«Вели переговоры с Кузнецовым, но он выбрал Уфу». Интервью с Марчинским, который собрал выстреливший «Нефтехимик»

Поговорили о феномене Гришина, нижнекамских легионерах и Жафярове. 

«Нефтехимик» – главная сенсация текущего сезона. Скромная нижнекамская команда входит в первую пятерке команд в Восточной конференции и играет в яркий атакующий хоккей. Отлично помогают «волкам» летние подписания: сильно смотрятся Дамир Жафяров и Максим Федотов. Кажется, этот «Нефтехимик» способен на большее, чем просто проход в плей-офф. 

Собирал команду спортивный директор Антон Марчинский. корреспондент «БИЗНЕС Online» встретился с функционером и узнал, как формировался состав, как работает главный тренер Игорь Гришин и как «волки» едва не подписали звездного Евгения Кузнецова. 

«Думаю, что в следующем году мы продолжим совместный путь с Гришиным» 

– Антон Владимирович, «Нефтехимик» спокойно провел дедлайн и не провел ни одного обмена. А возможно ли было кого-то подписать?

– Да, мы рассматривали нескольких игроков. Например, были не прочь подписать Филина из «Спартака», но не срослось – попытаемся договориться летом. 

– Не срослось по цене?

– Много факторов. Мы предлагали несколько вариантов, но «Спартак» они не устроили. Те, которые предлагали они, не совсем подошли нам. Так переговоры зашли в тупик.

– Чем «Нефтехимик» заинтересовал Филин?

– Это игрок нашего формата, игровичок, который сам может создать момент. Егор может сыграть как в большинстве, так и в меньшинстве. 

– Можно ли сказать, что главный итог работы «Нефтехимика» в дедлайн – перезаключение контрактов с лидерами?

– Полностью согласен. 

– Есть ли в планах еще продлить контракты с игроками или будете ждать конца сезона?

–  Пока не будем. Пусть чуть-чуть уляжется ситуация, прикинем, кого сможем подписать летом и кто в теории может быть доступен. Подумаем, смогут ли эти игроки войти в наш состав. К тому же наш основной костяк имеет контракты на следующий год, поэтому много изменений не планируется. Основной план по продлению мы выполнили – дальше всё будет зависеть от ребят. 

– При этом на следующий год нет контракта у главного тренера Игоря Гришина. Есть ли в планах уже сейчас продлить с ним соглашение?

– Пока мы никого не трогаем. Пусть чуть-чуть спадет градус в турнирной таблице и можно будет заняться этим вопросом. Пока идет рабочий процесс – нет смысла отвлекаться на контракт. 

– «Сибирь» в прошлом сезоне продлила контракт с главным тренером Вадимом Епанчинцевым в марте, сразу после выхода команды в плей-офф. Вы ориентируетесь на эти даты?

– Можно будет договориться и раньше. Думаю, что новый контракт – дело времени. 

– Не боитесь, что топ-клубы КХЛ могут перехватить Гришина?

– На мой взгляд, Игорь Владимирович не смотрит в другую сторону. В Нижнекамске он получил первый полноценный шанс поработать в КХЛ и сейчас показывает хороший результат. Мы советуемся по составу, комплектованию команды – всем своим действием мы даем понять, что в следующем году продолжим совместный поход. Но повторюсь, это мое мнение. 

«Жафяров может выбивать по 50 очков за сезон» 

– Клуб на год продлил контракт с нападающим Дамиром Жафяровым. Долго ли велись переговоры?

– Мы разговаривали примерно неделю. От первого предложения и до финального заключения прошло три-четыре дня. Хотя предварительный разговор состоялся еще за месяц до подписания. Узнавал у Дамира, как ему в Нижнекамске и в клубе в целом. 

– Какие у него отзывы?

– Ему всё нравится: он нашел себя, хорошо вписался в состав и играет в хорошей тройке. Да, его семья и ребенок живут в Москве, но они часто навещают его в Нижнекамске. 

– Не боялись ли летом подписывать Дамира, учитывая его не лучший сезон в «Барысе»?

– На то есть объективные причины. Я понимал, какой уровень у Дамира, и знал, что он мастер. Просто Жафярову нужно развязать руки, с чем может помочь «Нефтехимик». Игорь Владимирович Гришин сразу сказал, что хочет видеть Дамира в нашей команде – с моей стороны не было никаких препятствий. Единственное, нужно было договориться по финансам. 

Я сделал предложение представителю и долго вел переговоры. В итоге мы подписали контракт на наших изначальных условиях. Но тогда мы сказали: если всё пойдет хорошо и Дамир будет справляться со своей ролью, то мы поднимем зарплату. Так и получилось. 

Что касается года в «Барысе», то Жафяров просто оказался не в своей среде. Тяжелые тренировки, баллоны, отсутствие свободного льда – всё это отразилось на сезоне. И даже после того года спрос на Дамира был: знаю, что еще один клуб предлагал ему больше, чем мы, но игрок выбрал нас. 

– Жафяров сейчас на пике или он может еще добавить?

– Думаю, что он еще может добавить. Выбить очков 50 за сезон точно в силах Дамира. 

«Два года назад пытался привезти Куинни, но он тогда не хотел покидать Лас-Вегас» 

– Другим продлившимся игроком стал защитник Лука Профака. У «Нефтехимика» в последние годы не так много легионеров, в один момент Профака вообще был единственным иностранцем в команде. Каково ему в Нижнекамске?

– Вообще, я считаю, что нам нужно делать ставку на россиян. Как бы грубо это не звучало, но иностранцы – это больше про заработок. Случай с Лукой уникален: он приехал в Нижнекамск в 21 год, тогда как большая часть легионеров едет в КХЛ в более солидном возрасте. Луке было что доказать: он получил шанс и зацепился за него. Сейчас он играет в КХЛ и прогрессирует. Его устраивает Нижнекамск, к нему постоянно приезжает девушка, сейчас она живет с ним.  

– Писали, что «Металлург» заинтересован в Профаке. Это правда?

– Со мной никто не связывался, поэтому сам был удивлен этой новостью. 

– Был слух, что Джозеф Душак может покинуть «Нефтехимик». В итоге он остается в команде?

– Он полноценный игрок нашей команды, просто сейчас в ротации. Мы его брали под большинство, но с появлением Душака у нас добавили Сериков и Федотов. 

– Могли ли перейти в «Нефтехимик» другие легионеры?

– Мы многих смотрели, но они выбрали другие клубы. Например, общались с агентом Гейджа Куинни. Когда я только услышал его фамилию, то сразу сказал, что мы готовы пригласить его к себе. Сделал предложение, но через три дня звонит агент и говорит: «Он уже уехал в «Шанхай». 

Кстати, Куинни я пытался привезти два-три года назад, когда он играл в «Хендерсоне» (фарм-клуб «Вегаса» – прим.ред). Сам Гейдж родился в Лас-Вегасе и не горел желанием куда-то уезжать. Тогда мне говорили, что он не хочет ехать в КХЛ, потому что выступает дома, получает хорошие деньги и имеет двусторонний контракт. 

– Интересовались ли вы Пьерриком Дюбе, который в этом сезоне играл в «Тракторе» и СКА?

– У нас был вариант с его подписанием. Мы разговаривали с «Трактором», но не готовы были отдать то, что они просили у нас. С Питером тоже не получилось договориться: мы хотели забрать Дюбе и еще одного игрока. Сначала ответ был да, потом – нет. В итоге поговорили с агентом: он сказал, что Пьеррик не готов ехать в Нижнекамск. Тогда мы поняли, что этот игрок нам не нужен. 

– Игрок, который мог перейти к вам в паре с Дюбе, – ваш воспитанник Амир Нугманов?

– Да, это он. Мы бы не отказались от двух праворуких форвардов, но не получилось. 

– Общаетесь ли с защитником Лукашем Клоком, который долгие годы играл в «Нефтехимике» и летом был без контракта?

– Мы с ним на связи. Лукаш сейчас играет в Швейцарии, у него не лучшим образом идут дела. Но с ним мы не вели переговоры, на что есть несколько моментов. Он чех по национальности, то есть его приезд в Россию может обернуться кучей проблем. У него семья, маленький ребенок – сейчас он не готов рисковать. 

«Пол зарплат? Преодолеем его к концу сезона» 

– Удовлетворены ли вы уровнем защиты?

– Эта линия у нас полностью укомплектована. При этом всегда нужна конкуренция, за счет которой растут хоккеисты. Считаю, что конкуренция – это двигатель прогресса.

– Рассматривали ли усиление во вратарской линии?

– Еще с прошлого года я знал, что на рынок не выйдет такой вратарь, который усилил бы нас, а если и выйдет, это будет дорогое удовольствие. Большинство голкиперов были на контрактах, поэтому вопрос здесь переходит в плоскость «А были бы мы готовы отдать кого-то за вратаря?» Ближайшее межсезонье тоже обречено на это: на рынке будет не так много игроков, которые придут и с ходу усилят команду. 

– Это относится ко всем позициям?

– Больше к защитникам. Не секрет, что «Трактор» долго искал усиление во вратарскую линию и линию обороны. В итоге они подписали в последний день Михала Чайковского, которому 33 года. Интересно, что раньше был дефицит атакующих защитников – это давняя проблема российского хоккея. Однако сейчас команды обходятся без игроков этого типа. 

К тому же сейчас сильно изменился хоккей. Это раньше можно было быть большим защитником, без первого паса и движения. Сейчас эти аспекты можно назвать ключевыми. 

– «Нефтехимик» по ходу сезона расторг контракт с габаритным защитником Артемом Чмыховым. Он не подошел по названным вами критериям?

– Ему немного не хватило движения. Есть и другой момент: у нас сильно спрогрессировал Тимур Хайруллин, который вытеснил Артема из состава. Но у Чмыхова хорошее понимание игры: начать атаку, распорядиться в цейтноте – всё это он умеет. 

– После всех последних изменений в составе смог ли «Нефтехимик» преодолеть пол зарплат, который составляет 475 млн рублей?

– Пока нет (смеется).

– Но необходимые по регламенту 90% от пола у вас есть?

– Они всегда были, есть и будут. Что касается планки в 475 млн рублей, то мы достигнем ее за счет контрактов ребят из МХЛ и ВХЛ. Когда хоккеист, заявленный за эти лиги, находится в расположении клуба КХЛ, то в платежку идет его суточная зарплата. Так к концу чемпионата мы достигнем пола зарплат. 

«Вели переговоры с Кузнецовым, но он выбрал Уфу» 

– Московское «Динамо» было не против забрать у вас капитана Александра Дергачева. Почему не отпустили игрока?

– У них была заинтересованность, но мы не были готовы к обмену Дергачева. Он российский центрфорвард, а еще капитан команды. Нужно было предложить что-то очень интересное, чтобы мы отпустили Александра. 

– В январе «Нефтехимик» обменял Данила Юртайкина в «Амур» на Матвея Заседу. Гришин говорил, что команде нужен более забивной форвард – им и стал Заседа. Хотя Юртайкин на момент обмена шел третьим бомбардиром «Нефтехимика». Почему обменяли именно его?

– Начнем с того, что Данил здорово начал сезон, но потом сбавил по игре и просел функционально. Тренеры разговаривали с ним, он нормально реагировал на это. Но так получилось, что уверенность пропала, хотя на него никто не давил. Данил потерял нить – не пошла игра. К нам пришел запрос из Хабаровска, что они хотят Юртайкина. Решили обменять его. Притом на сделку мы согласились не сразу: переговоры велись примерно месяц. Ждали, что Данил может вернуться на свой уровень и добавит в движении, но этого не произошло. 

Что касается Заседы, то он помоложе, у него меньше зарплата, а еще у него есть контракт на следующий год. Его отлично знает Игорь Владимирович, Матвей уже работал под его руководством. Также мы получили денежную компенсацию. Думаю, все остались в плюсе: и клубы, и игроки. 

– Агентство Владислава Барулина заявляло, что совместно с вашим клубом будет искать варианты обмена. В итоге решение переиграли?

– Как и Юртайкин, Влад отлично начал, но после сбавил в оборотах. Я поговорил с агентом и Владом: мы совместно решили, что обязательно менять его не будем, но в случае хорошего предложения отпустим. Нам предлагали за него тысячу рублей, но мы, конечно же, отказывались. На Влада мы рассчитываем, у него – хороший уровень. Просто нужно доказывать это на льду. 

– В прошлом году «Трактор» хотел обменять из «Нефтехимика» вратаря Филиппа Долганова, но вы отказались от возможной сделки. Не поступали ли предложения по голкиперу в этом сезоне?

– Мы еще в прошлом году дали четко понять: обменивать Долганова мы не будем. С Филиппом, как и с Ярославом Озолиным, мы продлили соглашения, поэтому до 2027 года они в нашей команде. Повторюсь, что костяк нашей команды имеет контракты на следующий год. Притом неограниченно свободных агентов у нас тоже немного: Хлыстов, Хафизуллин, Дергачев, Барулин и Николишин. Поэтому летом нам нужно будет подписать двух-трех хоккеистов высокого уровня, чтобы команда стала сильнее.

– Готов ли был «Нефтехимик» побороться за Евгения Кузнецова?

– Мы вели переговоры, была высокая вероятность, что он окажется в Нижнекамске. 

– Но забрал его «Салават» через драфт отказов. Не мог ли вмешаться «Нефтехимик»?

– «Салават» на тот момент шел ниже нас в таблице, поэтому Кузнецов в любом случае поехал бы к ним. Хотя Евгений сам направлено выбрал Уфу. 

– Возможно ли подписание Кузнецова летом?

– Так далеко мы не смотрим. У нас есть ребята в системе, которые могут показать тебя. Также посмотрим, как игроки основы проявят себя в плей-офф. 

– У «Нефтехимика» в аренде играл защитник Артем Кудашов. Только уволили его отца из «Динамо», как московский клуб тут же отозовал его у вас. Связан ли его отзыв с отставкой Алексея Кудашова?

– Это никак не связано. Нам нужен был защитник-лимитчик, потому что из «Реактора» в основном привлекаются нападающие. Однако тут появился шанс взять в аренду Никиту Артамонова, который занял место лимитчика. В таком случае мы смогли заявлять опытного седьмого защитника, а Артем вернулся в «Динамо». 

– Артамонов пока набрал скромные 4 (1+3) очка. Он может прибавить?

– Конечно. Он старается и прибавляет. В нижнекамске его психологический фон намного лучше, чем в Нижнем Новгороде. Там он мог бы просто потерять сезон, а здесь постоянно получает практику. Эта аренда – глоток свежего воздуха. 

«В моем списке потенциальных трансферов – 180 игроков» 

– Вернемся к трансферной теме. Успеваете ли смотреть АХЛ и европейские чемпионаты?

– У меня есть список игроков, который я веду много лет. Там около 180 фамилий, он постоянно обновляется: кто-то из этого списка удаляется, кто-то добавляется. Слежу за каждым хоккеистом и стараюсь смотреть их матчи. Но в этом сезоне так получилось, что я посмотрел очень мало игр – где-то 20–30. Раньше было больше времени, поэтому я мог активно следить за хоккеистами из иностранных чемпионатов. Зато завершился дедлайн переходов – теперь я могу спокойно включать европейские матчи и АХЛ. 

Ближе к лету у меня складывается понимание, кого можно пригласить, а кого – нет. Подписать игрока, которому от 20 до 22 лет, почти невозможно: каждый из этих хоккеистов будет грезить мечтой об НХЛ. Поэтому основа списка – игроки, которым примерно 27 лет. К лету я уже успею поговорить с агентами и сужу круг до 10–15 фамилий. 

– По трансляции вы можете оценить игровые действия хоккеиста. Но как понять, какой характер у игрока, какой это человек вне хоккейной коробки?

– Это основной момент при подписании. Звоню по всем доступным каналам и пытаюсь узнать информацию. 

– До вашего назначения на пост спортивного директора трансферами занимался генеральный директор Игорь Ларионов. Как сейчас устроен этот процесс?

– Изначально мы коллегиально с тренерским штабом решаем, нужен ли нам какой-то игрок. После узнаю, во сколько нам обойдется хоккеист. Если игрок и цена нас устраивают, то мы идем к Игорю Викторовичу согласовывать трансфер. 

«У нас такая система игры, что хоккеисты должны творить на льду» 

– «Нефтехимик» стабильно держится в топ-5 Востока и идет на лучший сезон в своей истории. Как лично вы можете объяснить успехи команды?

– Рано говорить про лучший сезон, мы на это не смотрим. Назову основные аспекты: система игры, предложенная тренерским штабом, а также стабильный и конкурентный состав. Все наши игроки выходят единым кулаком и верят в то, что они делают. 

– Что сейчас происходит внутри раздевалки?

– У нас рабочая атмосфера. 

– Семь побед подряд не давили?

– Нет, если есть семь, то можно сделать и десять. Каждая победа придает уверенности, мы просто идем от игры к игре. Думаю, что о рекордных сезонах никто и не думает. Задача у нас всегда одна – выходить и выигрывать. 

– Можно ли сказать, что Гришин развязал руки игрокам?

– Конечно. У нас такая система игры, что хоккеисты должны творить на льду. В большей степени это касается нападения, где всё сводится к тому, кто кого перехитрит, переиграет. При этом в игре без шайбы и в своей зоне – это системность и четкость. Как говорится, кубки выигрывает оборона, поэтому это важнейшее составляющее победы. 

– Есть ли какие-то ограничения для игроков? Например, по еде, занятиям в свободное время. 

– Нет, ничего такого нет. Каждый игрок – профессионал и знает, что ему нужно. Искусственно вводить запреты – это неправильно, ведь достаточно просто подсказать молодым игрокам, например, о вреде фаст-фуда. Взрослые ребята сами себя готовят себя и знают, что им нужно. На базе тоже никто никого не закрывает. Наоборот, ребята сами в день матча приезжают туда и спокойно отдыхают там. Особенно это касается тех игроков, у кого есть маленькие дети, ведь дома можно просто не сомкнуть глаз. 

«Мы по-прежнему бьемся за плей-офф и не смотрим, сколько очков у девятой команды» 

– «Нефтехимик» стабильно держится в пятерке на Востоке. А на что вообще способна команда?

– На многое. Если все будут выполнять установку, играть друг за друга, за клуб, то «Нефтехимик» способен на многое. В команде не должно быть «Я», должны быть только «Мы», включая тренерский штаб, персонал и руководство.

– Только чудо не позволит «Нефтехимику» не попасть в плей-офф. Вы уже подбираете соперника по первому раунду?

– Вообще нет. Мы по-прежнему бьемся за плей-офф и не смотрим, сколько очков у девятой команды в таблице. Нам нет разницы, на кого выходить. Для нас главное забраться как можно выше в таблице. Тот же «Амур» делает всё, чтобы попасть в кубковую восьмерку: их ребятам есть что доказывать. 

– Вратарь Ярослав Озолин выдал сумасшедший прогресс в январе и установил новый рекорд «Нефтехимика» по длительности «сухой» серии. Стало ли для вас это сюрпризом?

– Мы давно знали его уровень игры и продлили с ним контракт на два года. 

– Но вы дали ему двусторонний контракт, подразумевающий отправку в ВХЛ в любой момент. 

– Односторонний контракт нужно заслужить. У нас Сериков и Пастухов, которые выходят в первой паре, играют на двусторонних контрактах. Такие же соглашения – у Хоружева и Точилкина. Пока ты молодой, у тебя должна быть мотивация добиться большего. Зарплаты хоккеистов значительно выше, чем в среднем по стране, – эти деньги с легкостью могут снести крышу. Двусторонний контракт держит игрока в тонусе. 

– Озолину остается добавить в стабильности?

– Согласен. Стабильность – то качество, которое отличает высококлассного хоккеиста. Мы хотим, чтобы у игроков было как можно меньше «горок».

– «Горок» в этом сезоне нет у Андрея Белозёрова, который в списке лучших снайперов сезона занимает второе место. В чем его секрет?

– Всё просто: он берет инициативу на себя. Андрею – 29 лет, идеальный хоккейный возраст, когда многие выходят на пик. Кстати, Белозеров мог бы спокойно иметь и 30 шайб, но в каких-то моментах ему не хватает хладнокровия. У Андрея очень много моментов, поэтому он может забивать еще больше. В этом он и может добавить. 

– Второй бомбардир команды Евгений Митякин сейчас на пике?

– Близок, с каждым годом он прибавляет. При этом всегда есть детали, в которых можно прибавлять еще. Это не потолок его возможностей, и так можно сказать в целом про каждого из ребят.

– Серия Митякина без пропущенных матчей уже перевалила за 300. Он вообще не болеет и не травмируется?

– Ему помогают правильная подготовка, генетика и преданность делу. Но у Евгения тоже бывают травмы: года три назад он выходил на лед со сломанным пальцем на ноге. 

– У Динара Хафизуллина в этом сезоне плохой показатель полезности –17, но он стабильно проходит в состав. Как можно объяснить широкой общественности, почему Динар важен для «Нефтехимика»?

– В большой семье дед главный (улыбается). К Динару не так много вопросов по игре, он выполняет свою работу. Что касается –17, то этот показатель полезности из-за притирки на старте сезона. Динар – опытный защитник, который может поддержать молодежь и подсказать им, как правильно нужно сыграть. Особенно это важно в равных играх с высоким градусом борьбы или на последних минутах. 

«Из «Реактора» мы задействовали троих игроков – на подходе есть еще ребята» 

– Какая главная задача на сезон у фарм-клуба «Нефтехимика» – «Реактора»?

– Подготовка игроков для первой команды. Сделать так, чтобы ребята были максимально готовыми к КХЛ, чтобы переход из молодежного во взрослый хоккей проходил безболезненно. При этом большинству нужна обкатка в ВХЛ, только большие таланты заходят в КХЛ сразу. 

– Есть ли у «Реактора» турнирные задачи?

– Задача – выход в плей-ин. 

– Есть ли положительная динамика по количеству привлеченных игроков из «Реактора» в «Нефтехимик»?

– В этом году да. Мы задействовали Криволапова, Решетникова, Соколова, Муиссу – на подходе есть еще ребята. Притом молодежь привлекается к тренировкам за первую команду, но у нас часто накладываются календари «Реактора» и «Нефтехимика». Когда появляется возможность подключить кого-то из молодых, мы это делаем. 

– Чего не хватает Севастьяну Соколову, чтобы попасть в «Нефтехимик»?

– Ему нужно поиграть с мужичками. Здорово, что он себе выбил место во втором-третьем звене «Ижстали», у него улучшилось игровое время. Мы следим за его прогрессом и не дергаем его в «Нефтехимик». Пусть очков у него не так много, мы довольны его прогрессом. Надеемся, что в этом году он всё же сыграет за «Нефтехимик». 

– Выстреливший в прошлом сезоне Жоэ Кристоф Муиссу играет то в «Реакторе», то в «Ижстали», но не в КХЛ. Прогрессирует ли он?

– Сейчас он лидер молодежки, поэтому не очень хочется дергать его в ВХЛ. В «Ижстали» другие требования, к которым Кристофу нужно перестраиваться. Сева смог их принять, но Муиссу будет непросто. Крис – больше про атаку и юношеский максимализм. Ему нужно мыслить более рационально, и всё у него будет хорошо. 

– «Ижсталь» летом на порядок увеличила бюджет: теперь он составляет 270 млн рублей. Команда, которая все последние годы шла в аутсайдерах ВХЛ теперь занимает место в десятке лиги. Это плюс для «Нефтехимика» или минус?

– Тут нужно рассматривать ситуацию с двух сторон. С одной, возросла конкуренция, нашим ребятам сложнее проходить в состав и получать большие минуты. С другой, тем, кто пробился, легче потом играть в «Нефтехимике». Нужно понимать, что теперь «Ижсталь» не может пачками ставить нашу молодежь, потому что уровень их игроков заметно вырос.