Тренер завоевал 23 чемпионства, но ему мало: «Я в долгу перед Татарстаном – хочется дать международные победы»

Араик Маргарян – о гегемонии «Динамо-Ак Барса» и проблемах хоккея на траве.

Было время когда Казань называли столицей чемпионов. Многие местные клубы с этим статусом уже расстались, но не «Динамо-Ак Барс» из хоккея на траве. С 2010 года команда с устрашающей для соперников стабильностью берёт одно «золото» за другим – 17 чемпионских титулов подряд! А всего уже 23. Это ставит «Динамо-Ак Барс» в один ряд с другими легендарными клубами, которые доминировали в своих видах спорта – волейбольной «Уралочкой», «Водником» из хоккея с мячом, баскетбольным ЦСКА и гандбольными «Чеховскими медведями». «Таких, как вы, ещё нет!» – сказал как-то раис РТ Рустам Минниханов во время чествования хоккеистов на траве.

Бессменный наставник казанской команды Араик Маргарян уже внесён в Книгу рекордов России как тренер с самой длинной чемпионской серией. Но он по-прежнему голоден до побед. В этом году он добился успеха с тремя командами: выиграл Кубок и Суперкубок сс «Динамо-Ак Барсом», международный турнир «Кубок сильнейших» – со сборной РФ и Всероссийскую Спартакиаду – со сборной Татарстана. Правда, под его руководством выступали одни и те же хоккеисты – они же составляют костяк национальной команды, которая в Минске обыграла Беларусь, Узбекистан и российскую молодёжку.

В интервью «БО Спорт» 75-летний специалист рассказал о текущей ситуации в российском хоккее на траве, проблемах с инфраструктурой и тактических обновлениях «Динамо-Ак Барса».

«У меня болит сердце за хоккей на траве»

– Араик Арташович, у вас есть страх, что ваша феноменальная победная серия прервётся?

– Страх поражения как раз и рождает поражение. У меня нет страха, но я очень не люблю проигрывать – и это мотивирует. Я понимаю, что поражение в конкретном матче может быть полезно и указать на слабые места команды. Но мы предпочитаем сами находить эти слабые места благодаря глубокому анализу и устранять их на тренировках.

– Когда побед так много, могут ли они стать рутинными?

– Знаете, всё зависит от человека. Я по своей натуре перфекционист и хочу, что всё было идеально. Всегда можно забить больше или пропустить меньше. Радоваться не только победе, но и тому, с каким качеством игры она добыта. Я требую от своих помощников и игроков, чтобы они всегда работали на максимуме. И если ты получаешь вознаграждение за свою работу в виде золотых медалей, это не может стать рутиной. В текущем чемпионате пока тоже лидируем, потерпев лишь одно поражение от Электростали. За 21 матч пропустили всего 21 мяч – это хороший результат.

– Вам обидно, что хоккей на траве значительно уступает по вниманию другим командным видам спорта?

– Конечно, у меня болит сердце за хоккей на траве. Это олимпийский вид спорта, который у нас несправедливо обделён вниманием. Но вы же понимаете, что перспективы того или иного вида спорта сильно зависят от того, кто его поддерживает. Увы, у российского хоккея на траве на федеральном уровне нет влиятельного покровителя, поэтому нет и серьёзных спонсоров. О появлении новых команд сейчас вообще речи не идёт. Более того, федерации далеко не всегда удаётся сохранить и те центры, которые у нас были. Например, мы потеряли второй дивизион. Ребятам после спортивных школ сейчас некуда переходить – только сразу в суперлигу, а к этому далеко не все готовы.

– В главной лиге тоже всего шесть команд.

– Это очень мало для масштабов нашей страны. Тем клубам, которые есть, сейчас приходиться непросто – взносы на участие у турнирах увеличиваются, расходы на путешествия растут. Благо, в регионах всё-таки есть люди, которые с уважением относятся к хоккею на траве. Но в целом ситуация тревожная – из кого мы будем формировать сборную России, если вид спорта не будет расширяться и развиваться?

– Возможно, другие клубы не слишком активно поддерживают, потому что они максимум вторые-третьи.

– Слушайте, ну мы же не можем поддаваться! Это исключено. Другим нужно развиваться, прибавлять. А мы не имеем права сбавлять обороты, учитывая ту поддержку, которую получаем от руководства Татарстана. Раис республики Рустам Нургалиевич Минниханов после наших успехов обязательно приглашает нас к себе в Кремль, Асгат Ахметович Сафаров уделяет нам большое внимание, Салават Гаврилович Гайсин часто бывает на наших матчах, президент федерации Марат Мансурович Айзатуллин тоже вместе с нами. 

Иногда чувствуем косые взгляды: не всем нравится гегемония «Динамо-Ак Барса» и мой статус главного тренера сборной России, но Казань сейчас лидер в хоккее на траве и было бы странно, если бы национальную команду возглавлял кто-то другой. Чувствую, что в долгу перед Татарстаном. Мне хочется дать республике больше, прославлять её еще и на международной арене. Мы и раньше неплохо выглядели в еврокубках, но не могли полностью себя реализовать по объективным причинам.

«Мечтаем о манеже – он бы изменил статус России в мировом хоккее на траве»

– Из-за отсутствия полноценной подготовки зимой?

– Да, это тот момент, который не позволяет нам, да и всему российскому хоккею на траве выйти на другой уровень. Пока на поле лежит снег, а это чуть ли не полгода, мы вынуждены тренироваться в универсальном зале, который в десять раз меньше, чем поле для хоккея на траве. Разумеется, когда игроки весной оказываются на траве, они просто теряются. Это всё равно что после мини-футбола перейти в большой футбол.

В маленьком зале можно работать над техникой, но при этом за зиму мы теряем столь необходимые нам пространственное мышление и динамические игровые рефлексы. А скорость игры – это скорость мышления. В баскетбольном зале почти нет возможности нарабатывать тактические игровые схемы и скорость командных перемещений. Еще один минус: когда на площадке тесно, игроки постоянно смотрят себе под ноги. На большом поле смотреть, естественно, нужно шире. Увы, в наших погодных условиях на всю зиму мы оказываемся заперты в маленьком зале, который чередуется с работой в тренажерном зале. В такой ситуации нужны либо зарубежные сборы, либо крытый манеж. Мы, конечно, мечтаем о манеже. Он однозначно изменил бы статус России в мировом хоккее на траве.

– Некоторые виды спорта уже вернулись на международную арену. О хоккее на траве такого пока не слышно. Возвращение будет тяжёлым?

– Точно непростым. У нас было не так уж много игровой практики в последние годы. Мы проводили матчи с Китаем, Оманом, Беларусью, молодёжной сборной Пакистана. Но всё равно в основном варились в собственном соку. Многое в спорте определяет психология, уверенность в себе, мотивация. Но основная разница с соперниками у нас в скоростях. Повторюсь, если бы у нас была круглогодичная подготовка, через три года с нами бы уже начали считаться топ-команды, а через пять мы бы уже преподносили сюрпризы. Если готовиться только шесть месяцев, то сокращать отставание от грандов невероятно сложно.

– За время изоляции мы тактически сильно отстали от европейцев?

– Нет, здесь никаких проблем нет. Нам ничего не мешает смотреть Евролигу и турниры национальных сборных. Что мы и делаем. Мои помощники Артур Маргарян и Тимур Тимашков следят за тенденциями. Что-то мы берём себе на вооружение и применяем. Нельзя сказать, что в плане тактики мы стоим на месте. Соответственно, наши соперники потом заимствуют какие-то идеи у нас. Все зависит от того, хватает ли уровня исполнителей, чтобы применять ту или иную тактическую схему. Ежедневное улучшение своих навыков – это то, что я требую от игроков. Желание в следующем матче сыграть лучше, чем в прошедшем – это ключ к успеху. Выкладывайся на тренировках на 100 процентов, в играх – ещё чуть больше и всё будет в порядке.

«Детей сразу учат побеждать, а нужно учить технике»

– При такой слабой медийности у хоккея на траве вообще есть подпитка? Молодые ребята идут?

– Идут, но не так много и не такого качества как хотелось. Опять будут говорить, что Маргарян жалуется. Но я просто хочу, чтобы всё было правильно и грамотно. Проблема в том, что в наших детско-юношеских школах игроков с малых лет учат побеждать – заставляют работать на результат. Потому что от результатов зависит коэффициент зарплаты тренера. В итоге они хорошо бегут, но с техникой большие проблемы – ей уделяют меньше времени, чем нужно.

– Потом приходиться переучивать?

– Да, а пока это происходит, они выпадают из тренировочного процесса. Я так понимаю эта проблема есть не только в хоккее на траве, но и в других видах спорта. И на самом деле она очень серьёзная. Тем не менее, хорошие ребята появляются. Например, сейчас с нами работает 17-летний Егор Филимонов. Местный парень, очень перспективный парень, светлая голова. Родители большие молодцы, много хорошего в него вложили.

– Что для вас важнее при выборе игрока: талант, игровое мышление или характер?

– Для меня очень важно трудолюбие. Если игрок трудолюбив и выполняет все требования, он добьётся большего, чем талантливый хоккеист, который тренируется спустя рукава. У нас, кстати, был один такой парень. Когда его взял, думал, что станет большой звездой. Поначалу всё было хорошо, но потом проявились худшие качества – лень, гонор. У нас есть правило: каждый лишний килограмм – минус из зарплаты. Он однажды привёз 6 лишних килограмм. Такое ощущение, что зазвездился и в итоге просто стал бациллой, которая заражает всю команду. Пришлось расстаться. Я уважаю игроков, переживаю за них, но в ответ требую такого же уважения. Здесь его не было ни к тренеру, ни к команде.

– Вы из тренеров старой закалки, которых можно назвать диктаторами?

– Если кто-то от меня уходит или я кого-то наказываю, я больше переживаю, чем сами игроки. Я мучаюсь в такие моменты, но любому руководителю приходится принимать сложные решения. Своим помощникам я тоже позволяю развиваться, предлагать решения по тренировочному процессу, тактике. Окончательное решение, понятно, за мной. Когда я общаюсь с командой, то да – хочу, чтобы игроки внимательно слушали, смотрели мне в глаза и выполняли установки. Диктатор я или нет пусть определяют другие. Я считаю, что я жёсткий, но справедливый тренер.

Реклама. АНО КХТ «Динамо-Казань»