До сих пор не может отойти от поражения в финале Кубка Гагарина.
Александр Хмелевский по ходу прошлого сезона неожиданно оказался в «Ак Барсе». Все ждали нападающего в «Авангарде», но казанский клуб опередил конкурента и подписал его за рекордную для КХЛ денежную компенсацию в размере 230 млн рублей. В Казани Хмелевский сходу стал лидером: получил место в топ-6 и в первой спецбригаде большинства, забросил несколько важных шайб в плей-офф. Он впервые в карьере сыграл в финале Кубка Гагарина – от того до сих пор не может отойти от поражения «Локомотиву», даже спустя три месяца.
В интервью «БИЗНЕС Online» Александр вспомнил плей-офф, назвал рождение дочери главным событием в жизни, признался в любви к русской кухне и признался, что ему было смешно читать экспертов во время плей-офф.
«Рождение ребёнка – пока главное событие в моей жизни»
– Александр, вы впервые карьере провели такой долгий сезон – играли до конца мая. Удалось ли восстановиться?
– Времени для восстановления было не так много, но мы не можем жалеть себя. «Локомотив» вообще три года подряд играет в финале – и это им не мешает. Если мы хотим добиваться больших целей, то это неизбежно. Такова жизнь спортсмена. Если честно, я до конца пока сам не понимаю, есть ощущение, что мне так даже легче, потому что я до конца не успел растерять форму.
У меня ведь ещё дочка родилась. Это новый этап жизни, очень классный этап. Летом я практически не думал о хоккее, всё время уделял своей семье.
– Как назвали дочку?
– Элиана.
– Рождение ребенка, наверное, полностью скорректировало ваше лето?
– Нет, не могу так сказать. Мы знали, что у нас будет ребенок. Если ты родитель, должен понимать, что теперь жизнь вокруг ребенка. Тяжело ли это? Нет. Я счастлив, что моя супруга – моя надежная опора, которая во всём мне помогает. Она сильно облегчает мою жизнь.
– А как в целом поменялась жизнь с рождением ребенка?
– Меньше стал спать (улыбается). Неважно, хороший у тебя или плохой день, ты приходишь домой – тебя ждет счастье. Это очень сильно переключает от каких-то проблем. Я стал намного счастливее, когда появилась дочка. Могу сказать, что рождение ребенка – пока главное событие в моей жизни.
– Удалось ли летом слетать домой в США?
– Нет. Во-первых, у нас был долгий сезон, во-вторых, мы готовились к рождению дочки.
«Я не смотрел фильм о Кубке Гагарина, меня до сих пор не отпустили эмоции»
– Как вам сейчас летние сборы в Казани? Насколько они тяжелые?
– Сборы очень тяжелые. Мы понимаем, что нужно хорошо подготовиться к сезону. Мы должны быть в шикарной форме, потому что «Ак Барс» – это как ЦСКА. Все хотят тебя обыграть.
– Все в команде в шоке от того, в какой шикарной форме приехал на сборы Митч Миллер. Вы не спрашивали у него, в чем секрет?
– Мы это видели еще в прошлом году, он тогда тоже приехал в отличной форме. Вообще, думаю, в этом сезоне мы увидим еще более крутую версию Митча. Думаю, он покажет что-то фантастическое. Уверен, он будет намного лучше, потому что я вижу, какой он сейчас на льду. Вообще по уровню игры он должен быть в НХЛ.
– А вы в какой форме?
– Она нормальная. Знаете, ты можешь офигенно подготовиться, накачать мышцы и так далее, но у хоккея будут свои планы. Иногда тебе нужен фарт, иногда – здоровье. Из всего этого складывается сезон. Надеюсь, мы получили хороший опыт в прошлом сезоне, нужно хорошо провести именно первый этап чемпионата.
– Вы можете сказать, что Александр Хмелевский в новом сезоне будет лучше, чем в прошлом?
– Я должен быть лучше. У меня не будет этапа перехода в новую команду, я уже адаптирован к «Ак Барсу», понимаю, что от меня требуют. Не хотел бы давить сам на себя, но я ожидаю от себя большего.
– Недавно «Ак Барс» выпустил фильм о Кубке Гагарина. Вы смотрели его?
– Нет, но видел нарезки разные.
Если честно, я люблю пересматривать матчи, даже если мы проиграли, но конкретно сейчас я не готов что-то пересматривать в плей-офф. Мне очень обидно из-за того, что мы проиграли. Вроде бы, ты был так близко к Кубку, но проиграл, и теперь нужно начинать всё заново. Мы должны быть мотивированными перед новом сезоном, доказать, что можем больше, даже несмотря на потерю многих игроков.
А если я посмотрю этот фильм о поражении, вряд ли он меня замотивирует.
– Вы, наверное, видели нарезки, как кричат Алексей Марченко или Григорий Денисенко?
– Да-да. А как по-другому? Мы сильно хотели выиграть, поэтому иногда были такие моменты в раздевалке. Наш капитан делал всё правильно.
– Дмитрий Яшкин рассказывал, что сразу после поражения в шестом матче ему просто хотелось лечь на скамейку и ни о чем не думать. Помните ваши эмоции?
– Было пусто и грустно... Ты стараешься, даже несмотря на усталость, во время пятой или шестой игры у тебя еще были какие-то мысли в голове: что будет, если проиграем? А если выиграем? А вот когда звучит сирена, понимаешь, что всё, проиграл, ты в этот момент просто в шоке. Никаких мыслей уже нет. Не хочется даже поворачивать голову в сторону соперника, смотреть, как он празднует.
Самое обидное, когда ты осознаешь, какой путь прошел – выиграл 14 из 16 матчей, вроде бы, остается совсем немного, но ты не доходишь до конца. Наверное, именно это самое обидное. Всё стирается и начинается заново.
– Важен ли проделанный путь? Или только результат?
– Важен. Если бы я был генеральным менеджером или тренером, я бы хотел себе взять игрока, который дошел до финала, чем игрока, который вылетал на ранних стадиях. Я буду знать, что у него есть опыт и что в стрессовой ситуации его не будет трясти. Опыт – очень важная вещь в большом спорте, его нельзя не учитывать, потому что это не просто слово, а твой пройденный путь.
– Очень хорошие слова.
– Даже если взять обычную штангу, если ты никогда не делал жим 30 раз, то и 31 не сделаешь. Чтобы сделать этот один последний шаг, нужно с чего-то начинать и делать это постепенно, идти к своей цели. Всё это нарабатывается со временем, с опытом. Нужно пройти определенный барьер в своей голове.
«Мне было смешно от слов экспертов про нас во время плей-офф»
– Еще во время плей-офф вы говорили, что готовы обменять все свои голы на Кубок Гагарина, потому что никого не волнует твоя статистика, если ты вылетаешь в первом или втором раунде.
– Так и есть. Вот мы с вами сидим сейчас на нашей базе, вокруг нас картины с чемпионствами «Ак Барса» прошлых лет. Я не знаю, кто и сколько на этих картинах забил, но я вижу, что у них есть Кубок, они победили.
– Ментально вы стали сильнее после минувшего сезона?
– Мы все будем сильнее в новом сезоне. Если будет серия из поражений или какой-то другой тяжелый момент, мы не будем паниковать. Будем понимать, что сезон длинный. В таких моментах, да, мы будем сильнее.
– Прошлый сезон как раз и получился тяжелым в этом плане: «Ак Барс» штормило весь чемпионат, были серии из поражений. За счет чего удалось так сплотиться в плей-офф?
– У нас была тяжелая серия против «Трактора», мы приехали в Челябинск – там бешенная атмосфера на трибунах. И вот когда мы там проиграли, поняли, что нужно играть до конца, не давать сопернику шанса. Не было такого, что мы собрались, сели вокруг и сплотились. Просто каждый понял, что должен быть лучше, должен помогать на льду. Именно поэтому у нас и забивали все звенья, а не только одно.
– Многие до сих пор не понимают, за счет чего «Ак Барс» так поменялся в плей-офф после не самого лучшего регулярного чемпионата.
– Мы понимали, какой у нас состав, что мы должны побеждать. Во время чемпионата где-то можешь обмануть себя: сыграть просто нормально или вообще плохо. Ты проиграешь один матч, но это ничего не изменит. Понятно, что мы не хотим проигрывать, но в подсознании всё равно сидит, что время ещё есть и всё можно исправить. А в плей-офф права на ошибку уже нет. Обратного пути – тоже.
– Есть мнение еще, что очень сильно помогли победы в овертаймах над «Трактором». Всё могло качнуться в любую сторону, и если бы вы проиграли хотя бы один матч, непонятно, чем всё бы закончилось.
– Конечно! Думаю, четвертая игра была ключевой, а еще вторая игра в Минске, когда мы сравняли счет на последних секундах и выиграли тоже в овертайме. Такие победы сильно сплотили нас. А вот серия с «Металлургом» получилось очень легкой для нас, считаю, мы доминировали, вообще не дали шанса.
– Почему с «Металлургом» было легко играть?
– Это такая команда, которая хорошо играет в пас, им нужно много пространства, которое мы не давали. Нам было легко подстроиться под их игру, поэтому мы практически ничего не позволили сделать. А самым сложным соперником, конечно, оказался «Локомотив». Они здорово шли в борьбу, защищали пятачок. Против той же «Магнитки» мы просто физически были сильнее.
– Во время плей-офф вы передавали «привет» экспертам, которые не верили в вас. Вы действительно читали прессу и видели всё это?
– Я что-то видел, читал, что в том или ином раунде проиграем в пяти-шести матчах. Я не знаю... Я не хочу никого не оскорблять, но они не играли в хоккей, не знают, что такое здоровая атмосфера в раздевалке, горящее сердце. Наверное, у них просто такая работа.
– Вас это злило или задевало?
– Меня злило, да. Может быть, я не показывал это в сезоне, но это всё копилось. Не могу сказать, что меня это дополнительно мотивировало, что я хотел им доказать обратное. Мне просто было смешно от их слов. Хотя я понимаю, что это их работа.
«В овертаймах ни у кого с нами не было шансов»
– Лично для вас какой момент в плей-офф был самым переломным, когда вы поняли, что можете дойти до финала и победить?
– Вторя игра против Минска, когда Галимов сравнял счет в концовке, а потом мы победили в овертайме. Я вам скажу, что в овертаймах ни у кого с нами не было шансов. Как будто мы начинали играть по-другому.
– А за счет чего по-другому играли в овертаймах?
– Думаю, мы физически сильнее были, у нас была длинная лавка, были четыре классных звена, которые могли забить. У наших соперников, если не брать финал, такого не было.
– Какой момент для вас самый запоминающийся?
– Было классно, когда вышли в финал. Сразу такие мысли: «Вау, ты в финале» Столько работы проделали – и всё не зря. Еще мне запомнилась атмосфера самого финала. Не могу её объяснить, но она какая-то другая, сильно отличается от всего остального.
– Как вам поездки на поезде на финал Кубка Гагарина?
– Знаете, это было тяжело... В жизни я только один раз ездил на поезде. Мне не понравилось. Может быть, если ехать на поезде на сборы – это еще нормально. Но не когда у тебя через день важнейшая игра в карьере, а ты вынужден всю ночь тратить на дорогу.
Я понимаю, что у нас не было другого выбора, в этом плане никаких претензий нет. К тому же, клуб создал для нас шикарные условия. Но лично мне не понравился этот опыт, просто не привык к такому.
– Что-то попробовали новое для себя в таких поездках? Бутерброды или «Роллтон»?
– Знаете, меня всегда привлекал чай в этих железных стаканах. Было прикольно.
«На пятый матч с «Локомотивом» мы не вышли нормально»
– Артём Галимов называл «Локомотив» роботами, говорил, что против них почти невозможно играть. Какое у вас осталось впечатление?
– Это как игра, которая постоянно тебя затягивает. Ты, вроде бы, хочешь играть, искать какие-то моменты, забивать голы, но соперник тебя перетерпит. Он забьет раньше и поставит шлагбаум, потом уже нереально что-то сделать.
А если их перетерпеть, то победить возможно. Но проблема как раз в том, что пока никто их перетерпеть не может. В финале были эпизоды, когда у нас это получалось, но на всей дистанции этого сделать не удалось.
– Можно ли сказать, что это за счет того, что у них уже давно один и тот же состав, который знает, как играть?
– Наверное, да. Если мы во время плей-офф учились и понимали, как нам нужно играть, то им не нужно было этим заниматься. Они знали, как им играть, работали как часы. Это и есть опыт, про который мы говорили.
– Вас не бесило, что против них нужно терпеть?
– Нет, такого не было. Они играли честно, не позволили себе «грязи».
– Как нужно было правильно сыграть против «Локомотива», чтобы выиграть?
– Нельзя было проигрывать второй период – это их хлеб с маслом. Они хорошо держат шайбу в зоне нападения, умеют накладывать смены во вторых периодах. Ты начинаешь уставать, а они постепенно тебя «душат». Они очень хорошо обороняются на пятачке, могут отдать тебе периметр, но не пустят к воротам. Соответственно, чтобы обыграть «Локомотив», нужно обязательно лезть на ворота.
– Против кого из «Локомотива» было сложнее всего играть?
– Знаете, я бы никого хвалить не хотел. Они молодцы, но никого хвалить не хочу. Кроме Радулова, я считаю, он – лучший игрок лиги. Может быть, он меньше сейчас забивает, но он понимает, как побеждать. Я не знаю его лично, мне кажется, он с рождения такой – всегда хочет победы и не умеет проигрывать.
– Ключевым моментом серии все считали четвертую игру, когда «Ак Барс» отыгрался по счету, вы забили победный гол и сравняли счет в серии (2–2). Казалось, что вы переломили ход финала, к тому же, «Локомотив» потерял важнейшего центра Григория Иванова. Но после этого «Ак Барс» вчистую проиграл пятый и шестой матч. Почему?
– Может быть, мы устали. Не знаю... Наверное, есть много причин. Есть эксперты, которые могут найти их. Я сам не знаю.
Они просто играли лучше нас. Видимо, сыграли более правильно, перетерпели нас, более настроены были на победу. Если честно, на пятый матч мы не вышли нормально. Я не знаю, о чем мы думали, видимо, думали, что Тимур Билялов вытащит для нас игру, а мы потом забьем какой-нибудь «грязный» гол.
– Можно назвать это расслабленностью?
– Может быть. Возможно, накопилась уже усталость. Да, мы до финала побеждали 4–0 или 4–1, но всё равно уставали. Я не хочу сейчас оправдываться. Мы проиграли, потому что не заслужили победы. «Локомотив» оборонялся лучше нас, не пускал нас на пятачок – это было их лучшее качество.
«Адаптация в «Ак Барсе» была тяжелой. Первые матчи я был сам не свой»
– Ваш переход в «Ак Барс» был одним из самых громких в сезоне. Вас должны были обменять в «Авангард», но вы оказались в Казань. Как вы на всё это реагировали?
– Переход был нелегким, я даже не ожидал в начале сезона, что будет какой-то трансфер из «Салавата Юлаева». Была тяжелая адаптация в «Ак Барсе», на первые два матча у меня даже форма была другая. Я был сам не свой, нужно было время, чтобы адаптироваться. Без этого никак, ко всему нужно было привыкать заново. Конечно, «Ак Барс» мне очень помог с адаптацией, но всё равно было тяжело.
– Все ведь думали, что вы окажитесь в «Авангарде».
– Это КХЛ. Тут каждый день – сюрприз. Конечно, был шок, потому что всё шло к тому, что я окажусь в Омске. И скажу честно, было приятно, что два таких топ-клуба боролись за меня. Сейчас я в «Ак Барсе» – это новый опыт для меня, я должен оправдывать своё место в такой команде.
– Вы всё лето проводите в Уфе? Вас там до сих пор узнают?
– Да, потому что моя супруга из Уфы. Очень часто узнают. В Башкортостане и Татарстане любят хоккей. Это очень приятно.
– Не уговаривают вас вернуться обратно?
– Всегда (улыбается).
«Люблю рыбалку и баню. Меня уже можно назвать русским человеком»
– Вы летом очень часто играли в падел в Уфе. Вы впервые попробовали сыграть в него?
– Я раньше играл в пиклбол, это очень близкий вид спорта. Раньше постоянно играл в маленький или большой теннис. Сначала было тяжело, но потом быстро привык. Это отличный способ отвлечься, заняться кардио и просто хорошо провести время.
– Ваши теннисные навыки помогли вам забить гол слета в четвертом матче финала?
– Я не знаю. Может быть, так просто сказал комментатор, якобы, я забил теннисный гол. Я, как хоккеист, всегда работаю над разными игровыми моментами – во время матча ты должен быть готов ко всему: лезть на ворота и искать гол. В том эпизоде главное было просто пойти на ворота и попасть по шайбе. Я был рад тогда забить, мы сравняли счет в серии, был шанс выиграть финал.
– Думали перед голом, как вообще попасть по шайбе в воздухе?
– Нет, вообще не думал. Наверное, из-за этого я и попал.
– Многие хоккеисты сейчас играют в падел. Чем он так привлекает?
– Это конкуренция, адреналин, ты хочешь выиграть каждую игру. Многие хоккеисты любят отвлечься летом. Не хочется постоянно кататься на льду. Важно иногда переключать голову на другой вид спорта.
– А в большой теннис удается поиграть?
– Раньше я играл, но это намного тяжелее, чем падел. Там нужно много мастерства. В падел играть легче, особенно спортсменам, у которых хорошая физическая форма и координация. В основном играешь за счёт быстрой работы ног.
– Вас можно назвать фанатом большого тенниса?
– Раньше я всегда смотрел большие турниры, когда играли три главных «зверя» – Федерер, Джокович и Надаль. А сейчас на это нет времени, иногда могу посмотреть результаты – кто выиграл, кто проиграл. Сейчас я смотрю намного реже, мне нравится Даня Медведев – он такой злой андердог, которому всегда дают мало шансов, а он побеждает.
– За кого раньше болели из «большой тройки»?
– За Надаля. Я сам тоже левша, мне нравилась его игра.
– Помимо падела, как еще отвлекались летом?
– Играл в гольф. Я его очень люблю, как раз в Казани у нас есть хорошие поля.
– Многие считают, что хоккеистам легче играть в гольф, потому что и там, и там нужно бить клюшкой. Это так?
– Ошибочное мнение, это совершенно разные виды спорта. На самом деле, тебе даже будет хуже, если ты в гольфе ударишь по мячу, как в хоккее. Там совсем другая техника, мяч улетит совсем в другую сторону. Это очень тяжелый вид спорта, ты не научишься в него играть за одну-две тренировки, как в падел, например. Нужно провести минимум 20 тренировок.
– Кто из хоккеистов, которых вы знаете, лучше всех играет в гольф?
– Митч Миллер очень хорошо играет, Нэйтан Тодд, Джошуа Ливо и Шелдон Ремпал – тоже. Все североамериканцы.
– Чем еще занимались летом? Может быть, попробовали русскую рыбалку?
– А я всегда любил рыбачить, просто сейчас на это нет времени. В Америке я ловил щуку, один раз даже ловили лосося. Баню тоже очень люблю. В принципе, меня уже можно назвать русским человеком (улыбается).
«Впервые провожу лето в России и впервые попробовал окрошку. Мне понравилось!»
– Как вам Казань после Уфы?
– Думаю, всё примерно одинаково. Единственное, что в Казани есть база, вокруг которой всё строится. В Уфе такого не было. А сам город – отличный, для меня это самый комфортный город в России. Тут очень удобно и уютно. Моя супруга училась в Казани, так что она лучше меня знает город.
– У вас уже появились любимые места в Казани?
– Нам нравится даже просто выйти и погулять. В Казани много мест, где можно просто погулять пешком. Мне нравится, что тут очень много развлечений, особенно летом. И в Казани, и в Уфе очень вкусно готовят, наверное, в Казани просто ресторанов побольше. Мне в целом Казань и Уфа нравятся намного больше, чем Москва или Санкт-Петербург.
– Почему?
– Я не люблю большие города, мне нравится спокойным ритм жизни.
– Вы уже пятый год живете в России. Адаптировались к русской кухне и ко всему остальному?
– Конечно. Мне ведь мама с бабушкой в детстве часто готовили русские блюда. Так что мне не пришлось к чему-то привыкать. Но скажу, что я впервые лето провожу в России и впервые попробовал окрошку (улыбается). Мне очень понравилось!
– На квасе или на кефире?
– На кефире.
– А еще что любите?
– Я всё люблю: холодец, селёдку, шпроты, картошку. Я могу есть всё, что едят русские люди. Меня ничем не удивить.
– Татары очень любят пить чай с молоком.
– Да-да, меня супруга этому научила, теперь мне тоже нравится.
ДОСЬЕ «БИЗНЕС Online»
Александр ХМЕЛЕВСКИЙ
Дата рождения: 9 июня 1999 года
Место рождения: Хантингтон-Бич (США. Калифорния)
Рост: 183 см
Вес: 85 кг
Хват: левый
Карьера: «Сарния Стинг» – 2015/16; «Оттава Сиксти Севенс» – 2016–2019; «Сан-Хосе Барракуда» – 2018–2021; «Сан-Хосе» – 2021/22; «Салават Юлаев» – 2022–2025; «Ак Барс» (Казань) – с 2025 года.
Достижения: серебряный призер молодежного чемпионата мира-2019, бронзовый призер чемпиона мира-2021, участник Матча звезд КХЛ (2022, 2025), финалист Кубка Гагарина (2026).