Матч-центр Вчера Сегодня Завтра
не начался идёт окончен

«В журналистике как в спорте. Секрет успеха – подготовка». Из фигурного катания на Первый канал

Большое интервью с Линой Фёдоровой.

Фото: страница Лины «Вконтакте»


Спортивная пара Максим Мирошкин/Лина Фёдорова по юниорам считалась самой перспективной в России. Их пара одна из немногих в мире исполняла на официальных соревнованиях синхронные вращения (бильман).

Максим ушёл из спорта из-за травм, а Лина не смогла найти нового партнёра. Сейчас Лина учится на журфаке МГИМО и проходит летнюю практику на Первом канале. Она рассказала «БИЗНЕС Online», много ли общего в большом спорте и журналистике.

«ПРИ ОБЩЕНИИ С КАНДЕЛАКИ НЕ БЫЛО НИКАКОГО БАРЬЕРА»

– Лина, откуда у вас интерес к журналистике?

– Журналистикой я интересовалась с самых детских лет и маленькими шажочками шла к своей цели. Ещё в 2012 году после юношеской Олимпиады в Инсбруке говорила, что хотела бы работать на Первом канале. Не могу сказать, что цель выполнена. Да, я делаю сюжеты, но это ведь ещё не работа – лишь летняя практика. Но, в любом случае, это отличный шанс показать себя.

– Сложно ли попасть на Первый?

– Нет, не сложно. Я попала ни по связям, ни за спортивные заслуги. Просто в конце учебного года с подругой по ВУЗу подошли к одному преподавателю с нашей кафедры, спросили его, где и как можно будет постажироваться. Первый даже не рассматривали, хотя бы куда-нибудь попасть. Он обещал помочь, а потом сказал, что есть несколько вариантов. В том числе Первый. Естественно, мы согласились. Сейчас главное не подвести его и наш вуз, оправдать доверие.

– Какие первые впечатления от Останкино?

– На удивление всё очень хорошо прошло и до сих пор хорошо проходит практика. Никакой дедовщины, наоборот, опека, стараются помочь, объяснить, показать. Нас, стажеров, отправляют на съемку с уже опытными корреспондентами, которые работают на Первом очень давно, уже не помнят даже сколько лет. Они рассказывают много интересного, объясняют, как себя вести, где нужно говорить, где не нужно, с кем интереснее интервью получится, с кем – нет, какие вопросы задавать. Операторы тоже помогают, рассказывают о своей работе. В этом плане на Первом очень хорошие люди, настоящие профессионалы.

– Вы брали интервью у Тины Канделаки. Как это получилось?

– Если честно, я готовилась к худшему. Думала, что она будет очень холодно и как-то без энтузиазма разговаривать со мной, плюс времени было очень мало. Она приезжала к нам в МГИМО с мастер-классом. И на удивление, при встрече она сразу пожала мне руку, расспросила обо мне, кто я, что я, чем занимаюсь. Не было абсолютно никакого напряжения или ступора. Мы очень хорошо побеседовали с ней, общались как будто очень давно знакомы. Никакого барьера вообще не было. Не ожидала.

– А вообще волнуешься перед интервью, сюжетом, репортажем?

– Конечно. Думаю, тут как в спорте. Если в фигурном катании переживаешь, как выйти на лед, не ошибиться, выполняя программу, то в журналистике не хочется подвести людей, тех, для кого ты работаешь, с кем работаешь. Интервью – отдельная история. Тут ответственность лежит полностью на мне, я готовлю вопросы, узнаю о человеке до встречи.

– Что помогает преодолевать волнение?

– Спортивная закалка, всё-таки она у меня есть! А если серьезно, то пытаюсь как можно лучше подойти к интервью, сюжету. Секрет успеха – подготовка. Чем больше я знаю о человеке, мероприятии, тем проще будет находить информацию, общаться и узнавать подробности. Будешь знать, где копать, что спрашивать. Поэтому всегда нужно готовиться. Тогда и волнение пропадёт.

– Сложно было поступить в МИТРО?

– Не очень сложно. Главное, нужно было сдать нормально ЕГЭ и написать хорошо внутреннее сочинение. Результаты ЕГЭ достаточно высокие у меня были, поэтому не переживала. На самом деле для спортсменов были отдельные квоты, но я узнала у них уже после поступления. Так что поступала на общий основаниях, по конкурсу, спортивные успехи мне не зачли. Они просто и не понадобились.

– После вы перевелись на журфак МГИМО. В чём причина?

– Мне нравилось в высшей школе, но появилась возможность перевестись. Обсудила с родителями, где лучше учиться. Всё-таки МГИМО есть МГИМО, имя говорит само за себя. Да, вуз непрофильный для тележурналиста, но у нас с третьего курса есть разделение на теле- спортивную и политическую журналистику, поэтому образование по профилю я тут получу. Учиться нравится, но признаюсь, что тяжеловато. Основной упор на первых курсах идёт на языки. У меня немецкий, он очень сложный и пять дней в неделю мы его учим, с него очень сильно требуют. По всем остальным предметам если сидеть, учить и повторять, то всё спокойно можно сдать.

«НРАВЯТСЯ КОМАНДНАЯ И ГУБЕРНИЕВ»

– В предыдущих интервью говорили, что всегда хотите быть в движении. Поэтому выбрали журналистику?

– Меня очень сильно бесит монотонная работа. Просиживание целыми днями в офисе вообще не для меня. Такая работа сильно утомляет. Прошлым летом я сидела в редакции журнала Top Beauty. Писала статьи и брала интервью, не выходя из офиса, – это делать было неинтересно. Не моё. Мне нужно постоянно находиться в движении, куда-то ездить, путешествовать, знакомиться с новыми людьми.

– Хочется ли уйти в спортивную журналистику?

– Спортивную журналистику я люблю, писать мне нравится, я практиковалась в этом и сейчас продолжаю работать редактором издания «Спорт изнутри». На «Первом» пока спортивные сюжеты снимать не доводилась, но я знаю, что спортивная редакция канала сильная. Если будет шанс, обязательно попрошу там постажироваться. Всё-таки это мне ближе, интереснее, да и сама я компетентнее в спортивных темах.

– Вы ещё хотели попробовать себя комментатором. Уже был опыт?

– Да очень хотела, но пока не было шанса. Точнее был, я должна была комментировать юниорский чемпионат России, уже был анонс соревнований, но в последний момент федерация не дала мне выйти в эфир по каким-то причинам… Было обидно. Надеюсь, ещё будет шанс, потому что я вижу себя больше в спортивной журналистике, если честно, нежели в политической.

– На кого равняетесь в журналистике?

– Стараюсь ни на кого не равняться, но есть безусловно профессионалы своего дела, которые импонируют своей работой. Мария Командная, например, она работала раньше на “Матч ТВ”, сейчас вообще на Fox Sports, с ней целый холдинг спортивный. Губерниев Дмитрий – он очень разносторонний, иногда кажется, что он абсолютно любой вид спорта готов прокомментировать и с таким энтузиазмом! Тина Канделаки, возможно, хотя она все-таки все больше уходит из практики в руководство, теперь она медиаменеджер.

– А как же мэтры олимпийских видов? Елена Вайцеховская, Татьяна Тарасова?

– Тарасова вообще не журналистка, тут долго говорить о ней и не стоит. Вайцеховская пишет неплохо, но иногда мне вообще не понятна её позиция. Сегодня она может написать хорошо о спортсмене, а завтра может чуть ли не крест на нём поставить. Не хочу ничего сказать неправильно, обидеть старшего коллегу, но в фигурном катании-то я разбираюсь точно! И всё-таки она авторитет, её все читают, все знают. До неё мне ещё расти и расти.

– В достаточной ли мере российские СМИ освещают фигурное катание?

– Конечно же, как любая фигуристка я бы хотела, чтобы наш спорт как можно чаще и больше показывали на ТВ. Но я понимаю, что он не так популярен, как футбол и хоккей, его так же часто освещать не будут. И все равно “Матч ТВ” проделывает в этом плане большую работу, показывая практически все международные соревнования, чемпионат России.

– В России многие негативно относятся к прессе. Как думаете, с чем это связано?

– Потому что некоторые журналисты неправильно трактуют слова спортсменов во время интервью, у меня такое было часто. В итоге получается недопонимание, люди читают, начинают писать негативные комментарии про спортсменов. Неприятно же! Одно на другое, несколько неудачных слов журналиста, и репутация спортсмена испорчена. Я сама прошла через это, поэтому понимаю прекрасно, что нужно ответственно к работе относится.

– Ютуб и соцсети поглощают классические СМИ. Это хорошо или плохо?

– Соцсети – это больше пиар, и от меня пока далеко. Если будет возможность пройти курсы и научиться вести соцсети, было бы здорово. Мне это очень интересно. Я замечаю, что многие телевизионщики пробуют себя дополнительно на ютубе. Правильно делают! Думаю, скоро телевидение в его классическом формате, что мы смотрим сейчас, будет умирать, и всё перейдет в интернет. Это удобнее для всех – и для аудитории, и для создателя контента.

«ЖИТЬ НА СПОРТИВНОЙ ДИЕТЕ ЛУЧШЕ, ЧЕМ ПИТАТЬСЯ НЕПОНЯТНО КАК»

– Что позволяете себе после завершения профессиональной карьеры? Жить стало легче?

– Нет, не скажу, что легче стало жить. Даже тяжелее. До сих пор болезненно переживаю, что ушла из спорта, полностью не смогла смириться. А поблажек себе особо нет. Я никогда не любила до утра гулять, где-то тусоваться, выпивать, это не для меня, я люблю спокойный отдых. Клубы, бары – могу конечно выйти куда-нибудь, но случается это крайне редко, так что в этом плане особо ничего не изменилось.

– А как же питание? У фигуристок очень строгие диеты.

– Естественно, когда катаешься на серьезном уровне, то всегда держишь себя в форме. И сейчас я понимаю, что на самом деле такое строгое питание даже лучше. Оно дисциплинирует. У журналистов так вообще нет полноценных обедов, постоянно какие-то перекусы, что влияет на здоровье прямым образом. Заметно по «Первому» – корреспонденты чуть ли не живут в Останкино, проводят там и дни, и ночи, переезжают из одной страны в другую, хорошо если по пути что-то поесть успевают. График жизни сумасшедший, но с этим ничего не поделаешь, приходится мириться.

– Насколько важна психология в спорте? В фигурном катании в частности.

– Спортсмены, претендующие на хороший, высокий уровень, всегда работают с психологом. И я тоже не исключение. Причём беседы действительно помогали! Сначала казалось, что это всё абсурд, а потом на соревнованиях вспоминала советы психолога и чисто исполняла программы, легче собиралась.

– Часто фигуристы связывают ошибки проката с волнением. Как его победить?

– Волнения и ошибки связаны с тем, что спортсмен не до конца готов. Если не доработал на тренировках до конца, то, естественно, будешь волноваться. Поэтому лучше как можно лучше отработать на тренировках, готовиться, и уже быть спокойным, когда выходишь перед судьями на лёд.

Фото: Wikimedia / Luu


– Ваш партнер Максим Мирошкин завершил карьеру после тяжелой травмы. Поддерживаете с ним связь?

– Мы хорошие друзья. Не понимаю, когда напарники только на льду общаются, а вне льда как два незнакомых человека. Так работу не построишь и не получишь результата. Нужно контакт наладить. Сейчас, правда, уже редко общаемся. Хотя я его и поддерживала после травмы, расстались мы не очень гладко.

– Часто пары в фигурном катании становятся парами и в жизни.

– Такое бывает, но не с нами. Любви не было. По крайней мере, я этого не хотела точно. Да, подшучивала иногда над его девушкой, но не больше.

– Самый необычный подарок, который дарили?

– Один раз из другой страны мне прислали, не помню правда откуда, на день рождения сережки. Очень хорошие, красивые. Причём так мило оформлено, с письмом и пожеланиями. Очень приятно.

– Вы с Максимом были первыми факелоносцами огня Олимпиады. Общались с Путиным. Что чувствовали?

– Помню конечно, как такое забыть! Всё было очень неожиданно. Мы узнали об этом спонтанно и были просто в шоке. Нас выбрали как участников юношеской олимпиады как молодое поколение российского спорта. Было несколько репетиций. Но все они были без Владимира Путина! А нам ведь ему факел передавать нужно было. Сильно переживали, не знали, как себя вести. Как на иголках. Слава богу, всё прошло хорошо. Зато есть что вспомнить! Очень красивая была церемония. А потом, кстати, нас пригласили на открытие Олимпиады, мы сидели в ложе с президентом.

– По юниорам ваша пара каталась вместе с Тарасовой и Морозовым. Вы могли их обыграть. Сейчас же они серебряные призеры чемпионата мира, вы с Максимом вне спорта. Как так вышло?

– Юниорский спорт очень сильно отличается от взрослого. В юниорском спорте главное при выступлении – чисто исполнить все элементы. Сами программы, музыка, артистизм отходят уже на второй, третий план. Чисто откатала – молодец. А дальше уже если можешь перенести свою технику на хорошую программу, красиво подать себя – то получается хороший результат и на взрослом уровне. Трудно сказать почему, но ребята оказались сильнее нас. Продолжаю общаться с ними, болею за них. Обиды нет никакой. На что обижаться?

– В юниорском спорте вы были целых четыре сезона. Не пересидели?

– На то время это было нормально. Считалось, что лучше максимум выжать из юниорских соревнований. Сколько можешь по юниорам катать, столько и нужно. Это сейчас пошла уже тенденция переходить во взрослые как можно раньше. Особенно эта тенденция видна у девочек. Пока ты маленькая – прыгаешь четверные, три с половиной, но нужно как можно быстрее показать себя во взрослом спорте. Это понятно – потом наступает переходный возраст, идёт формирование тела, и спортсменка теряет то, что делала пока была маленькой. В танцах, парах, у мужчин такого нет.

«ЕСЛИ СОТНИКОВА ЗАХОЧЕТ ВЕРНУТЬСЯ, У НЕЁ ПОЛУЧИТСЯ»

– Вы против раннего перехода во взрослые. Почему?

– Конечно, я не тренер, не могу так строго судить. Это просто моё мнение. Тренер видит ребят своих каждый день и понимает, что лучше для них, где стоит усложнять программу, где упрощать. И всё-таки я считаю, что всему своё время. Правда, сегодня оно так быстро бежит, что, может, и правы эти девочки. Всё рассудит спорт.

– Видели три четверных Трусовой?

– Всю программу Александры Трусовой не видела, но эти три четверных прыжка в интернете посмотрела. Это что-то невероятное. Очень надеюсь, что она не сломается, ведь если она не дойдёт с такими данными до большого спорта, будет очень обидно.

– Вашими кумирами были Татьяна Волосожар и Максим Траньков. А потом вы стали заниматься вместе, у одного тренера, на одном катке. Какие были ощущения?

– Безусловно, гордость от того, что есть возможность тренироваться с такими профессионалами. Я до сих пор считаю их лучшей парой страны. Очень приятные люди. Да и вообще в группе Нины Мозер приятно находится. У нас даже есть свой фан-клуб «Мозер тим». Ребята ездят на все соревнования, независимо от страны и места. Отдельный респект и уважение им.

– Какая Мозер в работе?

– Мозер очень требовательная, но совсем не злая. Она требует результатов от тех, на кого надеется, от кого ждёт. На тренировках с ней не забалуешь. Больше мы работали с Владиславом Жовринским, но и Мозер, естественно, на тренировках присутствовала как старший тренер.

– Что лучше – именитый тренер, у которого десять пар, или начинающий, для кого вы единственная пара?

– Думаю, лучше у молодого тренера. Когда много пар, внимание рассеивается, нужно уделить время и тем, и другим. А когда у тренера только вы, это не просто приятно, но и продуктивно. Всё свое время он посвящает тебе и твоим успехам. Насчёт Владислава Жовринского, давно мы с ним не списывались! Ничего плохого о Жовринском не скажу, отличный тренер. Мне всегда нравились его методики работы, легко с ним было найти общий язык. Как на тренировках, так и в обычной жизни. Человек он хороший.

– Вы катались в детстве вместе с Аделиной Сотниковой, даже у одного тренера. Дружите?

– Да, мы катались на одном катке, хорошо общались в детстве. Сейчас созваниваемся, встречаемся, но пореже.

– Ваше мнение – она вернётся в большой спорт?

– Всё зависит от неё самой, от её желания и стремления. Если есть хорошие наставники и воля к победе, то всё должно получиться. Медаль высшей пробы на Олимпиаде – это то, к чему стремится каждый спортсмен, и после того, как достиг наивысшей ступени, уже очень сложно найти мотивацию. Трудно возвращаться в спорт, понимая, что у тебя уже есть то, к чему ты так долго шёл. Но я всё равно желаю ей успехов. Все поклонники фигурного катания, включая меня, очень ждут её возвращения, потому что она невероятная спортсменка.

«ЕСЛИ ВОЗВРАЩАТЬСЯ В СПОРТ, ТО В СБОРНУЮ РОССИИ»

– Как вы попали в спорт?

– Да просто не было ничего вокруг дома, только каток. Вот бабушка меня и привела в секцию фигурного катания. Мне было четыре года. Уже после первой тренировки я сама поняла, что мне нравится фигурное катание и что я хочу им заниматься.

– Разве в четыре года можно понять, что тебе нравится?

– В четыре года человек хоть что-то осознает… Осознает, может, и громко сказано, но уже в таком возрасте можно понять, что ему нравится, а что нет. Ко мне на подкатку сейчас приводят ребят – два года, три. И честно, это совсем провал. Они плачут, ничего не хотят делать. И я их понимаю! Потому что это не их инициатива, а родителей. Ребёнка в два года поставь на коньки, так он даже и не поймет, что делает. Зачем так издеваться над детьми?

– Одна из самых больших проблем российского фигурного катания – нехватка льда. Вас она коснулась?

– Проблем со льдом на уровне сборных нет. Даже если в Москве нет льда, нам организуют сборы, где точно есть каток. А вот у начинающих спортсменов, особенно одиночников, действительно то разморозят каток, то всё время хоккею отдадут. Приходится с одного катка на другой идти. Но все через это проходят – я не исключение. Думаю, это закаляет.

– Со спортом всё? Вы пытались найти нового партнера, потом пошли слухи про танцы…

– Про танцы это был бред полный. Нет, желание то попробовать себя в танцах было и есть, но я реалист, я понимала, что ни к чему серьезному это бы не привело. А зачем заниматься чем-то просто так? Если уж возвращаться в спорт, то в сборную России. Вариантов я не увидела для себя никаких.

– Тренерское дело не интересует? Одно время вы набирали группу для занятий.

– Тренером попробовать себя хотела бы, параллельно с журналистикой. Сейчас у меня есть не группа, но подкатки. Всё-таки учеба, практика, пять-шесть дней в неделю с утра до вечера в редакции… Полноценную группу взять не могу, но в будущем попробую. Мне всегда это было интересно, да и тренерское дело – отличный способ остаться в фигурном катании.

– Ваш партнер Максим говорил, что вообще не интересуется тренерским делом. А в итоге теперь работает в школе катания Юлии Липницкой и Елены Ильиных. Как так вышло?

– Обстоятельства меняются, мнение тоже. Насколько я знаю, он всегда хотел быть тренером. Ещё когда мы катались, он тренировал начальные группы. По мне так это отлично, когда молодой спортсмен идёт тренировать. Свежая голова, новый взгляд, мнение всегда хорошо для спорта. Взрослые специалисты тренируют по старой методике, и это не всегда дает результаты.

– Какая Лина Федорова в жизни?

– Все говорят, что я душа компании. Человек открытый, жизнерадостный. Да, могу и поплакать, но только в компании самых близких подруг, которых у меня две-три, не больше. Думаю, моя главная проблема, которая и в спорте мешала, что я слишком часто всё держу в себе, проблемы гложат, мешают жить. А по-другому не могу, характер упертый, желает лучшего. От папы достался. Ему упертость даже помогла, а мне вот не очень. Всё-таки фигурное катание – командный вид, где всё зависит от общей работы и к друг к другу важно прислушиваться. Моя упертость – одна из главных причин неудач.

– Какие у вас интересы помимо спорта?

– Люблю музыку разную искать и слушать. Я меломан, так что слушаю всё подряд. В свободное время занимаюсь танцами, хожу в студию. Отличная разгрузка для мозга, люблю этим заниматься. Также кататься продолжаю, хожу на каток иногда, вспомнить детство. Очень люблю читать. Недавно посоветовали хорошую книгу «Монах, который продал свой Ferrari». Теперь всем говорю её почитать. Книга должна на мой взгляд быть не только интересной, но и полезной.

– Сложно совмещать разные виды деятельности? Как все успеваете?

– Совмещать не сложно, но приходится выставлять приоритеты. Сейчас больше всего времени уделяю учебе. Как закончу, перейду полностью в работу. Либо тележурналистика, либо спортивная. В идеале – спорт на ТВ.

ДОСЬЕ «БИЗНЕС Online»
Лина Федорова
Дата рождения: 20 декабря 1997
Место рождения: г. Москва
Специализация: спортивные пары
Достижения: в паре Максимом Мирошкиным двукратный бронзовый призёр чемпионата мира среди юниоров 2013 и 2015 годов, чемпион юниорской серии гран-при, серебряный призёр зимних юношеских Олимпийских игр, чемпион России по фигурному катанию. На январь 2017 года пара занимала 38-е место в рейтинге Международного союза конькобежцев (ИСУ).

Подпишись на наш канал в Яндекс.Дзен

Печать
Нашли ошибку в тексте?
Выделите ее и нажмите Ctrl + Enter
  • Анонимно
    Анонимно 0

    так интересно, то есть правда они закончили из-за травмы партнера, а не потому что Лина не прыгала тройные ( а лучше два? ) стабильно? удивлена...

Оставить комментарий
Все комментарии публикуются только после модерации с задержкой 2-10 минут. Редакция оставляет за собой право отказать в публикации вашего комментария. Свернуть