря в любом случае остаётся возможность среагировать и отбить шайбу.

«Это сложно сделать» – всё-таки добавляет Приор.

«СЕЙВЫ НА ТРЕНИРОВКАХ НИЧЕГО НЕ ЗНАЧАТ»

Тренировки у Приора сильно отличаются от тех, к которым привыкли вратари. Во время занятий с вратарями он не концентрируется на том, чтобы останавливать броски. В старой школе считают, что это своего рода жульничество – если ты хочешь брать все шайбы на тренировках, нужно обманывать нападающих, выбирать не те позиции. И это вредно для голкипера, ведь игровые ситуации часто не имеют ничего общего с упражнениями.

Флёри не стал исключением, приспосабливать его привычки к новому процессу было непросто. Он не хотел перестраиваться, постоянно стремился к успеху на тренировке – сделать как можно больше сэйвов, это позволяло ему хорошо себя чувствовать.

«Потому что мне не нравится пропускать шайбы на тренировке, – объяснял Флёри. – Ты получаешь один, два, три, а потом думаешь: «Да какого... Я не могу так тренироваться». Но я пытался и в итоге мне это понравилось, потому что задача стала сложней. Теперь у меня больший контроль над игрой и мне не нужно для этого много кататься».

Надо отдать должное Приору, он смог использовать качества Флёри и перевёл его игру на свои рельсы. Когда канадец ответил, что не привык столько пропускать, Приор сказал: «Это потому что вы всё время жульничали. Вы должны играть правильно. В конце концов, эти сэйвы ничего не значат».

Поэтому упор в тренировках Приора сделан именно на нейтрализацию моментов. Важно чётко выполнять алгоритм, работать с ситуацией, а не пытаться именно остановить бросок любым способом. Приор пытается записать это на подкорку мозга своих игроков.

С Данском, Лагасом и Суббаном процесс перестройки прошёл относительно проще. Все они в одной возрастной группе и работать с ними, по признанию Приора, легче, чем с Варламовым, Нойвиртом, Холтби, когда они были в том же возрасте, или Диланом Фергюсоном. Тренер полагает, это оттого, что они столкнулись с неудачей в своей карьере и более восприимчивы к критике.

«Если Фергюсон терпит неудачу, он более расстроен, потому что не прошёл через это. Эти трое (Данск, Лагас и Суббан) по-прежнему верят в себя, хотя ясно, что остальной мир не верит в них», – говорит Приор.

«МНЕ ВСЁ РАВНО, ЧТО ОН ДЕЛАЕТ – ХОТЬ НА ГОЛОВЕ СТОИТ»

Для Приора приоритетна правильная позиция вратаря, а контроль шайбы вторичен. В первую очередь, важно быть на пути шайбы к воротам, двигаться перпендикулярно прямой от неё к центру ворот.

«Чем больше мы работаем именно над этим движением, тем лучше отрабатывается завершающая стадия движения. Суть в том, чтобы при остановке шайбы вратарь не продолжал двигаться по инерции за игроком. Тренируем ноги, а в игре работает уже мозг, отдавая команды ногам, которые отрабатывали эти моменты много раз», – говорит специалист.

При движении на фланге важно, чтобы вратарь добрался до штанги. Но стиль Приора не позволяет, чтобы вратарь отступал глубоко, а потом снова выходил и занимал позицию, как делают многие, когда прижимаются к штанге.

«За шайбой нужно двигаться так, будто её ведут в клюшке, а не просто переводят дальней передачей на фланг», – объясняет Приор.

На первый взгляд, это создаёт трудности при бросках в касание. Вратарь, видя игрока на дальнем фланге, сразу же бросается реагировать, закрывает штангу и углы, потому что может быть бросок в касание. Но если пойдёт обратная передача, то голкипер не успеет переместиться.

Поэтому Приор учит вратарей спокойно двигаться за шайбой в стойке и не уводить тело в сторону. Тогда они всегда готовы и к обратной передаче, а не только к броску в касание.


Это требует огромной концентрации, ведь нужно каждую секунду держать шайбу перед собой и подстраивать своё тело.

Приор не вмешивается в технические моменты вратарей, в какой стойке они играют у штанги и как ловят шайбы. Он прививает сам принцип позиционной игры.

«Я не углубляюсь в механику того, как они играют. Мне всё равно, как они стоят в стойке и прочее. У меня могут быть свои предпочтения, но наша задача – указать на слабости и исправить их. Поэтому, если парень может стоять на голове и делает это хорошо, я не собираюсь его переучивать».

Когда у него спросили, даёт ли он своим вратарям дополнительные приёмы и позволяет ли самим решать, в какой стойке играть у штанги – VH или RVH, Приор ответил довольно просто.

«Мне всё равно, что он (вратарь) делает. Я даже не знаю эту терминологию, честно говоря. Может было бы иначе, если бы я учил детей, но эти ребята уже многого достигли, как игрок я никогда не приблизился бы к их уровню. Но почему-то многие парни изначально готовятся к низкому уровню, а я хочу, чтобы они добились успеха в НХЛ. Например, в лиге играют парни, которых я считаю менее привлекательными, чем Суббан и Лагас».

Печать
Нашли ошибку в тексте?
Выделите ее и нажмите Ctrl + Enter
Оставить комментарий
Все комментарии публикуются только после модерации с задержкой 2-10 минут. Редакция оставляет за собой право отказать в публикации вашего комментария. Свернуть