Матч-центр Вчера Сегодня Завтра
не начался идёт окончен
Хоккей

Цулыгин объяснил провалы «Салавата Юлаева». Желания уйти в отставку у него не было

Первое большое интервью главного тренера «Салавата Юлаева».

Нынешний сезон – первый для 43-летнего Николая Цулыгина в качестве главного тренера клуба КХЛ. Причём назначен главным в уфимской команде он был форсированно, после того как клубу пришлось разрывать отношения с финном Эрккой Вестерлундом. На послематчевых пресс-конференциях Цулыгин обычно скуп на слова. В интервью «БИЗНЕС Online» он объяснил почему.

Николай Цулыгин / фото: Светлана Садыкова


«ЖЕЛАНИЯ ПОДАТЬ В ОТСТАВКУ НЕ БЫЛО»

– Летом 2017 года, когда вам предложили быть помощником Вестерлунда, ожидали, что станете главным тренером клуба КХЛ так скоро?

– Нет, конечно. Хотелось этого, но предсказать такое было сложно.

– Какие сомнения у вас были, когда поступило предложение возглавить «Салават Юлаев»? 

– Не сомневался ни капельки. Когда предложили, только обрадовался. Естественно, понимал, какая ответственность, какое давление будет. Но сомнений не было.

– Почувствовали разницу в давлении по сравнению с тем, когда вы были помощником Вестерлунда?

– Тогда я точно так же переживал, воспринимал всё как и сейчас. Если мы проигрывали, значит, и я что-то не доделал. Неважно, что помощник.

– Но теперь-то удар приходится принимать на себя...

– От этого никуда не денешься, я был к этому готов. Для меня не стало новостью: «О, давление». И в том году видел, как это бывает, поддержку со стороны руководства в тяжёлые моменты чувствовал. А ответственность за всё несёт главный тренер, это было понятно. 

– Хоть раз хотелось написать заявление об отставке?

– Нет. Такого желания не было даже когда тяжёлые моменты были, когда проигрывали. Наоборот, было желание разобраться где не доработали, что не доделали, почему не получилось. Проанализировать и что-то поменять.

«У ВЕСТЕРЛУНДА НАУЧИЛСЯ НЕ ПОДНИМАТЬ ПАНИКУ»

– Когда вас только назначили, все задавались вопросом: какой хоккей будет при Цулыгине? Прошло полгода, вопрос по-прежнему актуален...

– Здесь всё стандартно: хорошая игра в защите, хорошая игра в нападении. Естественно, не хочется, чтобы счёт был 1:0 или 0:1, как у нас это иногда получается. Но когда серьёзные соперники, такое бывает и в этом надо искать позитив – пропускаем меньше. Отсюда следует, что надо добавлять в атаке, больше забивать, больше креативить. Но мы изначально требовали от ребят, чтобы все играли в обороне, чтобы нападающие помогали. Поэтому их сейчас не всегда хватает в атаке. Это исправимо, к этому надо привыкнуть. Если со средними командами этот переход из обороны проходит, то с сильными не всегда получалось.

– Сергей Михалёв в своё время говорил, что 1:0 ему нравится больше, чем 6:5.

– 6:5 мне нравилось бы как болельщику, но это значит, что есть большие недочёты в командной игре. Если ты пропускаешь пять шайб, это уже нехорошо.

– Кого из тренеров, с которыми вы работали, можете назвать своим учителем?

– Кого-то одного я не могу назвать. От каждого с кем работал хочется взять всего понемножку. Кто-то выделялся в плане тренировок, кто-то в плане отношения к игрокам, кто-то – в прохождении вот таких моментов, когда есть поражения. Начинаешь вспоминать кто из тренеров как влиял на ситуацию и как ты на это реагировал, будучи игроком. А назвать конкретного тренера идеалом я не могу. В Америке мы как-то проиграли на старте 15 матчей. Тренер начал по частичкам всё собирать, и мы спокойно вошли в плей-офф и там ещё два круга прошли.

– Это было в «Балтиморе». Тренера тогда не сняли?

– Да, это был мой первый сезон, команду собирали с нуля. Это был Уолт Кайл, он потом работал в «Анахайме» помощником. Его не уволили, никакой паники не было, понемножку мы исправляли ситуацию. 

– Когда вы начали говорить о тренере, у которого научились терпению, я думал назовёте Вестерлунда...

– И Вестерлунд тоже. Как он спокойно реагировал на всё. Естественно, внутри он переживал, но никогда не показывал на людях. От него многому научился, особенно терпению – переварить самому и не показать это людям. Вселить своим поведением уверенность в том, что всё можно исправить. Не поднимать панику, не принимать решения, которые тебе не помогут в будущем. Прежде, чем что-то сделать, всё обдумать.

Эркка Вестерлунд и Николай Цулыгин / фото: Светлана Садыкова, БИЗНЕС Online


«ЛЮБЛЮ, ЧТОБЫ ВСЁ БЫЛО ОТКРЫТО И ЧЕСТНО. ЕСЛИ РУГАЕМСЯ, ТО РУГАЕМСЯ В ГЛАЗА»

– Этим летом сразу два профессиональных уфимских клуба поставили на главную должность в команде собственного воспитанника – «Салават Юлаев» и «Уфа». И того, и другого затыркали разговорами об отставке. Сергей Томаров - экс-главный тренер «Уфы», говорят, так переживал, что ночами уснуть не мог. У вас такое было?

– После поражений по ночам плохо спят все тренеры. И без разницы – молодой или старый, сто лет отработал или только начал. Это нормальное состояние тренера. В голове прокручиваешь комбинации, пытаешься разобраться. Я и детским тренером когда работал такое было. 

– Есть какой-то рецепт, как с этим справиться? Спиртное?

– Это не выход. Нужно самого себя заставить: ты должен выспаться, потому что завтра должен быть свежий.

– Получается?

– Не всегда, но получается. 

– Вы читаете прессу после матчей?

– Нет. Смотрю пресс-конференции, причём не только наши, потому что полезная информация может быть. Наши тоже смотрю. Иногда, бывает, скажешь одно, а пишут другое. Вырывают слова, пытаются перевернуть. Последний раз задали вопрос: «Филатов не набирает очки шесть игр». Я ответил, что мы ждём большего. Конечно, это так, вы же сами сказали, что не набирает очки шесть матчей. А написали, как будто это я сказал, что Филатов не набирает очки и мы ждём большего.

– Раздражает это?

– Важнее то, что это прочитают ребята, и они могут воспринять неправильно. Я даже приносил в раздевалку – показывал как я сказал, и как было опубликовано. А то бывает, что у нас один разговор идёт, а в печати другое. Я люблю, чтобы было всё открыто и честно. Если мы ругаемся, то ругаемся в глаза.

– Вы поэтому так скромно выступаете на пресс-конференциях?

– После игры проходит 15 -,20 минут, нужно время, чтобы сделать выводы. какие-то моменты пересмотреть. Можно сказать после пресс-конференции: «Он плохой». А потом посмотреть – там кто-то ошибся, из-за этого возникла ситуация в результате которой другой игрок ошибся. Поэтому стараюсь после игры ничего такого не говорить, если не уверен на 100 процентов.

«ЕСЛИ ПЛОХО ИГРАЮТ НАПАДАЮЩИЕ, ТО ВИНОВАТ НЕ ЯЧМЕНЁВ ИЛИ ЛАМСА, А Я»


За спинами игроков – Николай Цулыгин и Томи Ламса / фото: Светлана Садыкова


– По ходу выездной серии появилась информация, что клуб собирается усилить тренерский штаб. С вами на эту тему разговаривали?

– Это надо спросить у человека, который эту информацию опубликовал. Нас сейчас в тренерском штабе всё устраивает, все знают свои роли. Такого разговора не было.

– Как делятся обязанности в тренерском штабе? 

– Ярмо Койвисто занимается физподготовкой, он работал в прошлом году, я видел его работу, видел как ребята к нему относятся. Меня всё полностью устроило, поэтому мы его оставили. Также оставили Томи Ламсу, который работал в том сезоне – больше для разнообразного видения хоккея, потому что есть разные школы и финский взгляд нам полезен. Виталий Ячменёв в НХЛ много поиграл, у него есть своё видение.

– Пригласить Ячменёва – это была ваша идея?

– Моя.

– Какой его круг обязанностей?

– У нас так: я отвечаю за всю команду, остальные мне помогают. Такого, что плохо играют нападающие и виноват Ячменёв или Ламса – у нас нет. Если не играют нападающие, в первую очередь это моя ответственность. Мы вместе разбираем игру, смотрим как её улучшить. Единственное, что на игре смену по защитникам ведёт Ячменёв, по нападающим – я, за тактические действия по сопернику и по нашим мелочам работает Ламса. 

– Почему на должность помощника вы пригласили именно Ячменёва? Слышал, что некоторых уфимских специалистов задело такое решение...

– Человек поиграл много в Америке, плюс последние годы работал в России, адаптировался к КХЛ, он может привнести что-то новое. Мы с ним одного возраста, с детства играли друг против друга, в сборной вместе были. Плюс поговорил с людьми, с которыми он работал.

«ГОВОРИМ С УМАРКОМ, ЧТОБЫ БОЛЬШЕ УГРОЖАЛ ВОРОТАМ»

Линус Умарк в нынешнем сезоне забросил всего три шайбы / фото: Светлана Садыкова


– У вас есть ответ на вопрос, почему не забивает Линус Умарк? 

– Потому что много отдаёт.

– Вы имеете в виду результативные передачи...

– Да. Он больше настроен на то, чтобы забивали его партнёры, а не он сам. Ещё пара хороших моментов у него были, когда он не забил, это тоже влияет – каким бы ты мастером ни был, уверенность после такого теряется. С Омском мог забивать, с «Динамо» в пустые ворота бросал – вратарь прыгнул, вытащил клюшкой. Но и игра у него так построена, что он больше играет на партнёров, старается вывести на удачную позицию.

– Вам не кажется, что он заигрывается?

– Временами кажется. Мы говорим с ним, чтобы сам больше угрожал воротам. Но у него стиль игры такой, он должен обрести уверенность через те же свои передачи. Посмотрите, у него в основном последние передачи, а они зачастую равны голам. Это же не такие передачи, что он выкинул шайбу, там восемь минут возили и забили.

– К кому сегодня в команде у вас вообще нет претензий? 

– Претензии всегда есть ко всем. Нет таких игроков, которые играют очень плохо. Есть какие-то недочёты в игре, у кого-то что-то не получается, но такого, чтобы не было правильного отношения – нет. 

– Даже к Юхе Метсоле есть претензии?

– Метсола это Метсола… Он здорово играет…

– Сглазить боитесь?

(Смеётся) Да. Это вратарь…

«ЗА УДАЛЕНИЕ В МАТЧЕ С «АК БАРСОМ» БУРДАСОВА ПРИШЛОСЬ НАКАЗАТЬ»

– Умарк пропустил два матча. С «Авангардом» он не сыграл из-за поездки в Швецию. Правильно ли я понимаю, что с «Адмиралом» – это был своего рода воспитательный ход?

– Это была скорее не воспитательная мера. У него была семейная проблема, и мы решили, что ему не надо выходить на матч, потому что он больше думал о семье, ему нужно было дать морально восстановиться. Какой бы он профессионал ни был, если в семье есть проблемы, то это смешивается, отвлекает.

– Первое звено много пропускает. У вас в этом сезоне было хоть раз желание посадить легионеров?

– Я бы так не сказал, что много пропускает. Смотрите, при Умарке «Салавату» забили 12 голов в равных составах, «Салават» забил 16. При Хохрякове пропустили 10, при Ткачёве – 13. Может быть, кто-то думает, что из-за того, что это первое звено, они вообще не должны пропускать.

– Может быть, после каких-то матчей вы были особенно недовольны...

– У нас у каждой пятёрки есть определённые задания. Если мы ведём в одну шайбу и нам надо выдержать последние пять минут, я их и не выпускаю иногда. Если мы проигрываем в одну шайбу, то они играют через смену, чтобы забить. Тут всё просто: когда мы выигрываем, то больше играют те, кто лучше обороняется. Перед началом сезона мы разговаривали с ребятами, всем объяснили, все это понимают. Но у каждого бывают хорошие игры и плохие, это же спорт, от этого никуда не денешься.

Антон Бурдасов, фото: Светлана Садыкова, БИЗНЕС Online


– Антон Бурдасов за три удаления до конца игры как-то был наказан помимо штрафов КХЛ?

– За одно удаление пришлось его наказать, в том числе финансово, – когда он бросил бутылку (в матче с «Ак Барсом» Бурдасов получил 54 минуты штрафа,ред.). За такое есть внутрикомандные санкции, индивидуальные. Он воспринял это правильно, всё понимал. Первое удаление было на таких эмоциях, с которыми капитан или первый помощник капитана должен справляться. Два последующих удаления были после силовых приёмов. В игре с «Витязем», когда на ближнем борту был фол – там был игровой момент, он не бил в спину – сыграл плечо в плечо, соперник ударился о борт, разбил лицо. Антон извинился перед тем парнем, но там не было такого, что это было от разгильдяйства. Бурдасов отдавался игре, он не делал это со злости или исподтишка, это был нормальный игровой момент.

«МЫ БЫЛИ ЗАИНТЕРЕСОВАНЫ В БУРМИСТРОВЕ»

– Ваша уникальность как главного тренера «Салавата Юлаева» в том, что никто до вас, кто руководил командой, не играл в «Ак Барсе». Этот бэкграунд для вас что-то значит?

– Вы бы не напомнили, я бы и не подумал. Не думаю, что это что-то значит. Мы профессиональные спортсмены, в то время в «Салавате Юлаеве» у нас не очень получалось, и с командой, и с клубом. Я год отыграл в «Ак Барсе», мы даже серебряные медали завоевали: в финале «Динамо» проиграли. Хорошие воспоминания остались, хорошая организация там была. Но такого, чтобы война была – нет. Да, когда на лёд выходят «Салават Юлаев» и «Ак Барс» – конечно. Но личные отношения всегда дружеские, у меня отличные отношения остались.

– Каково было почти 20 лет назад воспитаннику «Салавата» попасть в «Ак Барс»? 

– Очень спокойно. Не было никакой накачки. Просто так получилось. В Уфе был кризис, я уехал в Америку на Новый год, но потом вернулся, с «Ак Барсом» договорились по контракту. Не было такого, чтобы ко мне кто-то подходил в Уфе и говорил: «Эх ты, перешёл в «Ак Барс».

– Кажется, что сейчас такое переживается острее...

– Сейчас есть социальные сети, все пишут, обсуждают. Раньше был один «Спорт-экспресс», там могли написать, а болельщики только могли подойти и лично что-то высказать. А сейчас каждый может написать лично хоккеисту всё что о нём думает. 

– Обмен Вячеслава Основина на Александра Бурмистрова был первым в истории между Уфой и Казанью. Какова в нём ваша роль?

– Зная способности Бурмистрова, мы были в нём заинтересованы.  По всем данным – это хороший центральный, который должен помочь нашей команде. 

– Именно в атаке?

– Последний год он играл в обороне, это тоже для нас помощь. Бурмистров может сыграть и в обороне в нужный момент. И в меньшинстве, когда у нас много удалений, он может выйти и помочь. Это двухсторонний игрок.

– Какой главный плюс Бурмистрова?

– Из тех видео, которые мы перед обменом просматривали, могу сказать, что у него хорошее чтение игры, хорошее катание, владение клюшкой. 

«ЧТОБЫ ШЭН ЗАИГРАЛ, ЕМУ НУЖНО КОГО-ТО ПЕРЕИГРАТЬ»

– В обмене с «Ак Барсом» участвовал Савелий Кувардин – свой воспитанник, который был кандидатом в сборную. Вам не обидно, когда вот так в нагрузку отдают своих?

– Конечно, хотелось бы, чтобы в «Салавате» было больше своих. Но тех, кто соответствует уровню игры, которая требуется. Да, было переживание, но нам пришлось принять это тяжёлое решение – отдать своего воспитанника, взять казанского воспитанника. Ситуация повернулась так, что нам было нужно так сделать.

– У вас есть собственные установки, чтобы больше играли свои?

– Это есть, во всей структуре мы идём к тому, чтобы больше играли свои, чтобы воспитывать молодёжь. Из «Тороса» и «Толпара» должны тянуться ребята в основную команду. И не обязательно они должны были родиться в Уфе, может они в детстве приехали из другого города, важно чтобы они у нас здесь воспитывались, чтобы прошли все наши команды. У нас есть игроки, которые могут быть в будущем хорошими, но им нужно пройти определённые этапы. Не бывает такого, чтобы человек сразу заиграл в КХЛ, это очень тяжело. Мы и сейчас по возможности выдёргиваем ребят – Лукина, Гиматова. Ещё есть ребята в «Торосе», мы ждём, чтобы они проявили себя там.

– Почему мало игрового времени получает лидер молодёжной сборной России Павел Шэн?

– Это как раз к тому, о чём я сейчас говорил. Да, у него хорошее будущее, но на данный момент он не может играть по 15 минут и приносить пользу команде. Да, 15 минут он сыграет, но какой КПД будет? Поэтому мы его привлекаем, чтобы он почувствовал себя здесь уверенно, в том числе через тренировки с основной командой. При этом, когда есть возможность, мы отправляем его и в «Толпар», чтобы он поиграл со своими сверстниками, и в «Торос», чтобы больше поиграл с мужиками. Несколько игр мы его ставили, он полностью провёл матч с Ярославлем на выезде. 

– В «Югре» он получал игровое время...

– Если бы мы были «Югрой», может быть он бы и играл постоянно. Потому что ему надо прийти и переиграть кого-то, не просто так зайти в состав, потому что он Шэн. Чтобы поставить его в состав, нужно убрать кого-то из нападающих.

– Каким вы видите «Салават Юлаев» через пару лет?

– Конечно, хотелось бы, чтобы клуб был в топе и со своими воспитанниками. Для болельщиков это будет интереснее. Но опять же – воспитанники должны быть такими, чтобы на них можно было прийти и полюбоваться, а не так, что свои играют, но команда без плей-офф. Хочется каждый год добавлять, расти, обрести коллектив. Команда же не строится за один год. В прошлом сезоне были изменения, в этом кто-то пришёл. Нужно, чтобы оставался костяк, тогда и результат придёт, и можно будет бороться за высокие места.

ДОСЬЕ «БИЗНЕС Online»
Николай ЦУЛЫГИН
Дата рождения: 29 мая 1975 года
Место рождения: Уфа
Карьера игрока: «Салават Юлаев» (Уфа) – 1990 - 1994, 1998/99, 2001/02, 2004 - 2006; ЦСКА (Москва) – 1994/95; «Балтимор» (АХЛ) – 1995 - 1997); «Анахайм» (НХЛ) – 1996/97; «Цинциннати» (АХЛ) – 1997/98; «Форт Уэйн» (ИХЛ) – 1998/99); «Ак Барс» (Казань) – 1999/2000; «Северсталь» (Череповец) – 2000/01; «Металлург» (Магнитогорск) – 2002/03; «Нефтехимик» (Нижнекамск) – 2003/04; «Сибирь» (Новосибирск) – 2006/07; «Торпедо» (Нижний Новгород) – 2007/08.
Достижения в качестве игрока: бронзовый призёр ЧМ U-20 (1993), серебряный призёр чемпионата России (2000), чемпион России (2005).
Карьера тренера: «Толпар» (ассистент, 2015 - 2017); «Салават Юлаев» (ассистент, 2017/18); «Салават Юлаев» (главный тренер, с 2018 года).

Подпишись на наш канал в Яндекс.Дзен

Печать
Нашли ошибку в тексте?
Выделите ее и нажмите Ctrl + Enter
Оставить комментарий
Все комментарии публикуются только после модерации с задержкой 2-10 минут. Редакция оставляет за собой право отказать в публикации вашего комментария. Свернуть