Матч-центр Вчера Сегодня Завтра
не начался идёт окончен
Футбол

«Про закрытость Бердыева я могу сказать, что это полная чушь!»

Почему падает посещаемость на матчах «Рубина», а клуб повернут к болельщикам спиной? Почему Бердыев не доверяет молодежи, когда в первой команде республики появятся местные воспитанники? У болельщиков накопилось слишком много вопросов к казанскому клубу. В беседе с корреспондентом «БИЗНЕС Online» ответы на них дал старожил «Рубина» Максим Лопухов, уже полтора десятка лет трудящийся в системе клуба — он работал при Волчке, Садырине, Антиховиче, и вот уже больше 10 лет — при Бердыеве.

«В 1999 ГОДУ ВСЕМ РЕЗКО ПОНИЗИЛИ ЗАРПЛАТУ, И МНОГИЕ ИЗ КЛУБА УШЛИ»

— Максим Александрович, вы — один из старожилов клуба. Когда приняли решение связать свою судьбу с футболом?

— С «Рубином» я очень давно, сколько себя помню. Наверно с начала 80-х годов — еще когда администратором был Евгений Голов, начальником команды — Николай Марков. Сначала, естественно, не работал на официальной должности. Первый мой выезд был в Йошкар-Олу в 1982-м году на матч «Дружба» — «Рубин». С тех пор меня знали в команде. Тем более нас, кто ездил поддерживать, было всего трое: Марат Фархеев, Костя Иванов и я (Марат Фархеев сейчас является пресс-атташе ХК «Ак Барс», а Константин Иванов — юристом ФК «Рубин» — авт.). Мы ездили не только на ближние, но и на дальние выезды — в Челябинск, в Курган. Конечно, я был не первым в фанатском движении, оно зародилось до меня, там было немало знаменитых личностей, которые и сейчас продолжают болеть. Но в так называемом массовом движении я не участвовал, меня можно было назвать фанатом-одиночкой. Я был и хоккейным фанатом, хотя футболу отдавал предпочтение во все времена. Сейчас хоккей я гораздо меньше люблю, чем раньше.

— Как вы оказались в «Рубине»?

— Мы с Димой Макаровым (первый руководитель пресс-службы ФК «Рубин», автор книги по истории «Рубина» — авт.) составляли программки по заказу клуба. Нам за эту работу платили какие-то символические деньги. Но пресс-службы в клубе тогда не было, она появилась в 1998 году с выходом «Рубина» в Первую лигу. Наш тандем с Димой и составил пресс-службу. В то же время в клуб на должность юриста взяли и Константина Иванова. У нас был довольно дружный коллектив: Голов, Флегонтов. Можно сказать, сплоченный коллектив единомышленников.

— Какие были размеры бюджета в те времена?

— Я, честно говоря, никогда не задавался в те годы этим вопросом. Я знаю, что деньги тогда очень тяжело было находить. Поэтому говорить о бюджете смысла нет. По тем временам нас все устраивало. У команды был один и главный спонсор, это Камиль Шамильевич Исхаков (экс-мэр Казани, почетный президент ФК «Рубин» — авт.). Максималист по натуре, он всегда ставил самые высокие задачи. На тот период он увеличил бюджет в связи с выходом в первый дивизион, ну и, соответственно, впервые в команде появилась пресс-служба.

Проблемы начались с дефолтом, когда в 1999 году всем резко понизили зарплаты, и очень многие из клуба ушли, в том числе и руководители Голов и Флегонтов. Я остался и сейчас об этом не жалею, потому что в плане финансирования постепенно происходили улучшения, и все встало на свои места.

— Вы работали в клубе с очень неоднозначной фигурой — Виктором Антиховичем. Чем он запомнился?

— Наверное, гораздо важнее выделить другую, более знаковую фигуру, чем Виктор Петрович. Это Павел Федорович Садырин. Во многом это был мой первый опыт работы с великим тренером. Мне нравились те задачи, которые он ставил перед работниками клуба, в том числе и перед пресс-службой, и то, что он одобрительно относился ко всем моим инициативам. Скажем о необходимости информационной работы пресс-службы, о том, что пресс-служба должна более активно участвовать в делах команды, что должны на выезды ездить. Я встретил со стороны Павла Федоровича полное понимание. В то же время, несмотря на то, что он был уже известным и знаменитым тренером, он был достаточно простым в общении человеком.

— Он и с командой общий язык хорошо находил?

— Может быть, не всегда. Были и проблемы, в частности, многим игрокам понижали зарплаты, были определенные проблемы с выплатами. Но Павел Садырин очень активно защищал футболистов, доказывал власть предержащим, что к футболу нужно относиться не просто так. Футболом надо заниматься профессионально на любом уровне. Спорт — это то же, что культура, образование, производство, бизнес. К этому нельзя относиться, как к развлечению. К сожалению, он проработал всего лишь год, хотя оставил огромный след в истории клуба. Потом он, если помнишь, снова был в ЦСКА, там он работал практически до смерти.

После Садырина пришел новый человек — Виктор Антихович. Виктор Петрович тоже внес какую-то новую живую струю. При нем команда и ее руководители поверили, что «Рубин» способен на многое. Просто на решение каждой проблемы нужно соответствующее финансирование. Третье место в первой лиге стало очень хорошим толчком. В нас поверили, что мы можем решать самые серьезные задачи. После удачного сезона, следующий получился неудачным, и Виктора Петровича отправили в отставку. Но не будем заострять внимая на каких-то особенностях личности Антиховича. Я просто скажу, что Антихович — это новый этап в истории «Рубина».


«ИСПОЛНИТЕЛЬСКОЕ МАСТЕРСТВО НА ТАКОМ УРОВНЕ, ЧТО ОЧЕНЬ СЛОЖНО ВНЕДРИТЬ МОЛОДОГО ФУТБОЛИСТА В ИГРОВУЮ СХЕМУ»


— Существенный подъем начался с выходом «Рубина» в премьер-лигу?

— С приходом Курбана Бекиевича Бердыева. В 2002-м команда, если помнишь, неплохо усилилась, появились хорошие зарубежные легионеры — Кисси, Мрдак. Уже тогда хотели Сибайю взять, но не потянули по деньгам. Он появился только на следующий год, перешел из «Русенборга».

— В 2003 году легионеры стали, пожалуй, главными творцами бронзового успеха. Кто тогда занимался селекцией?

— В 2003 году по вопросам селекции «Рубину» стал помогать известный в футболе специалист — Константин Сарсания. В целом с 2002 года этим вопросами занимался лично Курбан Бердыев. Ему помогали отдельные люди, имена и фамилии их я сейчас не буду называть. Главное, что внес в те годы Бердыев, — это то, что к селекции нужен системный подход. Не так, чтобы взять игрока, а что из него получится, — непонятно.

— Он ведь часто сам ездит и смотрит на игрока.

— Да. Он и сейчас продолжает это делать. Но чтобы взять того или иного футболиста в команду, он заранее думает и представляет, как он будет выглядеть. Были, конечно, у Бердыева определенные просчеты, но в плане выбора игрока и его использования на поле он, я считаю, один из лучших в России. Именно в тонкости понимания игрового процесса, как этот человек будет действовать на той или иной позиции. Вот, скажем, Натхо — это его очевидная удача. Можно множество случаев привести. Если бы и Карлос Эдуардо не был подвержен травмам, он, несомненно, тоже заиграл.

— Как Натхо попал в поле зрения Бердыева?

— «Хапоэль» много шума наделал в Европе в сезоне 2009 — 2010 годов. Первое место в группе занял в Лиге Европы, обыграл «Гамбург», «Рапид», «Селтик». Хотя состав не очень сильный был. Один из творцов того успеха был Натхо. «Рубин» его купил тогда за чисто символическую сумму, порядка 600 или 700 тысяч евро. Таких примеров много у Бердыева, намного больше находок, чем просчетов.

— Бердыева упрекают в том, что он не доверяет молодежи. Согласны с этим?

— Сложный вопрос. Молодежи Бердыев доверяет, но он эту молодежь постепенно подводит к тому, что он хочет видеть в их исполнении. Вот нам говорят: «Почему у вас в команде нет местных?». Это не потому, что у нас плохая школа или плохой интернат. Просто у нас исполнительский уровень таков, что очень сложно внедрить того или иного футболиста в игровую схему. Поэтому Бердыева никак нельзя в этом плане назвать ретроградом. Перед ним ставятся очень большие задачи. Бросать это на самотек, на авось, как получится, — это не его принцип. Он системный человек, к каждому вопросу подходит комплексно. Если игрок высокого уровня, вспомним Ленара Гильмуллина, у него будет место в составе. Опять-таки, если он будет понимать те тактические схемы, которые Бердыев использует, в которых он хочет видеть того или иного футболиста.

— Юный Соломон Кверквелия полюбился болельщикам, и в Лиге Чемпионов неплохо сыграл, но сейчас его нет в главной команде.

— Доверие к нему никуда не делось, просто он должен еще поднабраться опыта. Кверквелия мог бы остаться в Казани, но ему хотелось играть — его никто в Нижнекамск не отправлял насильно. Его не устраивало отсутствие игровой практики. А у нас, согласись, он пока еще сыроват был для того, чтобы играть постоянно. Вот сейчас он в Нижнекамске стабильно в основе играет. Я думаю, на будущий год у него будет шанс проявить себя.

— Большие надежды подавал Максим Жестоков…

— Жестоков при правильном отношении к делу может вырасти в очень неплохого футболиста, но он тоже пока лишь на подходе к главной команде. Это было видно и в «Рубине» уже, и в «Химках» он не смог себя проявить, где не попадал в основной состав. Это объяснение тем людям, которые ратуют за то, чтобы обязательно ставить своих, молодых. Это все не так-то просто. Сейчас Жестоков только тренируется, он не может играть даже за дубль, потому что уже заявлен за «Химки».

— Из дубля кто сейчас наиболее близок к основе? Уридия и Вшивцев неплохо смотрелись в товарищеском матче с «Волгой».

— Они подрастают, из них могут получиться хорошие футболисты, но пока они еще не готовы для того, чтобы играть за основу. Кто выделяется? Ты их сам назвал: Уридия, Вшивцев, Умарбаев.


СЛУЦКИЙ И ЭМЕРИ НЕ ДАЮТ ИНТЕРВЬЮ, А КРИТИКУЮТ ТОЛЬКО БЕРДЫЕВА


— Мы вспомнили, наверное, самого яркого воспитанника современного «Рубина» — Ленара Гильмуллина. Мало слышно о турнире его имени. Почему?

— Это не так. Последний турнир был представительный, в печати он освещался достаточно. Единственный, может быть, минус, что мы там неудачно выступили.

— Много критики, особенно на интернет-форумах болельщиков, по поводу информационной политики клуба…

— Про закрытость Бердыева я могу сказать, что это полная чушь! То, что он не раздает налево-направо интервью, вовсе не говорит о его закрытости. Да, у нас есть определенное закрытое время. В день игры и два дня перед игрой мы запрещаем игрокам давать интервью. Это принципы руководства клуба, все должны с этим считаться. А не так огульно: вот мы пресса, мы так хотим, значит так и будет. Можно, конечно, начать антиклубную какую-то деятельность, но в целом, я считаю, что это неверная политика со стороны прессы. Клуб — это в первую очередь отдельная организация, отдельная структура, где свои правила поведения. Поэтому если кто-то хочет со своим уставом лезть в наш монастырь, они должны с нами считаться.

Послематчевые флеш-интервью не дает не только один Бердыев, Слуцкий первый раз дал после игры с «Локомотивом», почти регулярно Эмери не дает, и множество других примеров. Но почему-то это не выпячивают, а выпячивают Бердыева. Да, может быть, у него есть определенный менталитет, но говорить, что он закрытый, что он кем-то пренебрегает… он очень уважительно ко всем относится. И только если что-то идет против нас, идут какие-то оскорбления или что-то подобное, естественно, это никому не может нравиться. Есть у нас какая-то особая, скажем так, сублимация, но мы такие, какие мы есть. Например, в последнее время очень редко было такое, что мы отказали кому-то в интервью, очень редко. Надо подходить ко всем этим вопросам более комплексно, более взаимосвязано, учитывать интересы не только свои, но и интересы клуба. Неверно говорить, что у нас Бердыев сугубо закрытый человек, и у нас закрытая команда.

— Журналистам было неприятно, что после матча с «Анжи» никто не дал интервью. Игроки «Анжи» тоже не дали, но их-то понять можно — они проиграли.

— Я очень загружен многими послематчевыми вопросами, что просто не успеваю за всем этим проследить. Но игроков насильно никто не заставляет — это их выбор.

— Есть мнение, что малое количество болельщиков на трибунах — это следствие того, что «Рубин» повернут к болельщикам спиной.

— Я скажу так: это полная глупость. Кто-то специально, целенаправленно это делает, проводит антирубиновскую политику. Главный и основной стимул для зрителей — это игра команды. Здесь у нас зритель уже привыкший к серьезным победам, к серьезным достижениям, конечно, хочет, чтобы «Рубин» всегда был среди лидеров. Но объективности ради, учитывая и состав участников, и то, что все клубы сейчас имеют достаточно средств, чтобы комплектоваться на самом серьезном уровне и решать самые серьезные задачи, требовать от «Рубина» регулярных побед не совсем правильно. Бывает определенный спад в игре. Но связывать это с тем, что мы как-то закрыты, или что мы отказываем в общении с прессой, это или ошибка, или чья-то преднамеренная деятельность против клуба.

Надо учитывать и то, что у нас зритель стал чересчур придирчив, чересчур избалован. Все считают себя гурманами, великими, и им подавай не просто хлеба, но и зрелищ. Не черного, а белого хлеба, да еще желательно с маслом и красной икрой. Хотя большинство наших зрителей пока этого не заслуживают. За ту стоимость, за которую они ходят на футбол, они получают соответствующее зрелище.

— То есть, нужно поднять стоимость билета?

— Дело не в цене билета. У нас цена билета соответствует потребительской корзине людей, которые приходят на футбол. Просто народ привык требовать более качественного, более привлекательного зрелища. Большинству зрителей хочется быть причастным к процессу, поэтому нужны какие-то формы притяжения зрителей, связанные с пиаром. В этом, согласен, нам надо прибавить.

— Например, очень мало футболистов «Рубина» участвуют в рекламах, можно вспомнить только Семака и Рыжикова. В тех же московских, питерских клубах серьезно относятся к раскрутке игрока, к пиару.

— Может быть, в плане пиара мы действительно не дорабатываем. Я согласен, что-то нужно делать. Потому что-то количество зрителей, которое у нас есть, оно не соответствует тем задачам, которые мы ставим. Хотя у Москвы и Питера есть преимущества — там раскрутку проводить легче, там больший доступ ко всем видам пиара, чем у нас.

— Скоро будет сдан новый стадион на 45 тысяч зрителей, и «Рубин» там после Универсиады будет играть. Как его заполнять?

— Это вопрос больше к отделу пиара и маркетинга. Способов привлечения зрителей множество, если команда будет играть в зрелищный, привлекательный футбол. Самое главное — добиваться результатов, но ниже определенной планки мы не упадем. Ну и специфику казанского зрителя надо учитывать: повторюсь, он слишком избалован от огромного количества видов спорта.


«ИЗ 520 ВОСПИТАННИКОВ ИНТЕРНАТА ТОЛЬКО ТРИ НЕ ЯВЛЯЮТСЯ ГРАЖДАНАМИ РФ»


— Руководство интерната критикуют за высокий процент приезжих. Какова правда?

— Последняя справка, которую я видел: у нас из 520 числившихся в интернате воспитанников с 8 до 14 лет, только три не являются гражданами Российской Федерации. Двое из Закавказья, один из Средней Азии. Да, можно сказать, что есть натурализованные, я согласен. Но опять-таки надо учитывать, что в основном все натурализованные нероссияне старших возрастов. В более молодых возрастах больше не просто россиян, а именно казанцев. И это связано с тем, что в последнее время значительно усилена работа по нахождению, привлечению молодых талантов. Практически эта работа начинается с детских садов. Как можно огульно критиковать, что у нас засилье среднеазиатских республик, что они получают гораздо больше мест? Это просто клевета.

Что является критерием оценки уровня того или иного футболиста? Ну никак не родители. Если мы будем ставить во главу угла мнение родителей, то к чему мы придем? Вначале это приведет к тому, что начнут устраивать по блату, а потом талантливыми будут считаться дети высокопоставленных чиновников, нужных людей, бизнесменов. Критерием оценки всегда должно быть мнение тренеров, то есть людей футбольных. Что, у нас не талантливы такие футболисты, как Умарбаев, братья Джалиловы? Я хочу сказать, что мы не должны замыкаться на том, что не должно быть приезжих. Что мы конкретно против молдаван имеем или против среднеазиатов? Если это тоже хорошие футболисты. Давайте так смотреть: Вшивцев, Лобанов — уроженцы Ижевска и воспитанники ижевского футбола, Гараев — воспитанник уфимского футбола, Уридия — воспитанник Москвы. И что, мы должны от этих талантов добровольно отказываться, основываясь на том, что в первую очередь должны быть люди из нашей республики? Мы можем прийти к полному абсурду, если будем ставить такие критерии оценки. Если он не из Казани или не из Базарных Матак или Муслюмово, значит, он должен быть изгоем, так что ли получается?

— У нас была целая команда, «Рубин"-1991 стал чемпионом России в своем возрасте. Там было много казанцев, но никто в клубе не остался. Почему это происходит?

— Да, никто из этих футболистов не оказался в «Рубине». Но где сейчас они все? Самый востребованный на данный момент из того состава Игорь Гильманов, который играет за латвийский «Вентспилс». А все остальные, где они? Их нет даже на уровне первого дивизиона. В Кирове есть пара человек, несколько человек в «Рубине-2», а в дубле уже никого нет.

Сейчас подводится все к тому, что в интернате какие-то держимордовские методы управления. Это неправда. Более того, Бердыев сам лично обратился в наблюдательный совет клуба, чтобы проверить деятельность интерната, есть ли там какие-то определенные недостатки, чтобы все это можно было устранить. Если послушать критиков, то мы должны своих воспитанников, неважно, как они выглядят, тянуть на более высокий уровень. Если они сами не хотят туда тянуться, ну что тут сделаешь? Или не могут по какой-то причине. Это объективно и неизбежно.

— Когда болельщикам ждать местных звезд?

— Эту проблему нельзя рассматривать в отрыве от всего остального. Получается, кто-то может как по щучьему велению, с помощью какой-то волшебной палочки что-то изменить. Все зависит от работы детей, от работы тренеров, которые их воспитывают. Единственное, что я могу сказать однозначно, что у нас сейчас система построена так, что ни один талантливый ребенок не останется без внимания и без возможности попробовать себя на высоком уровне. Для примера я приведу один случай, который со мной произошел буквально недавно. Я ехал в автобусе и вот в этой куртке был с рубиновской символикой. Кондукторша говорит: «Вы из „Рубина“? Вы тренер что ли?». Я говорю: «Нет, я не тренер, а в чем проблема?». — «У меня ребенок грезит футболом, мечтает попасть в команду, но набор уже прошел?» Я взял у нее номер телефона и рассказал Лаврычу (заместитель директора ЦПМФ «Рубин» Александр Лаврович Клобуков — авт.), он, в свою очередь, через меня передал ей свой номер и попросил связаться с ним. Советую нашим критикам просто быть честнее.

— На еврокубки мы заявляем не 25, а 22 футболиста, потому что нет доморощенных игроков. Получается это все-таки проблема?

— Это проблема, но не только наша проблема. Тем более, мы-то свою школу начали развивать относительно недавно, интернат построен всего лишь три года назад. И уже сейчас требовать какой-то отдачи… Академия им. Коноплева, которую все хвалят, существует в три раза дольше, чем ЦПМФ «Рубин», и за все время на серьезном уровне заиграли только Дзагоев и Юсупов. Это немного. Сейчас вот начинают приводить пример Набережных Челнов. Что там Игнатьев вырос, Козлов. Но какая гарантия того, что они сейчас играли бы за «Рубин»? Если б Игнатьев был суперфутболистом, его, наверное, не продали бы из «Локомотива» в Краснодар. У нас слишком высок уровень подготовки футболистов, уровень требований, чтобы мы могли просто так, ради чьей-то прихоти жертвовать результатом. Был период, когда во второй лиге обязательно должны были на поле находиться два футболиста моложе 18 лет. А в Казахстане еще лучше придумали — коренной национальности.

Неужели мы до этого маразма должны доходить? На все нужно время, и, самое главное, на все нужен системный подход. И еще, что очень немаловажно, сломать сделанное очень легко, а вот на месте поломанного построить что-то новое неимоверно сложно.


«ЕСЛИ ЧЕЛОВЕК ИМЕЕТ РАЗРЯД НИЖЕ ВТОРОГО, ОН НЕ ИМЕЕТ ПРАВА КРИТИКОВАТЬ ГЕЛЬФАНДА»


— Результаты «Рубина» в последнее время не радуют. В чем, по-вашему, причина? Со стороны кажется, будто игроки морально опустошены, испытывают какой-то эмоциональный спад.

— Почему «Рубин» находится на 7-м месте (интервью было взято до победного матча «Рубина» с «Крыльями Советов», — авт.), а должен находиться выше? Это вовсе не обязательно, что должен находиться выше. Те команды, которые находятся выше нас, они все укомплектованы как минимум не хуже «Рубина». Даже «Кубань» вот взять. Я не думаю, что мы так уж слишком ее по составу превосходим. Примерно на одном уровне команды. Я уж не говорю про «Зенит», про «Анжи», про «Спартак». И здесь мы можем их обыгрывать только за счет каких-то тренерских разработок, ноу-хау, что, в общем-то, у Бердыева всегда было. Я считаю, что у «Рубина», у меня есть основание так думать, организация подготовки к любому матчу одна из лучших в премьер-лиге, если не лучшая. Мы, во всяком случае, не уступаем здесь большинству команд, ни «Зениту», ни «Спартаку».

— Что мешает собрать состав, сильнее чем, например, у «Спартака», у которого и клубный бюджет меньше?

— Я бы не стал так категорично утверждать по поводу бюджетов. К тому же в Казань футболисты едут с неохотой. Даже если сравнить с «Анжи», пусть там у них тоже много минусов, но у них есть один весьма существенный плюс — команда базируется в Москве, а в Махачкалу приезжает только на игры. Взять Вальдеса, который уехал не просто так. Его детям просто негде учиться здесь. В Москве они это могли бы делать при посольстве, а в Казани — негде.

— А другие легионеры как выкручиваются?

— У футболиста всегда есть выбор. К примеру, если Навас перейдет в условный «Локомотив», то за меньшие деньги, чем к нам. То есть все бытовые неудобства, которые он имеет здесь, все это можно компенсировать только за счет увеличения условий контракта. Иначе сюда футболисты не пойдут. Поэтому, то, что сделал Бердыев здесь, то, что он принес нам два чемпионства, это все равно, что Гагарин в космос полетел. Все за счет отличной организации процесса, за счет умения из минимума извлечь максимум.

— Это правда, что он думает о работе 24 часа в сутки?

— Наверное, да. Он даже ночами просматривает те или иные матчи, потенциальных новичков, футболистов.

— Тем не менее критиков много…

— Опять же, если говорить о журналистах, которые так или иначе стараются дать свой совет. Давай мы сейчас начнем говорить, что Ефремов или Ширвиндт не умеют играть роли в спектаклях. Или во время матча Гельфанда и Крамника мы будем говорить, что Гельфанд неправильно пошел. Все мы понимаем, что даже если человек находится на уровне ниже второго разряда по шахматам, он не имеет права критиковать Гельфанда. А вот в футболе у нас почему-то разбираются все. И как людям дать понять, что они не правы? Это же очевидно. Не можем мы ориентироваться на обывателя, ну не можем. Тем более обыватель на футбол не пойдет, даже если здесь каждый день будет какое-то шоу с игроками «Рубина» или Бердыев будет каждый день интервью раздавать. На «Интер», я гарантирую, будет больше половины стадиона, если, конечно, температура не упадет ниже минус 10. Народ идет смотреть на шоу, а они считают, что «Интер» — это разновидность шоу.

— Если в чемпионате не очень клеится, может, ставку сделать на еврокубок?

— Кто нам позволит? Путь в еврокубки для «Рубина» лежит только через чемпионат. Потому что, чтобы попасть в Лигу Европы через еврокубки, нужно выиграть Лигу Европы. Другим способом мы туда попасть не сможем.

— Шанс-то есть, и потенциал есть у команды.

— Шансы есть, согласен, но это очень тяжело. Даже пройти в 1/8 и тем более в ¼ финала тяжело, учитывая, в какой мы будем форме к тому времени. Потому что опять придется, видимо, играть на нейтральном поле. Поэтому в чемпионате задачи по-прежнему максимальные. Сейчас надо наверстывать упущенное, соперники-то ушли далеко вперед.


«В КЛУБ ПРИШЛИ ЛЮДИ, УМЕЮЩИЕ СЧИТАТЬ ДЕНЬГИ»


— С этого сезона «Рубин» начал сам распоряжаться вопросами сервиса на стадионе.

— С тех пор, как это перешло в ведение клуба, улучшения видны невооруженным глазом. Но, к сожалению, этого слишком мало для того, чтобы зрителей привлечь на футбол. Если бы при входе на трибуну каждому наливали по сто грамм водки или давали бы сэндвич, даже этого не хватило бы, чтобы сделать стадион полным. Мы можем, конечно, искусственно поднять посещаемость на одну-две игры, но эта проблема настолько глобальна, что ее сейчас в одночасье не решишь. Нужен какой-то всплеск апокалиптического характера.

— Какое пожелание можете оставить болельщикам?

— Чтобы всегда все понимали, что команда играет для них в первую очередь, чтобы они поменьше слушали всякого рода критику и больше понимали, что у нас очень много проблем, с травмами, и судейство, может быть, не совсем лояльно к нам. Субъективных причин очень много, которые мешают команде развиваться. Поэтому надо верить и приходить на стадион. Ну да, сейчас холодно. Но цены достаточно доступны и команда показывает игру достойную того, чтобы собирать на стадионе не менее 10 тысяч.

— С приходом в «Рубин» Андрея Громова клуб стал более открытым. Наше с вами интервью этому подтверждение. Что еще изменилось с приходом нового руководства?

— Да, это так. Пришли финансисты, люди, умеющие, понимающие, как нужно считать деньги. Да, пока, конечно, сложности есть, они еще долго будут, не совсем понятно, что нужно делать, чтобы улучшить то положение, которое сейчас есть. Само все с неба не свалится.

— Вы сказали, что проблем с интервью нет. Стоит ли ожидать того, что клуб будет более открытым для нашего издания?

— Я в этом не сомневаюсь.

z=z=z

Справка

Максим Лопухов родился 16 апреля 1962 в Казани. Окончил КФЭИ по специальности «экономист».

1984 — 1998 годы — сотрудник республиканской налоговой инспекции.

1998 — 2000 годы — пресс-атташе ФК «Рубин».

С 2000 года — руководитель пресс-службы ФК «Рубин».



Печать
Нашли ошибку в тексте?
Выделите ее и нажмите Ctrl + Enter
Загрузка...
  • Руслан
    Анонимно 0

    Ругали, ругали БО - а теперь им же и интервью)

  • Федя
    Анонимно 0

    Марат Вагизов - хороший, Джаудат - плохой. Играют в хорошего и плохого полицейского.))) Джаудат не подлиза, Джаудат молодец!!! ... Пришли люди умеющие считать деньги, но нифига не разбирающиеся в футболе!

  • петя
    Анонимно 0

    Хорошая тактика - в хорошего и плохого играть, работает

  • shura_le
    Анонимно 0

    Ну что сказать, отличное интервью! г-н лопухов все сказал правильно, и по его ответам сразу понимаешь, что Бердыев вовсе не закрытый тренер, а в "Рубин" звезды не хотят ехать исключительно из-за бытовых проблем. И из-за них же бегут отсюда (даже при их высоких личных контрактах) и начинают забивать в тех же "Леванте", "Валенсии". совсем скоро мы лишимся Кузьмина,который не хочет продлевать контракт (видимо, детям тоже негде учиться) и ряда других игроков, в том числе и россиян. Почему? Пусть Марат Вагизов спросит у ребят. Но они ведь не захотят говорить, при всей открытости клуба. Спросите, почему не играет Карлос Эдуардо, почему в свое время Шаронов сидел на банке и почему Давыдов выходит регулярно на 90+ минуте, под премиальные.

Оставить комментарий
Все комментарии публикуются только после модерации с задержкой 2-10 минут. Редакция оставляет за собой право отказать в публикации вашего комментария. Свернуть