«Это лучшая работа на свете, когда выигрываешь. И худшая, когда проигрываешь».
Главный тренер УНИКСа Велимир Перасович – без преувеличения легенда европейского баскетбола. Как игрок он выступал в легендарной сборной Югославии, брал награды Олимпиад и чемпионатов мира, пять раз становился лучшим скорером чемпионата Испании. Как тренер – брал трофеи в четырёх странах, в том числе взял историческое чемпионство с УНИКСом в 2023-м.
О том, как Перасович делает чемпионские коллективы, мы обсудили с ним в интервью «БИЗНЕС Online».
О чём этот разговор?
Сейчас это забавно вспоминать, но в 2021 году было много желающих поругать УНИКС за назначение Велимира Перасовича. Хорватского тренера преследовали неудачи: не получилось со сборной, не было результата с испанским «Басконией» и турецким «Эфесом». Он целый год был без работы, ожидая предложений из Евролиги.
Судьба сложилась так, что УНИКС как раз стал участником элитного турнира, а его прежний главный тренер Димитрис Прифтис, к удивлению всех, ушёл в «Панатинаикос». Казанцы назначили Велимира Перасовича. И сейчас, на пятый год специалиста в команде, можно сказать, что это сверхуспешный выбор Евгения Богачёва.
• Сезон 2021/22. УНИКС обыграл в Евролиге «Реал», «Барселону», «Милан», «Панатинаикос», «Басконию», «Маккаби», «Эфес», ЦСКА, «Баварию». Неплохое начало, да? Если бы не отстранение наших клубов, команда участвовала бы в плей-офф – и точно пошумела там. Даже после отъезда всех лидеров Перасович сделал так, чтобы сезон УНИКС закончил с медалями – казанцы выиграли «бронзу».
• Сезон 2022/23. УНИКС впервые в клубной истории стал чемпионом России, обыграв в финале «Локомотив-Кубань». Богачёв ждал этого момента 25 лет. Перасович помог осуществиться его мечте.
• Сезон 2023/24. УНИКС снова вышел в финал, но уступил там ЦСКА и закончил сезон с серебряными медалями. Лидер чемпионской команды Ненад Димитриевич под руководством Перасовича выдал лучший сезон в жизни, выиграл MVP и уехал в Евролигу.
• Сезон 2024/25. Снова заявка на «золото», но УНИКСу не повезло попасть на ЦСКА уже в полуфинале. Итог – бронзовые медали. Но серия продолжилась: с Велимиром казанцы неизменно финишируют в топ-3 чемпионата.
• Сезон 2025/26. УНИКС занимает второе место в регулярном чемпионате и снова идёт за медалями. Совсем недавно казанцы обыграли ЦСКА – во второй раз в сезоне.
К сожалению, Перасович, который не любит давать интервью в принципе, никогда не объяснял российской прессе свои методы работы. Как он делает из таких игроков, как Димитриевич, суперзвёзд? Как, обладая четвёртым бюджетом, УНИКС неизменно финиширует в топ-3? Как Перасович, будучи тренером требовательным, строгим, а местами жестоким, объединяет вокруг себя игроков?
Всё это мы обсудили с Перасовичем в этом интервью. Это разговор не столько про баскетбол, сколько про управление коллективом – его будет интересно прочитать не только любителям спорта, но и руководителям из любых сфер. Чтобы немного «подготовить» Велимира к откровениям про свою тренерскую философию, сперва мы немного обсудили его богатую на трофеи карьеру.
Перасович – это трофеи. Брал титулы в четырёх странах как тренер, играл в легендарной сборной Югославии
– Велимир, вы становились чемпионом России, два раза чемпионом Хорватии, выигрывали Кубки Испании и Турции, брали Кубок Европы. О чём вы думаете сейчас, когда слышите этот ряд?
– О чём я думаю? Я бы добавил сюда два выхода в «Финал четырёх» Евролиги с «Басконией». Для меня они на том же уровне, что победа в Кубке Европы с «Валенсией». Если вы помните, когда я брал Кубок Европы, в турнир спустилось сразу восемь команд из Евролиги – это был очень высокий уровень конкуренции.
Победа с УНИКСом в Единой лиге ВТБ для меня тоже очень важна. Это всё-таки первое чемпионство в истории клуба.
– Каково это – переписывать историю клуба?
– Замечательно! Выиграть чемпионство – это всегда приятно. Но у меня было и много тяжёлых поражений. Однажды я проиграл в финале Адриатической лиги за 0,6 секунд до конца… Вы видели этот момент?
– Расскажите.
– Моя «Цибона» играла с «Партизаном». Мы реализовали свой бросок, начали праздновать победу раньше времени, и соперник за 0,6 секунды до конца забросил со своей половины площадки… Это видели 20 тысяч болельщиков! А потом ещё видео разлетелось по интернету.
То поражение было таким тяжёлым… Вот это я точно хотел бы забыть!
– Вы много выигрывали и как игрок, например, три раза брали Евролигу, стали серебряным призёром Олимпиады в 1992-м, чемпионом мира в 1990-м. Для вас трофеи – это обязательная часть вашего пребывания в баскетболе? Вы ждёте от себя их каждый год?
– Мне повезло играть в одно время с великими игроками в сборной Югославии и «Югопластике». Да, я был частью этих чемпионских команд, но, повторюсь, мне повезло застать великое поколение игроков. Тони Кукоч, Дражен Петрович, многие другие…
– Кукоч и Петрович своей игрой в НБА в 90-х проложили дорогу для нынешних европейских звёзд в лиге – таких как Лука Дончич и Никола Йокич?
– Да, они сделали первые шаги, были первопроходцами. Могу сказать, что по своему таланту они не уступали Дончичу и Йокичу. Просто баскетбол поменялся. Американские тренеры стали больше доверять европейским игрокам, всё поменялось.
Вот вспомнить Кукоча. Он в 22 года стал лучшим игроком на чемпионате мира в Аргентине. А потом он стал лучшим шестым игроком НБА, играя с Джорданом и Пиппеном. Вы представляете, какой это уровень таланта? Точно не хуже Дончича и Йокича.
– Вы знаете Кукоча, общаетесь с ним?
– Он мой друг! Мы из одного города. Вы знаете, что я, Кукоч, Горан Собин и Дино Браджа – все мы играли за команду одного года в «Югопластике»? Так что мы провели вместе много лет и очень хорошо знаем друг друга.
– Спрашивали его про «Чикаго», Джордана, Пиппена?
– Да, очень много. Он рассказывал, как ему было тяжело в самом начале. Ему предложили контракт, который по условиям был лучше, чем у Скотти Пиппена. Из-за этого Джордан и Пиппен очень сильно злились на генерального менеджера Джерри Краузе. Так что Тони оказался посреди войны, которой не хотел. Но со временем он заполучил уважение Джордана и Пиппена.
Тони всё ещё живёт в Чикаго. Каждый год приезжает в Сплит, но большую часть времени проводит в Чикаго. Он сейчас профессиональный гольфист. Постоянно играет в гольф, в том числе с Джорданом.
От Перасовича каждый год ждут победы. Давит ли это на тренера?
– Как вы считаете, есть ли в вас качества, которые создают вокруг вас атмосферу побед, нацеленность на чемпионство? Игроки же понимают, что если в твоей команде Перасович, то цель только одна – победа. Как вы этого добиваетесь?
– Слушайте, я просто работаю как могу. Иногда этого хватает, иногда – нет. У меня было много ситуаций, когда клуб был недоволен моей работой и увольнял меня.
Здесь важно не только, хороший ты тренер или плохой – всегда надо учитывать другие обстоятельства. Какая команда собрана вокруг тебя? Поддерживает ли тебя клуб? И многое другое.
Опытные тренеры всегда говорят: вопрос не в том, уволят ли тебя, а в том, когда это произойдет. Даже у таких великих тренеров, как Желько Обрадович, случаются плохие сезоны. Это нормально.
– Для вас это тяжёлая тема? Часто ли вы переживаете, что не имеете право на плохой сезон, на ошибку?
– Я пытаюсь об этом не думать. Но всегда что-то случается. Другие команды ведь тоже играют, тоже хотят побеждать. Сейчас у нас в УНИКСе не самый большой бюджет в лиге, мы не всегда можем подписывать нужных нам игроков. Так что цена любой ошибки для нас очень высока. Если мы допускаем ошибку, исправить её очень сложно…
– Вы отметили, что в баскетболе не всё зависит от тренера. Это правда, есть и другие творцы побед – игроки, руководство. Как вы для себя определяете их вклад в итоговый результат? Назовите проценты.
– Очень тяжело измерить. Но эти три вещи очень важны. Если у тебя не будет игроков, ты ничего не сможешь. Если нет поддержки руководства, тоже ничего хорошего… Давайте скажем так – 30%, 30% и 30%.
– В УНИКСе вы чувствуете поддержку руководства?
– Да, определённо.
– Как у вас построено общение с президентом Евгением Богачёвым?
– Как обычно. Когда мы побеждаем, всё отлично. Когда проигрываем, уже не так отлично. Но он мне доверяет, и я это чувствую с самого первого дня.
– Вы две сильные личности, два больших босса…
– Нет, босс – это он. Я руковожу только игроками, а он руководит всеми. Наши отношения – это отношения начальника и нанятого сотрудника.
– Но вы же можете сказать ему своё мнение, высказать свою позицию, настоять на своем?
– Могу, но он не обязан каждый раз слушать меня. Окончательное решение всегда за ним. И когда он делает его, я обязан его принять. Это нормальная история. Повторюсь, по моим ощущениям, он мне доверяет.
– Наверно, это одна из причин, почему вы в Казани уже пятый год и каждый раз продлеваете контракт.
– На самом деле это самая главная причина! Если у тебя нет поддержки руководства, ничего не сделать.
У игроков в современном баскетболе больше власти и больше свободы. Как под это подстроился Перасович?
– Что сформировало вас как тренера? Какие события, люди, книги?
– В первую очередь мой игровой опыт. Я выступал под руководством 10-15 разных тренеров, и я анализировал каждого из них. У меня всегда было понимание, какие их методы работали, а какие – нет. И то, что работало, я постарался максимально использовать в своей работе.
– Вы понимаете своих баскетболистов? Или вам нужно приложить много усилий для этого? Наверно, с вашим игровым опытом вы видите их насквозь.
– В последние годы стало сложнее. В моё время мы были как солдаты, а слово тренера было законом. А сейчас у игроков появилось много свободы, много власти. У всех есть агенты, и у этих агентов может быть большая власть.
Это реально меняет баскетбол уже сейчас. Вы знаете, как поменяли регламент Евролиги во время пандемии? Представьте ситуацию. Я тренер Евролиги, моя команда проиграла с разницей 30 очков. Я очень зол и хочу назначить тренировку на следующий день в качестве наказания. Сейчас я не могу этого сделать! В правилах записано, что так нельзя. У игроков сейчас большая власть.
– Вы поменялись из-за этого? Стали больше учитывать интересы игроков?
– Да, невозможно не меняться. Теперь ты должен уделять игрокам гораздо больше внимания. Особенно в те моменты, когда у тебя много травм и ты вынужден играть усеченным составом.
– Вам тяжело принять, что игроки не могут делать того, что когда-то делали вы? Вы же пять раз становились лучшим скорером чемпионата Испании.
– Нет, я вообще никогда так не думал. Да, в мои последние годы в Испании я действительно был лучшим скорером. Но скажу честно: я никогда так не старался в защите, как требую от своих игроков сейчас.
60 фактов о Велимире Перасовиче
Перасович – очень эмоциональный тренер. Он старается это контролировать, но не получается
– Вы на 100% югославский тренер? Или вы успели впитать в себя какие-то другие подходы?
– Нет, не на 100% точно. Я провёл значительную часть карьеры в Испании – 10 лет как игрок и 10 лет как тренер. Мои лучшие годы прошли там. В большей степени я представлю югославскую школу, но во мне определённо есть кое-что от Испании.
– В чём вы точно похожи на югославских тренеров, так это в вашей эмоциональности во время матчей. Вы постоянно кричите, жестикулируете, нагнетаете. Вы это делаете специально, чтобы гнать игроков вперёд?
– Нет, я не делаю это специально. Просто такой у меня характер. Я пытаюсь это контролировать, но чаще всего у меня это не получается. Это такая моя черта, которую очень трудно поменять.
Признаюсь: когда просматриваю записи матчей и вижу себя, мне даже бывает неловко за своё поведение.
– На самом деле даже удивительно, что у вас столько энергии в 61 год.
– Я знаю, что я старый! Могли бы не напоминать (смеётся).
– Как вы ощущаете себя после матчей? Должно быть, эта эмоциональность отнимает много сил.
– Очень много сил! Чувствую себя опустошенным.
– Удивительно, что при вашей эмоциональности у вас сохраняется аналитический, спокойный взгляд на игру. На пресс-конференции вы всегда чётко называете причину побед или поражений. Как у вас получается совмещать эти два взгляда на игру?
– В этом нет ничего особенного. Когда ты столько времени проводишь с командой, тебе не составляет труда найти причину победы или поражения. Когда мы проиграли «Зениту», сразу стало понятно, что мы не выдержали физической борьбы. Нам не хватало напора. (Интервью было записано до победы над ЦСКА, которая следовала далее – прим.).
Я всегда говорил, что если у команды есть немного волнения и даже страха, это всегда хорошо. Если перед матчем у тебя есть из-за чего волноваться, ты становишься собранными, заряженным. А когда этого нет, ты расслабляешься. Не просто так тренеры часто говорят, что поражения бывают полезны.
– Особенно перед большими матчами.
– Особенно перед плей-офф!
– Судя по результатам УНИКСа, у вас хорошо получается держать это напряжение. В регулярных чемпионатах с вами команда либо первая, либо вторая. Есть стабильность.
– Мы часто обсуждаем значимость первого место в регулярном чемпионате. Если вы посмотрите прошлые сезоны, команда с первого места никогда не становилась чемпионом (УНИКС в чемпионском 2023-м был вторым в регулярке – прим.)...
Но лично я в это не верю. Я убежден, что если ты первый, у тебя больше шансов на победу.
Главный принцип Перасовича – в команде все должны быть равны. Двойные стандарты – худшая ошибка тренера
– Несмотря на вашу эмоциональность, а временами жёсткость, вы всегда сохраняете контакт с командой. Игроки не отвергают вас. Как у вас это получается?
– Я всегда говорю игрокам: вы отличаетесь только по двум параметрам – сколько вы зарабатываете и сколько вы играете. Во всём остальном вы равны. Например, если тренировка назначена на 11, вы все должны быть в зале к 11-ти. Ни для кого нет послаблений, всё должно быть справедливо. Думаю, игроки больше всего ценят это.
Двойные стандарты – это худшее, что может произойти в команде. Я сам проходил через это во время игровой карьеры. Часто видел случаи, когда тренер ничего не мог сказать лидерам, зато постоянно атаковал резервистов. Я знаю, как болезненно на это реагирует команда. Легко что-то сказать игроку, который получает мало времени.
– Вы, как кажется, всегда поступаете наоборот: у вас больше всех «получают» лидеры команды.
– Только когда они этого заслуживают! Что я могу поделать, если Джален Рейнольдс почти всегда этого заслуживает (смеётся)? Я шучу.
– Говорят, что вы ещё отходчивый человек. Можете вспылить, но переключиться через 10 минут.
– Многие тренеры вообще не хотят каких-либо отношений с игроками. У меня другой подход. За пределами площадки я могу пошутить, спросить, как дела. Но субординация должна быть всегда. Если игрок забудется в общении со мной, я поставлю его на место.
Нужен ли тренеру кнут? Перасович уверен, что без него никак. Но он научился быть мягче
– Кроме того, как говорят в клубе, вы не злопамятный. Некоторые тренеры ставят крест на определённых игроках – и их уже не переубедить. Вы можете дать второй шанс.
– В начале своей тренерской карьеры я был другим. Я сразу выгонял тех игроков, кто терял уважение команды. Но со временем я поменялся. Ко мне пришло понимание, что при таких решениях нужно учитывать интересы клуба. Ведь за любой досрочный разрыв контракта нужно платить.
Сейчас я немного наказываю игрока, если меня в этом поддерживает клуб, а потом даю ему шанс исправиться, стараюсь помочь ему стать лучше.
– Можно ли быть успешным тренером, вообще не прибегая к наказаниям? Или без них вообще никак?
– Если человек ошибся один раз, это можно простить. Но если не отреагировать во второй раз, он ошибется в третий. И вот уже на третий раз для него это станет нормой. Это как с детьми, понимаете?
По ходу сезона у нас, например, случается много опозданий. Если это случилось один раз, нет проблем. Если во второй раз игрок опоздал, потому что были пробки, я тоже пойму это. Но если он опаздывает на каждую тренировку и на каждое собрание, такого игрока надо наказывать!
Вы знаете такое выражение: дашь палец – всю руку откусит?
– Да, в России тоже так говорят!
– Оно отлично описывает отношения с игроками. Но иногда случается так, что клуб не хочет наказывать игрока, потому что он звезда или что-то ещё. Я всегда зол в таких случаях. Если никак не реагировать, это будет повторяться каждый раз!
– Так можно потерять команду. Из-за одного человека все начнут опаздывать.
– Совершенно точно. Хотите расскажу, при каких случаях я никогда не злюсь на игроков?
– Заинтриговали.
– Когда игрок старается. То есть он ошибся, но при этом проявил усердие, выложился, поборолся, отдал всего себя. Проблема – это когда игрок всё может, но ничего не хочет. Тогда я злюсь. А когда игрок попытался, но у него не получилось, да, я могу сделать выводы по его игровому времени, но кричать на него точно не буду. Даже постараюсь поддержать его.
Как выжимать из игроков максимум – Перасович объясняет на примере Димитриевича
– Димитриевич, Рейнольдс, Бингэм, другие игроки УНИКСа показывали лучший баскетбол в карьере под вашим руководством. Как вы себе объясняете, почему?
– Не знаю. Вот честно. Это ещё надо посмотреть, лучший ли у них был баскетбол в карьере…
– Самый яркий пример – Ненад. Давайте остановимся на нём. С вами он был MVP и чемпион. Без вас у него не получается ни в «Милане», ни в «Зените», ни в «Баварии»…
– Почему? У него сейчас неплохо получается в «Баварии». Он там заиграл.
– Тем не менее, это не тот Димитриевич, который был в Казани. Как вы выжимали из него максимум?
– Его нужно было всегда подгонять, всегда держать в тонусе, всегда двигать вперёд. Никогда не давать ему расслабляться. Никогда. Так он стал важным игроком для нас.
Тренер вообще всегда должен быть жёстким. Он никогда не может работать в полсилы. Игроки вот могут иногда прийти на тренировку расслабленными, а ты всегда должен быть собран, всегда готов.
– Наверно, вы могли бы расслабиться в команде с Леброном Джеймсом, Кевином Дюрэнтом и Стефеном Карри. Но у вас их нет, так что приходится быть жёстким.
– Я уверен, что в НБА всё так же. Вот представьте, что вы даёте игроку установку. Если он не выполнил её, а вы не отреагировали, он поступит так ещё раз. И ещё раз! Так и продолжится, пока вы не скажите своё слово, не проявите упорство, не надавите на него, не заставите играть, как нужно вам.
Так на самом деле формируются игровые привычки. Беленицкий, Лопатин, другие наши лидеры – у них есть эти привычки. Поэтому я ценю их. А новичкам иногда нужен год, чтобы адаптироваться. Ты должен каждый день направлять их, каждый день им объяснять, и тогда у них сформируются эти привычки.
– Поэтому важно удерживать состав, не менять костяк.
– Да. К сожалению, мы теряем каждый год игроков, потому что они получают более выгодные предложения от других клубов. Это наша проблема, но её никак не решить из-за экономических причин.
Как Перасович видит будущих лидеров? Кейс Марио Хезоньи
– Как вы понимаете, на кого в команде нужно сделать ставку? Ведь тот же Димитриевич поначалу не был тем Димитриевичем, которого мы знаем. Вы брали его на перспективу. Как вы увидели его потенциал?
– Слушайте, я могу сказать, что всё знал заранее и всё просчитал. Смотрите, какой я умный! Но это не так. Летом мы пытались договориться с тремя игроками, прежде чем подписать Димитриевича. Мы взяли его, потому что не смогли взять других, вы понимаете?
Ты никогда не знаешь, как игрок проявит себя в твоей команде. Даже если это именитый игрок. Пример – это Марио Хезонья. Когда мы брали его в УНИКС, мои друзья и коллеги звонили мне и говорили: «Ты что, сошёл с ума? Он невыносимый» И он сыграл отлично! А бывают случаи, когда тебе хвалят игрока, а он ничего не показывает.
Это всегда риск. Я не провидец. Подписывая игрока, ты никогда не знаешь на 100%, как он проявит себя.
– А как вы раскрыли Хезонью? Он ведь реально перезапустил карьеру в Казани и отправился после УНИКСа в «Реал».
– Всё просто: у Марио до УНИКСа длительное время не было доверия от тренера. Когда он получит это доверие здесь, он заиграл по-другому.
– Вы не боитесь давать это доверие игрокам, да? Хезонья, Димитриевич, теперь вот Рейнольдс.
– Это зависит от состава. Когда у тебя только один сильный игрок на позиции, который очевидно опережает других по своему уровню, конечно, ты ему доверяешь, даёшь ему играть по 30-35 минут. Но с этим всегда есть проблема. Когда человек играет по 30 минут, он постепенно снижает свой уровень. Чтобы выжимать из себя максимум, ему нужен конкурент на позиции.
Я помню времена в «Басконии», когда у меня были Майк Джеймс, Дариус Адамс, Фабьен Козер. Если кто-то сыграл плохо – ты даёшь игровое время другому. Они это понимают и работают на все 100%, чтобы быть готовыми. Это здоровая конкуренция.
Вот почему в УНИКСе мы всегда подписываем сильного центрового в пару к Джалену. Потому что если он останется один, то перестанет стараться. Ему нужен кто-то, кто будет заставлять его работать каждый день.
– Вы напомнили о вашем первом сезоне в УНИКСе, когда команда играла в Евролиге. Это было потрясающее чувство. Европейские гранды приезжали в Казань, и все в городе верили, что вы их реально можете обыграть. Такого никогда раньше не было.
– Я припоминаю, что мы плохо начали тот сезон. Нам самим не хватало этой уверенности, что мы можем побеждать в Евролиге. Но потом всё пошло как надо. На момент отстранения у нас был отличный календарь впереди. Мы бы точно вышли в плей-офф, а там уже было возможно всё.
– Вы также поменяли отношения к матчам против ЦСКА. Раньше когда армейцы приезжали в Казань, никто не ставил на УНИКС. Победы были чем-то очень редким. А с вами…
– А со мной если мы проигрываем, то это сюрприз! Честно говоря, иногда это удивляет. Но что я могу поделать?
Почему баскетбол – это на самом деле простая игра?
– Есть тренеры, кто любят контролировать игроков, есть те, кто дает им свободу. Вы из каких?
– Я даю свободу в атаке. Но в защите хочу, чтобы они строго выполняли мои требования.
– А почему вы даёте свободу в атаке?
– Потому что игрокам нужна уверенность. Когда ты заставляешь их играть строго по схемам, это ограничивает их. Нельзя забывать, что это игроки находятся на площадке, им принимать финальное решение.
На самом деле в атаке сейчас все команды играют более-менее в одном стиле. Для меня лучший баскетбол – это простой баскетбол. Когда у тебя лучшие игроки, которые могут создать момент из ничего, тебе просто нужно распределить между ними роли. Но, к сожалению, большой талант стоит больших денег.
– Интересный тезис про простой баскетбол. Многие тренеры поспорят с вами.
– Когда у тебя сложный баскетбол, ты просто стараешься компенсировать этим недостаток класса. А когда у тебя лучшие игроки, ты играешь в простой баскетбол.
– Поэтому в НБА такой незамысловатый баскетбол?
– Да! Один-два дриблинга – затем бросок или проход. Но у них есть игроки высочайшего уровня. Когда таких игроков нет, ты пытаешься придумать какую-то комбинацию, создать преимущество, много чего другого. Понимаете? В этом проблема.
– А какая ситуация у вас сейчас в УНИКСе? У вас достаточно таланта в команде, чтобы играть в простой баскетбол?
– Да, у нас много таланта для Единой лиги ВТБ. Мы стараемся использовать сильные стороны своих игроков. Если кто-то может хорошо играть спиной к кольцу, мы доносим до него мяч и даём ему атаковать спиной к кольцу. Если кто-то хорош на пик-н-ролле, мы играем с ним пик-н-ролл.
– Это очень важная вещь, которую вы проделываете каждый год. Пытаетесь понять качества своих игроков и подстраиваете под них баскетбол команды. Многие тренеры делают по-другому. У них есть какая-то генеральная идея, и они пытаются загнать команду в свои рамки.
– Да, есть такое. Вот взять Дешона Пьера. Он отлично играет в пост-ап, приносит там много пользы. Но он не очень хорош в дриблинге, игре на периметре. Что я должен сделать? Поставить нам такой баскетбол, чтобы он мог атаковать в комфортных для себя позициях и приносить нам максимальную пользу.
– Вы должны быть гибким как тренер.
– Это похоже на вашу работу. Вы тоже во время интервью подбираете вопросы под собеседника – вы не задаете одни и те же вопросы каждый раз? Так же и я. Мне достаточно посмотреть на игрока два-три раза, чтобы понять, в чём он хорош. Я должен подчеркнуть его сильные стороны и спрятать слабые.
Атакующего игрока легче научить защите, чем оборонительного – нападению
– Какие игроки вас восхищают? Чей баскетбол в НБА и Евролиге доставляет вам удовольствие?
– Мне нравятся игроки, которые создают вокруг себя чемпионские команды. Они не всегда на виду, но приносят столько пользы, делают столько незаметной работы, что команда побеждает. Пример – Димитрис Диамантидис (легенда «Панатинаикоса» и греческого баскетбола – прим.). Он мог набрать 10 очков, но быть лучшим в команде.
В начале сезона был матч, где Дешон Пьер забросил четыре из 15 бросков (или что-то такое), но был лучшим у нас. Да, он не набрал много очков. Но он бросал только в тех ситуациях, когда это было реально нужно!
Когда мы проиграли «Зениту» в Казани, лучшим игроком у них был Андре Роберсон. Опять же, он не набрал больше всех очков, но сделал самый большой вклад в победу. Он ставил заслоны, он боролся на щите, он навязывал борьбу. Когда в команде есть такой игрок, всё остальные становятся лучше – это самое важное.
– Казалось, что вы ответите, что вам нравятся скореры, потому что вы сами были таким во время игровой карьеры.
– Они мне тоже нравятся. Иногда у меня спрашивает, что лучше – атакующий игрок или защищающийся игрок? Я всегда отвечаю, что первое. Потому что скорера легче научить защите, чем оборонительного игрока научить нападению.
Ненад Димитриевич был плох в защите. Но мы спорили с ним, убеждали, ругались. Он добавил в защите, сохранив свой талант в атаке. Он отдавал свои 100%, так что я готов был терпеть. То же самое с Рейнольдсом.
Теория у Перасовича длится не больше 15 минут. Больше материала игроки просто не усвоят
– Как у вас распределены роли в тренерском штабе?
– Вся команда поделена между моими ассистентами. Костас Каймакоглу работает с «большими», Милан Каракаш – с защитниками, Артур Бигеев – с россиянами. Мы работаем индивидуально перед каждой командной тренировкой.
Что касается разбора соперников, это поделено между Миланом и Артуром: к одному матчу готовится один, к другому – другой. Сперва они показывают свои видео мне, я говорю, что убрать и что добавить, потом мы демонстрируем это команде. Обычно я не делаю большие правки – Милан и Артур и так знают, чего я хочу.
– Как вы доносите теорию до игроков?
– Проводим три коротких собрания. В один день разбираем защиту соперника, в другой – атаку, затем – игру отдельных игроков.
– Сколько собрание длится по времени?
– 15 минут. Когда после матча мы разбираем свою игру, это может быть один час. Особенно если мы сыграли плохо.
– А почему 15 минут?
– Потому что игроки не могут усвоить больше материала. Я их не виню. Когда я был игроком сам, я тоже не мог слушать теорию больше 15-20 минут.
– Ваши помощники могут спорить с вами? Они могут вам сказать: «Велимир, я с тобой не согласен»?
– Я хочу такую коммуникацию. Они должны говорить мне всё что думают, между нами не должно быть барьеров. Но важный момент: я всегда прав! (Смееётся)
– Вы часто «играете» с командой в доброго и злого полицейского? Вы жёсткий, они мягкие – и наоборот.
– Ассистенты всегда более мягкие, чем главный тренер. Это нормально. Я всегда плохой полицейский (смеётся).
Перасович тренирует уже 22 года. Какая у него мотивация продолжать?
– Велимир, работа тренера – это большой стресс.
– Это точно.
– И при этом вы каждый год погружаетесь в него, хотя всё выиграли в баскетболе, всем всё доказали. Что заставляет вас подниматься по утрам?
– Это потрясающая работа, когда ты выигрываешь. И это худшая работа на свете, когда ты проигрываешь. Сейчас, когда я проработал тренером 22 года, я уже научился с этим уживаться.
– Может, вы просто любите баскетболе и уже не можете представить свою жизнь без него?
– Мне очень тяжело представить себя без баскетбола. Иногда я прихожу домой очень уставший и говорю себе: «Никакого баскетбола! Ничего не буду смотреть!» Но всё равно включаю Евролигу. Каждый раз я говорю себе «У меня нет сил» и каждый раз включаю Евролигу! Ничего не могу с собой поделать.
– Вы не хотите уехать на пляж и отдохнуть там полгода-год с женой?
– Хочу! Но я знаю, что через три месяца стану очень злым. Мне нужно работать, мне нужно куда-то девать свою энергию.
– 22 года – вы уже прожили маленькую жизнь в тренерстве.
– Время летит очень быстро… Очень. Я начал в 2003-м, и с тех пор у меня был лишь один год перерыва – до того, как я пришёл в Казань.
Вы представляете? Даже в тот год я не просто так сидел без дела – я просто ждал предложений из Евролиги.
Я уже не могу без этого. Один раз я попытался поработать спортивным директором, не не смог. Я сказал себе: «Я должен быть на площадке».
– Вы думаете о своём наследии, о своём месте в истории баскетбола? Может, это тоже вас мотивирует продолжать?
– Нет и никогда не думал. Мне недавно позвонил сын и сказал, что гордится мной. Вот эти слова гораздо важнее любых кубков и медалей.
Всё просто: я занимаюсь этой работой, потому что люблю её.