Доигровщик «Локомотива» и сборной Бельгии Сэм Деру рассказал, как проходит его лечение.
В начале декабря новосибирский клуб объявил, что у бельгийского волейболиста обнаружено онкологическое заболевание.
«На самом деле всё началось еще в 2024 году. Тогда я был в Казани, в России. Однажды вечером, сидя на диване, я почувствовал уплотнение, узелок в яичке. После нескольких обследований меня отправили обратно в Бельгию. В Левене, в Университетской клинике Левена, выяснилось, что у меня рак яичка. Его обнаружили его очень быстро, на ранней стадии. Меня прооперировали в тот же день. Узел удалили. А через несколько недель выяснилось, что образование доброкачественное, мне не нужна последующая терапия. Всё было чисто. Следующие два контрольных сканирования в декабре и в мае этого года также были чистыми. С этого момента контрольные осмотры стали скорее формальностью. Вероятность рецидива была очень низкой.
В конце ноября этого года всё было также. Я практически не думал об этом. Я сказал врачу: «Пожалуйста, позвоните мне, потому что в среду я уезжаю обратно в Россию». И во вторник она действительно позвонила мне и сказала: «Извините, но у нас плохие новости. Вам лучше не уезжать в Россию и как можно скорее прийти на консультацию к профессору. Мы обнаружили несколько злокачественных клеток в лимфатических узлах. Оказалось, что некоторые клетки все-таки остались и каким-то образом начали питаться. И все-таки вызвали метастазы. Лечение остаётся прежним. Прогнозы очень хорошие. Более 90% людей выздоравливают после трех курсов по три недели». И вот девять недель, которые я сейчас прохожу. Мы настроены очень позитивно. Мы смотрим вперед. Профессор сказал, что при желании и смогу набрать форму в течение двух месяцев после окончания терапии.
Я считаю одним из главных своих качеств решительность и настойчивость. За все эти годы за границей вы становитесь более устойчивым к стрессу. Конечно, это не значит, что я сразу это принял. Первые дни были тяжелыми. Особенно когда об этом сообщили мой клуб и весь мир, мир волейбола подхватил эту новость. Тогда было тяжело. Мне нужно было немного оправиться, потому что я лежал в больнице, это было утомительно. Но через несколько дней и благодаря огромной помощи моей девушки, которая всегда была рядом со мной, а также моей семьи, я довольно быстро справился с этим.
Сейчас мы просто идём по прямой. Окей, нужно пройти курс лечения, а потом мы вернемся к нормальной жизни. Ни одна клеточка моего тела не думает, что это конец карьеры. Мысль простая: «Хорошо, мы сделаем это, и все». В ближайшие годы нам придется жить с этим страхом. Каждое последующее обследование — это момент, когда ты испытываешь страх и панику. Но с другой стороны, я молодой, я сильный. У меня очень крепкое здоровье, я убедился в этом в первые три недели.
Однажды вечером мне стало очень плохо. Это было действительно тяжело. Я лежал на диване и, можно сказать, умирал. В тот вечер я сам позвонил в больницу: «Это нормально? Так и должно быть?». А на следующий день я снова был в норме. Это меня тоже приободрило. Во мне достаточно бойцовского духа, чтобы справиться со всем.
Я никогда не забуду, как я лег в больницу, моя подруга была со мной. Потом принесли первую дозу химиотерапии. Я подумал: «Что происходит? Разбудите меня, пусть этот кошмар кончится». Но что поделать, нужно пройти через это. Есть только один путь – вперед. Другого варианта нет.
Я ношу шапочку, потому что позавчера мне пришлось побрить голову. Я не в депрессии. Нет, это не в моем характере. У меня всегда было много энергии и желания жить. У меня есть много причин, чтобы жить. В моей жизни происходит много прекрасного. Самое прекрасное, пожалуй, то, что моя девушка сейчас ждёт ребенка. Это будет в конце июня. Конечно, это даёт нам огромный заряд положительной энергии. Мы узнали о радостном событии в конце октября. А в конце ноября пришла плохая новость.
Почему я скрыл операцию в прошлом году? Потому что я хотел сначала, в своей голове, принять это как обычную травму. И я не хотел, чтобы другие клубы, другие люди, навесили на меня ярлык онкобольного... Что, собственно, и произошло, все стали меня жалеть.
И тогда я сказал себе: «Нет, мне это не нужно». Почему все должны об этом знать? Это моя личная жизнь. Окей, я буду жить с одним яичком. Я по-прежнему чувствую себя хорошо, по-прежнему остаюсь мужчиной во всех смыслах этого слова, силен, способен на всё. Так зачем об этом сообщать? Конечно, это была совсем другая ситуация. Сейчас я не смогу исчезнуть на полгода. Ведь у меня уже нет волос, а вскоре, вероятно, не будет и бороды, и, возможно, бровей. Так что это невозможно держать в секрете», – цитирует Деру телеграм-канал «Первый темп» со ссылкой на бельгийский подкаст Sporza.