комментарии 0 в закладки

Интервью с Яруллиным: держал пост во время плей-офф, не обижен на «Ак Барс», хотел бы завершить карьеру в Казани

Поговорили с лидером «Трактора».

Альберт Яруллин родился и вырос в Казани, а в системе «Ак Барса» провел 22 года. Однако в прошлом году он неожиданно для многих покинул родной клуб и подписал трехлетний контракт с «Трактором». Теперь Яруллин – лидер и один из ведущих защитников челябинской команды, хотя и признается, что скучает по Казани и следит за результатами «Ак Барса».

В интервью «БИЗНЕС Online» Яруллин рассказал, как провел год в чужом городе и быстро ли адаптировался в новой команде, почему в отпуске абстрагировался от хоккея и даже не знал, кто выиграл Кубок Гагарина, и о желании завершить карьеру именно в «Ак Барсе»

Альберт Яруллин (справа) / фото: официальный сайт «Ак Барса»

«НЕ СЛЕДИЛ ЗА ХОККЕЕМ. ДАЖЕ НЕ ЗНАЛ, ЧТО ЦСКА ВЫИГРАЛ КУБОК ГАГАРИНА»

– Альберт, вы впервые в жизни в осознанном возрасте покинули родной город и клуб. Насколько скучали по Казани за прошедший год?

– Казань – родной город для меня, где всё было комфортно. Уезжать было сложно, но я бы не сказал, что это был какой-то тяжелый удар. В Челябинске тоже всё есть, очень комфортно. Не было такого, что я в чем-то ограничивал себя. Я прожил год в Челябинске и не заметил особых изменений.

– Когда вернулись в Казань в отпуске, поняли, что соскучились по городу?

– Естественно. Казань я люблю не только потому, что это родной город. Мне как мусульманину очень комфортно здесь. В каждом районе есть мечети, нет проблем с халяльной едой. В Челябинске с этим сложнее было. Халяльная курица была практически в каждом магазине, а вот с другим мясом было сложнее. В самом городе только около трёх мечетей. В этом плане, да, я заметил какие-то изменения. Но такова наша работа: иногда нужно чем-то жертвовать и перестраиваться. При этом я не скажу, что Челябинск – какой-то плохой город. Мне тут очень нравится, моей семье комфортно.

– В итоге были варианты, как достать другое халяльное мясо?

– У нас на ледовой арене готовили блюда из халяльного мяса, у них были специальные поставки. В этом плане я был приятно удивлен, потому что в клубе готовы были выполнить любые пожелания хоккеистов. Но если у нас в Казани можно зайти на любой рынок и купить нужное мясо, то здесь такого нет.

– А местные мечети посещали?

– Да. У нас возле арены прямо есть, я живу как раз рядом. В том году, когда только приехал, пошел на пятничный намаз. Людей очень много было, меня узнали, подошли, познакомились. Предложили сразу помощь с обустройством, сказали, что я могу обратиться с любым вопросом. В этом плане я был приятно удивлен. Это очень радует, понимаешь, что ты не один и тебе помогут.

Фото: официальный сайт «Ак Барса»

– В Казани во время отпуска куда первым делом поехали?

– Сначала родителей навестил, всех близких и родных. Потом в мечеть съездил, в центре погуляли, где старо-татарская слобода. Много гуляли по городу, очень соскучились за год. По нашей кухне тоже соскучился – поел треугольники, элеши и прочее. Во время сезона я себя в этом ограничиваю.

– По ходу сезона приезжали в Казань?

– Да, в олимпийскую паузу и в те моменты, когда были двухдневные выходные. Тут есть прямые вылеты между городами.

– Удалось ли в отпуске сделать всё, что запланировали?

– Да, получилось отдохнуть и морально, и физически. За хоккеем вообще не следил в отпуске – ничего не читал и не смотрел. Я даже не знал, что ЦСКА выиграл Кубок Гагарина, мне потом рассказали. Из хоккея посмотрел только несколько матчей финала Кубка Стэнли, потому что к тому моменту уже начал тренироваться и готовиться к сезону.

– Вы, кстати, перестали вести социальные сети и за вами теперь тяжелее следить.

– Инстаграм* запретили же, в целом стало сложнее теперь там сидеть. У меня и до этого закрадывались мысли насчет социальных сетей. Многим же тот же инстаграм* необходим для заработка. А мне что там делать? Иногда бывает, что сидишь там, выйдешь и через пять минут снова зайдешь. Какая-то зависимость появляется, много времени этому уделяешь. Я как раз решил ограничивать себя в соцсетях, а там еще и запретили их в это же время.

«ЧЕЛЯБИНСК НЕ ТАКОЙ, КАК МНЕ ЕГО ПРЕПОДНОСИЛИ. ЗДЕСЬ СПОКОЙНО МОЖНО ЖИТЬ»

– Некоторые болельщики до сих пор считают, что вы обижены на «Ак Барс» и поэтому уехали из Казани. Это действительно так?

– Я никак не обижен на клуб. На что мне обижаться? Я с семилетнего возраста был в «Ак Барсе», фактически 22 года провел в родном клубе. Никаких обид быть не может – только благодарность. Даже играя за «Трактор», я переживаю за «Ак Барс». Со многими людьми из клуба до сих пор на связи.

Никита Лямкин, Альберт Яруллин и Дмитрий Юдин  (слева направо)/ фото: официальный сайт «Ак Барса»

– У вас контракт с «Трактором» ещё на два года. Вы рассматриваете варианты возвращения в «Ак Барсе» после этого?

– Когда контракт закончится, тогда и будет понятно. Если «Ак Барс» выйдет на меня с предложением, конечно, я буду рассматривать его. А сейчас нет никакого смысла размышлять об этом. Мне ещё два года играть за «Трактор».

– А в целом есть желание завершить карьеру именно в Казани?

– Конечно. Это родной клуб в родном для меня городе. Я бы хотел завершить карьеру именно в «Ак Барсе».

– Что первым делом бросилось в глаза, когда переехали в Челябинск? Знаю, что у «Трактора» нет своей базы, хоккеисты живут в снятых квартирах. После Казани, где есть одна из лучших баз России, было что-то необычное в этом?

– Нет, вообще никаких проблем не было. Да, не было базы, но перед игрой мы жили в гостинице, которая была в шаговой доступности от ледового дворца. Все остальные условия были комфортные – в Челябинске тоже огромная раздевалка, питание было на арене, жили мы недалеко от неё. То есть всё было в шаговой доступности и в одном месте.

– Владимир Ткачёв рассказывал, что тоже снимает квартиру рядом с ареной. Вы все живете в одном месте?

– Вова живет чуть дальше. Мы с Эмилем Гариповым сначала вместе снимали в одном комплексе, а потом переехали ещё ближе к арене. Я теперь могу пешком ходить на арену.

– Мы с вами общались в том году, вы рассказывали, что планировали жить в доме за городом. Почему решили в итоге снимать квартиру?

– Изначально снимали таунхаус, но в этом году переехали ближе к арене. Дом оказался слишком большим для нас, тем более, я всегда в разъездах.

Альберт Яруллин (справа) / фото: официальный сайт «Трактора»

– Есть мнение, что в Челябинске плохая экология из-за заводов. Заметили это?

– Чего-то ощутимого я не заметил на себе. Здесь постоянно идет перепад температуры – вот это меня удивило. Сегодня может быть минус 15, а на следующий день – минус 1. Летом очень жарко. В остальном же я ничего не заметил.

– Есть еще стереотип, что Челябинск – серый и некомфортный город.

 – Может быть, раньше и был таким, но сейчас здесь всё аккуратно и чисто. Да, город меньше Казани, магазинов, может, тоже меньше. Но лично мне всё нравится. Многие действительно думают стереотипно. Меня часто спрашивали, каково жить в Челябинске после Казани. Понятно, что в Казани инфраструктура развитая, много вложили в город. Но и Челябинск не такой, как мне его преподносили. Здесь спокойно можно жить, ни в чем себя не ограничивая.

– Есть места в Челябинске, которые нравятся?

– Набережная, парки. Возле арены очень красивый парк, там часто гуляем. За город можно выехать – на озера разные. Природа красивая.

«Я СКУЧАЛ ПО КАЗАНИ И «АК БАРСУ», НО БЫСТРО АДАПТИРОВАЛСЯ В «ТРАКТОРЕ»

– В «Тракторе» вам заново нужно было проявлять себя, доказывать, что вы – защитник первой пары. В этом плане были трудности или опасения?

– Это нужно каждый год доказывать, неважно, где играешь. Я и в «Ак Барсе» каждый сезон должен был доказывать свою роль в команде. Какие-ты мысли изначально, возможно, прокрадывались, но потом я понял, что должен делать то, что умею. Это моя работа. Главная цель – помочь команде, а какая будет моя роль – это не совсем важно. Командный результат всегда будет на первом месте.

– Через какое время поняли, что адаптировались в новой команде?

– Мне кажется, это произошло сразу. К тому же в команде много знакомых ребят было – Володя Ткачёв, Эмиль Гарипов, Алексей Потапов, Роман Манухов. Со многими ребятами в сборной пересекался. Я адаптировался с первого же дня, как только зашел в раздевалку. У нас собрался очень хороший коллектив.

– После ухода из «Ак Барса» было ощущение, что вы покинули зону комфорта?

– Выйти из зоны комфорта – это когда тебе сложнее, так ведь? Если в этом плане говорить, то мне ни разу не было некомфортно. Может быть, я просто человек такой, проще ко всему отношусь. Повторюсь, что я скучал по Казани и «Ак Барсу», но быстро адаптировался в «Тракторе». Может быть, я потом уеду из Челябинска и тоже буду скучать по этому месту.

Вы ощущаете, что «Трактор» – топ-клуб и в Челябинске большое внимание уделяют команде?

– Да. Город очень хоккейный, а «Трактор» – главная команда. Помню, шел по улице, ко мне подошел дедушка, рассказал, что его родственники из Татарстана, переехали потом в Челябинск. Узнал меня, пожелал удачи. Даже по посещаемости арены можно увидеть, насколько здесь любят хоккей. Почти на всех наших матчах был аншлаг, а в плей-офф атмосфера была ещё лучше.

«НЕКОТОРЫЕ ИГРОКИ ДАЖЕ ПОДХОДИЛИ, СПРАШИВАЛИ ЧТО-ТО ПРО ИСЛАМ»

– Вы когда играли в «Ак Барсе», в любой момент могли отойти на намаз, вряд ли кто-то в команде удивлялся этому. А в «Тракторе» как?

– Тоже никаких проблем не было. Есть место, куда можно отойти и прочитать намаз. Персонал команды в этом плане очень помогает. Некоторые игроки даже подходили, спрашивали что-то про ислам. Им было интересно узнать что-то новое. Может быть, еще 10 лет назад такие вещи как-то странно воспринимали, но сейчас такого уже нигде нет. Намаз меняет людей в лучшую сторону по воле Всевышнего. 

– В этом году часть поста пришлась на матчи плей-офф. Вы держали его в день игр?

– Держал, у меня не было причины не держать его. Опять же, персонал, массажисты и врачи очень помогали. Я, например, мог сказать, во сколько у меня ифтар – и мне к этому времени готовили. Когда время приходило, мне приносили воду, орехи какие-нибудь или энергетические коктейли.

– То есть были матчи, на которые вы выходили и ещё держали пост? До игры ничего не ели и не пили?

– Да, но у меня не впервые такое было. В прошлом году, когда играли с «Авангардом» седьмой матч, я тоже держал пост.

Фото: официальный сайт «Трактора»

– Насколько это тяжело? Перед игрой ведь ещё раскатка на льду, а вам, получается, даже воды попить нельзя.

 – Никаких проблем не было. После раскатки я обычно спал, а потом уже ехал на игру. Не успевал проголодаться.

– Неужели после раскатки не хотелось пить?

– Нет, я как-то привык уже и мне было нормально. Когда пост заканчивался во время матча, пил воду. Хотя я в целом по ходу периода никогда воду не пью, только в перерывах. Привык к этому.

– В эмоциональном плане пост как-то сказывался на вас?

– Я не зацикливался на этом. Понимал, что у меня идет пост и я его держу, а на остальные вещи не обращал внимание. Если на этом акцентироваться, будет только хуже. Видел, как футболисты во время матча тоже держали пост и где-то в перерыве быстро съедали банан или какой-нибудь энергетический батончик. Всевышний нам всё облегчает, не ставит перед нами невыполнимых задач.

«РАССТРОИЛСЯ ИЗ-ЗА ОЛИМПИАДЫ, ОЧЕНЬ ХОТЕЛОСЬ ПОЕХАТЬ»

– Анвар Гатиятулин с виду очень закрытый и молчаливый тренер. Какой он с командой?

– Для меня работа под его руководством – огромный опыт. В целом у каждого тренера учишься чему-то новому, это нормально. Я не буду раскрывать всю кухню, но если говорить общими словами, то с командой у него отличный контакт. Если с виду он может показаться закрытым, то с игроками всегда находит контакт. В любой момент можно подойти к нему, что-то спросить или обсудить. Лично у меня было с ним несколько разговоров, он всегда подскажет и поможет. Закрытым я бы его точно не назвал.

– Как оцените минувший сезон для «Трактора» по десятибалльной шкале?

– Смотрите, цель была – Кубок Гагарина. Если не выиграли его, значит, не выполнили задачу на 10 баллов. В то же время мы достойно провели плей-офф, команда была после перестройки, состав очень сильно обновился. Регулярный чемпионат мы прошли без больших серий поражений, в плей-офф выступили достойно и взяли «бронзу». Думаю, на 8 из 10 я могу оценить сезон.

– А если конкретно вашу игру брать? Вы довольны сезоном?

– Не меня надо спрашивать, а тренерский штаб или руководство клуба. Смог ли я выполнить роль, на которую меня подписывали, – ответят только они. Я, в свою очередь, хотел помочь команде, делал то, что умею и делал всегда. Моя роль в «Тракторе» не отличалась от того, что было в Казани. Мне и тренерский штаб говорил: «Делай всё то, что делал в Казани».

– Вы большую часть сезона играли в паре со шведом Пилутом. Какие впечатления остались?

– Обученный игрок с хорошим катанием. Я и раньше много играл с легионерами – в «Ак Барсе» были Викстранд, Виртанен, Уилсон. Последний русский напарник был, вроде бы, Андрей Марков. Поэтому с Пилутом в плане общения не было никаких проблем. Общались на ломанном английском или русском.

– В «Тракторе» вы стали вторым защитником по очкам, вторым – по показателю полезности, много играли в большинстве. Не удивились, когда вас не оказалось даже в расширенном составе сборной России на Олимпиаду?

– Небольшое удивление было, но что поделаешь? Значит, нужно работать дальше и больше.

– Разочарование было?

– Легкое расстройство было, конечно, мне хотелось поехать на Олимпиаду. Но при этом были и плюсы у этой ситуации – мы в олимпийскую паузу съездили с Гариповым в Мекку на умру. Всевышний закрыл одну дорогу, но открыл другую. Во всём можно найти что-то положительное.

Фото: официальный сайт «Ак Барса»

– На матч в Казани вы выводили «Трактор» в качестве капитана. Это было изначальное решение тренерского штаба?

 – Нет. У нас Сергей Калинин на раскатке сломал руку, мы об этом узнали только перед самой игрой.

– В связи с этим былая какая-то дополнительная эмоциональная нагрузка?

 – Нет. Нужно проще ко всему относится. Это была такая же обычная игра, она ничем не отличалась. Разве только тем, что перед матчем я подъехал к судьям, пожал им руки. А в остальном я и раньше помогал ребятам в раздевалке, пытался завести их. Я делал то, что делал всегда.

– «Трактор» проиграл тот матч – 1:5. Лично вы тоже несколько раз ошиблись. Сказалась все-таки эмоциональная нагрузка?

– Я не нервничал, вышел как на обычную игру. Может быть, просто не наш день был. В Казани мы проиграли  – 1:5, а в Челябинске победили – 5:0. Баланс!

– В серии плей-офф с «Салаватом Юлаевым» все обсуждали момент, когда вы ударили клюшкой по лицу Пустозерова. Что там произошло?

– Там нужно внимательно пересмотреть повтор. Мы с ним ехали, разговаривали, никакого криминала не было. Меня вообще этот разговор никак не задел, хотя кто-то писал, что я, якобы, вышел из себя. Я ему всё сказал и поехал на смену, а он меня схватил за клюшку, на повторе это отлично видно. Я начал клюшку выдергивать, а он – отпускать, и она по инерции попала ему в лицо. Я его не бил клюшкой, судье то же самое говорил.

– Потом писали комментарии, что мусульманин психует, ведет себя неправильно. Видели такое?

– Не видел, но я же тоже человек. Любой может психовать, хотя, ещё раз, я не психовал в том эпизоде. Не был настолько заведён, чтобы ударить человека клюшкой. 

* - деятельность Meta Platforms Inc.  по реализации продуктов-социальных сетей Facebook и Instagram запрещена на территории Российской Федерации по основаниям осуществления экстремистской деятельности.

ДОСЬЕ «БO Спорт» 
Альберт ЯРУЛЛИН
Дата рождения:
 3 мая 1993 года 
Место рождения: Казань
Рост: 183 см Вес: 95 кг 
Хват: правый
Карьера: «Барс» (Казань, МХЛ) – 2009 – 2014; «Ак Барс» (Казань) – 2011 – 2014; «Нефтехимик» (Нижнекамск) – 2013/14; Атлант» (Мытищи) – 2014/15; «Ак Барс» (Казань) – 2015 – 2021; «Трактор» (Челябинск) – с 2021 года.
Достижения: бронзовый призер чемпионата мира среди юниоров (2011), бронзовый призер молодежного чемпионата мира (2013), обладатель Кубка Гагарина (2018).

Руслан Васильев
Нашли ошибку в тексте? Выделите ее и нажмите Ctrl + Enter
версия для печати
Оценка текста
+
23
-
читайте также
наверх