комментарии 1 в закладки

«Ни на кого никогда обид не держу». Пайгин – об уходе из «Ак Барса», татарском языке и Макдэвиде

Интервью с воспитанником казанского хоккея.

Зията Пайгина в Казани больше помнят, как молодого и перспективного защитника. Хоккеист дважды пытался пробиться в состав «Ак Барса», ездил в скрытые аренды, но всё это завершалось одним: в казанской команде игрок никак не мог закрепиться. Тогда ещё главный тренер клуба Зинэтула Билялетдинов давал Пайгину не так много времени – Зияту же нужно было развиваться.

Вместо очередной попытки завоевать доверие в столице Татарстана, Пайгин выбрал иной путь развития карьеры. Зият прошёл через середняков КХЛ и дорос до топ-клуба лиги. В середине октября Пайгина обменяли в «Авангард» – с того момента он забросил три шайбы за новую команду. Кстати, одна влетела в ворота казанской команды в прошлую субботу – своеобразный «привет» бывшему клубу. Также вместе с «Авангардом» Пайгин приезжал в Казань в середине месяца. В матче в «Татнефть Арене» Зият очков не набрал, однако его команда победила (4:3).  

В интервью «БИЗНЕС Online» хоккеист вспомнил о времени в столице Татарстана, рассказал об отъездах в США и Швецию, а также поведал о знаниях татарского языка.

Зият Пайгин / фото: Сергей Елагин, БИЗНЕС Online

«С Якуповым и Шарипзяновым общаемся по-русски» 

– Зият, в этом сезон вам уже довелось играть в Казани. Чувствуете ли в городе что-то тёплое и родное?

– В Казань всегда приятно вернуться. Здесь я много лет прожил, долго играл и многое приобрёл. 

– Можете назвать Казань второй родиной?

– Скорее нет, чем да. Не могу назвать Казань вторым домом: в первую очередь родина – это место, где мои родные. Да и посмотрите на все места, в которых я был и играл – их очень много. Поэтому и не скажешь, что Казань стала второй родиной. Однако Казань – это фундаментальное место для меня. Другими словами, город, который дал мне многое. Но опять же повторюсь, что родина для меня там, где мои родные. Если бы они были в Казани, то мог бы её такой назвать.

– Есть ли в Казани люди, которые всегда здесь вас ждут?

– Наверное, сейчас тяжело об этом сказать. Есть ребята, с которыми играл в Казани, и они ещё в городе – с ними общаюсь. А так, чтобы конкретно кто-то, думаю, что нет. Может, кто-то из болельщиков и сейчас поддерживает персонально. 

– Из нынешнего состава «Ак Барса» с кем-то остались тёплые отношения?

– Наверное, нет. Чтобы так близко общаться – наверное, ни с кем. Тут всё упирается в один фактор – частую смену составов. Например, есть ребята из молодёжной сборной России, с которыми поддерживаю общение. Например, Дима Юдин. Он в 2015-м играл за СКА, а сейчас ситуация изменилась – он вот в «Ак Барсе». Сам вижу, что с каждым годом переходов всё больше, даже чехарда какая-то: один туда, другой сюда. 

Зият Пайгин (слева) и Дмитрий Юдин / фото: Сергей Елагин, БИЗНЕС Online

– Часто бываете в Казани просто так? Или только приезжаете на матчи?

– Только на матчах. Не помню, чтобы взял и приехал. Но у меня здесь друг живёт, может, только к нему. 

– Когда не бываете в Казани, скучаете по татарской еде?

– В принципе я из Пензенской области, у меня отец татарин. Поэтому в татарской еде нет каких-то ограничений, она всегда на столе. 

– Сами по-татарски разговариваете?

– Да, могу поговорить и в основном информацию понимаю. Однако сейчас мало опыта в общении и не так много практики. Постепенно уходит всё это. Но, если попрактиковаться пару дней, то вспомнишь язык.

– А с Наилем Якуповым или Дамиром Шарипзяновым не общаетесь по-татарски?

– Нет, такого нет. Почти всё общение по-русски – только с иностранцами по-английски. 

«Ак Барс» – команда мастеровитая, по фамилиям вообще там…» 

– В этом сезоне в КХЛ 68 матчей. Остаётся ли время на что-то, кроме хоккея?

– Провожу время с семьёй: супруга, ребёнок, родители приезжают. Стараюсь уделять как можно больше времени им. Но сейчас у нас не такой обширный график для выходных: тренируемся, спим – поэтому здесь и не расслабишься. Например, сразу после матча с «Салаватом» (встреча завершилась в 19:30 мск – ред.) полетели в Казань. Ребята на следующий день отдыхали до обеда, может, кто-то вышел прогуляться. 

– На чём сейчас акцентируете подготовку к матчам? 

– Стараемся добавлять с каждой встречей. Нам ведь всегда нужно играть всё лучше и лучше. Но всегда есть свои шероховатости, моменты: где-то больше получается, где-то – меньше. 

– А персонально не разбираете? Например, как играть против Радулова.

– У нас всегда есть определенные схемы, как играют те или иные соперники. Но не для никого не секрет, что все друг друга разбирают: анализируют меньшинство и большинство, смотрят на игру в равных составах.

Фото: пресс-служба «Авангарда»

– Не раз в этом сезоне высказывалось мнение, что на «Ак Барс», ввиду их звёздного состава, настраиваются вдвойне… 

– Вполне возможно. Команда мастеровитая, по фамилиям вообще там… Поэтому все будут настраиваться, выходить и показывать свою игру. 

– Для вас матч против «Ак Барса» можно считать принципиальным?

– Для меня все игры принципиальные. В каждом матче я должен выходить и показывать, на что я способен. Всегда же необходимо помогать команде, и неважно против кого матч: «Ак Барса», «Адмирала» или другого клуба. Каждая команда достойна уважения и на неё нужно настраиваться. 

– Если говорить об «Ак Барсе», то во время матча как-то сказывается тот фактор, что против тебя играют звёзды? Или в этом плане все равны?

– Считаю, что все равны. Безусловно, нужно отдавать сопернику уважение, но не переборщить с этим. Излишние уважение – это проигрыш до игры. А сейчас в КХЛ очень много молодёжи, лига сильно омолодилась. Все выходят, бьются – фамилии вряд ли кого-то напугают. Притом у нас в КХЛ есть много титулованных игроков. Но все стараются в каждом матче.

«Кравец хочет от меня надёжной игры в обороне» 

– Безусловно, «Авангард» и «Ак Барс» – две команды, которые традиционно нацелены на Кубок Гагарина. Но сейчас оба клуба идут не в лидерах. Как думаете, есть ли что-то в чём ситуации «Авангарда» и «Ак Барса» схожи?

– Наверное, сложно так сказать – всякое бывает. Когда у команды есть определённая история и много титулов – и неважно первых мест, вторых или третьих – все будут ожидать сильного выступления. Из года в год эти клубы показывают лучший свой хоккей, вот и болельщики привыкают к высоким результатам. 

Думаю, что нет смысла искать какие-то общие моменты между «Ак Барсом» и «Авангардом» – всё решает игра. Сегодня ты победил – молодец. Завтра может будет поражение: придётся заново карабкаться на гору. 

Но сейчас ситуация в КХЛ несколько иная: команды, которые раньше были где-то внизу, поднялись за счёт введения потолка зарплат. Да и в целом уровень лиги поднялся и каждый может конкурировать с каждым. В очном матче между первой и условно восьмой командами лиги могут победить обе. В этом и весь интерес.

Фото: пресс-служба «Авангарда»

– «Авангарду» после тяжёлого старта хорошо даются последние матчи. Можете рассказать об атмосфере в команде?

– Атмосфера хорошая, стараемся держать позитив. Весь негатив стараемся убрать. Это тоже даёт результат, когда в команде царит гармония. Мы работаем над этим.

– Но, когда переходили из «Торпедо» в «Авангард», наверное, атмосфера была немного другой. Тогда команда шла вне зоны плей-офф...

– Вы же сами в начале интервью сказали о 68-ми играх. Условно в первые 10 матчей кто-то медленно входит, у кого-то тяжёлая предсезонка. Мы не знаем, кто и как готовился: все уделяют внимание командной работе, но и каждый готовится индивидуально. Это всё нужно скомпоновать и взять только плюсы.

– Какой вашу роль на льду видит Михаил Кравец?

– В первую очередь, Михаил Григорьевич хочет от меня надёжной игры в обороне. Но можно меня использовать как в защите, так и в нападении. Но здесь всё просто: что скажет тренерский штаб, то я и буду делать. А то, что мы, игроки, видим – это уже второстепенно. Самое главное, как видит тренер: он развивает в тебе те качества, которые важны как для тебя, так и для команды.  

– Сейчас довольны той формой, в которой находитесь?

– Всегда можно быть на лучшем уровне, чем ты находишься сейчас. Есть куда стремиться. 

– Тогда над чем хотели бы ещё поработать?

– В принципе, сейчас много работаем вообще. Думаю, можно было бы улучшить скорость и катание. 

«С Ларионовым никаких отношений не сложилось»

– В «Авангард» вы перешли по ходу сезона из «Торпедо». Уход из нижегородского клуба – это ваша инициатива?

– Когда в начале сезона я понял, что играть не буду, я позвонил в клуб и попросил обмен. «Торпедо» около месяца договаривалось с другими командами. Как протекал этот процесс, я не знаю. Сам в это время тренировался и работал – одним словом, понимал: будет обмен – нужно быть в хорошей форме. 

Фото: Сергей Елагин, БИЗНЕС Online

– Чем не подошли Ларионову?

– Это нужно узнать у него. Тренерский штаб назначает и говорит, что и как. Если игрок не подходит, то от него мало, что зависит. Со мной никто не говорил, не обсуждал этот вопрос, поэтому сложно об этом сказать. Невозможно залезть человеку в голову и узнать, что там внутри.

– Несмотря на ранний обмен, успели ли сложиться какие-то отношения с Ларионовым?

– Нет, никаких.

– Тот фактор, что ты тренируешься под руководством легенды отечественного хоккея, несёт какую-то особую роль? 

– Тренер он и есть тренер. Да, имя громкое: Ларионов здорово провёл карьеру хоккеиста. А на тренерском помосте – пока не знаю, поймём после нескольких сезонов. Всё-таки нас, хоккеистов, судят не по регулярке, а по тому, что мы завоюем в конце.

– Не осталось ли каких-то обид на «Торпедо»?

– Нет, никаких обид нет. Я провёл прекрасные два сезона в Нижнем Новгороде, где выступал под руководством Дэвида Немировски. Мне всё нравилось, у нас была отличная команда. Да, что-то не получалось, но игроки росли – это самое главное. В первую очередь, прогресс шёл изнутри. К тому же коллектив был потрясающим: мы могли выиграть у сильного соперника. В общем-то, были хорошим середняком и два года этого хоккея помогли мне войти снова в привычный ритм. Так я почувствовал, что могу играть и что должен это делать.

– В «Торпедо» вы получили капитанскую нашивку. Как изменилась ваша роль после этого?

– Меняется всё. Сразу больше ответственности: ты забываешь о своих личных показателях и стараешься для команды. Это основное. Но получилось, что предыдущего капитана обменяли. Кстати, не знаю, почему капитанскую нашивку дали мне. Может, потому что я был ассистентом. 

– Как восприняли новый статус в команде?

– В целом, нормально. Сначала было непривычно, но потом потихонечку стал осознавать это. Был процесс становления – это всё нужно пройти, притом не один месяц. Всё равно это ментально меняет тебя.

– Капитан в разных ситуациях может и, наверное, должен накричать на партнёра. Как-то изменился в этом плане?

– Я не сторонник этого. Что-то пихать, что-то громко высказывать – это не про меня. Для всех этих наставлений у нас есть тренер, а один игрок точно не для этого. Конечно, можно подсказать, но это не должно быть постоянным. Так ты не будешь расти как личность и не будет никакого развития в общем. Возьмём обычного человека. Если его начальник всегда будет пихать при всех, то это не очень нормально. Лучше отойти и спокойно поговорить. Всегда стараться решить ситуацию в умеренных и тихих тонах. Так уважения будет ещё больше.

Фото: Сергей Елагин, БИЗНЕС Online

– Безусловно, капитан – проводник между командой и арбитрами. Никогда не было проблем в общении с судьями?

– Нет, никогда. Считаю, что у нас прекрасный судейский состав. Да, бывают какие-то моменты, но все мы люди, все мы ошибаемся. Никогда проблем не было, никогда не разговаривал, никогда не подходил, ничего не доказывал. На то они и судьи, чтобы принимать решения. А мы, игроки, уже на то согласны или не согласны – это второй вопрос. Бывает, что во время матча ты не согласен, но после игры пересматриваешь момент и понимаешь, что ошибся. 

«И сейчас общаемся с Ринатом Валиевым» 

 – На данный момент какой этап карьеры назовёте наиболее успешным?

– Наверное, тот, что был в «Торпедо». Хотя, можно выбрать и период в «Сочи» – там я здорово сыграл. 

– В «Сочи» вы набрали 27 очков за сезон, поехали на Матч всех звёзд и попали в сборную. За счёт чего выдавали такой результат?

– Думаю, что за счёт доверия со стороны тренерского штаба. Была помощь со стороны ребят. Все всегда помогали, даже, если ошибаешься. Отмечу, что та команда была довольно возрастной, а я ещё был молод. Часто же такое случается в хоккее, что молодой парень приходит в команду мастеров, рвётся, борется. Тогда всё получается вдвойне. 

– Что помешало тот уровень удержать? Или невозможно всегда так играть?

– Почему же невозможно? Вполне реально выдавать такой же уровень. Но всегда случаются в жизни какие-то обстоятельства. Год я отыграл в «Сочи», затем вернулся в Казань – там уже другая команда, выше уровень и следовательно меньше моего игрового времени. Меняется индивидуальный подход: тебя видят по-другому, твоя роль отходит от прежней. Всегда же есть функции, которые ты выполняешь при одном тренере, но совсем другие делаешь при другом. 

– Вспоминаете времена, когда выступали за молодёжную сборную России на МЧМ-2015?

–Да, конечно. Часто с ребятами с того состава пересекаемся, вспоминаем это золотое время. Несмотря на то, что турнир короткий, он очень насыщенный. Это запоминается на всю жизнь, и каждый из того состава будет вспоминать его и на старости лет. Из ребят, кто играл в той команде, сейчас нет того, кто бы не выступал на высоком уровне. Когда такой состав, такой подбор игроков – это круто. 

– Общались ли с другим воспитанником «Ак Барса» и партнёром по МЧМ-2015 Ринатом Валиевым?

– Да, мы с ним много вместе играли. Ринат – хороший парень. Он вместе с «Адмиралом» приезжал в Омск, после игры перекинулись парой фраз. С того же состава играем вместе с Саней Дергачёвым, Вовой Брюквиным, Серёгой Толчинским. 

Ринат Валиев / фото: пресс-служба «Ак Барса»

«При уходе из «Ак Барса» был разговор с Билялетдиновым»

– У вас большое казанское прошлое: прошли всю систему «Ак Барса» и дебютировали за основной клуб. Как относитесь к казанскому этапу карьеры? Всё-таки, наверное, хотели добиться большего...

– Безусловно, мы всегда хотим добиться большего, чем есть, но имеем то, что имеем. А мой этап карьеры здесь фундаментальный. Я же здесь с 10 лет, затем уехал в Пензу, потом сформировали «Ирбис» и я вернулся в Казань. 

Опять же благодарен тренерскому штабу – они видели во мне потенциал. Это Сергей Григорьевич Лопушанский, Артём Вячеславович Анисимов – видились с ним, когда был в Казани, – Елфимов Всеволод Александрович и Шахворостов Александр Викторович. 

– Когда вас обменяли в 2015-м году в «Сочи», то не обиделись на «Ак Барс»?

– Нет. Был разговор с Зинэтулой Хайдяровичем Билялетдиновым. То есть это нормальное, совместно принятое решение. Ни на кого никогда обид я не держу. Даже, если был плохой опыт, то это опыт. Я для себя только вынес положительные моменты. 

– История, как известно, не терпит сослагательного наклонения, но на фоне того потрясающего сезона, останьтесь вы в «Сочи», и всё могло бы быть по-другому.

– Как знать – всё могло быть. Кто знает, вдруг ещё бы более сильный сезон бы провёл. А вдруг более плохой – никто не знает. Опять же факторов много. Могу только сравнить, что когда ты играешь в первой бригаде большинства, то очков и времени на льду у тебя будет больше. Когда ты играешь только меньшинство и в равных составах, – это совсем другой хоккей. Даже вторая бригада большинства получает не так много возможностей, как первая. Но всегда всем хочется выходить на лёд и проводить на нём как можно больше времени. 

Фото: Сергей Елагин, БИЗНЕС Online

– По возвращении в «Ак Барс» тяжело было удержать тот уровень?

– У меня тогда травма была. После неё восстанавливался, играл за «Барс». Тренерскому штабу нужны готовые игроки, поэтому тебя нужно подготовить, ввести в сезон. Не должно быть с бухты-барахты. Тренерам же тоже нужен результат, его постоянно спрашивает руководство клуба. В таких случаях у них больше ответственности и системности, но меньше авантюризма. 

Да и, если честно, уровни команд были разными. Если сравнивать те «Ак Барс» и «Сочи», то, имея большое уважение ко второму клубу, разница между ними была приличной. 

«В «Эдмонтон» уезжал с мыслями попробовать» 

– В том же сезоне вы уехали в «Эдмонтон». Был ли разговор с Билялетдиновым или Шавалеевым? 

– Нет, никаких. Только с агентом. Там ведь плей-офф закончился и я уехал в США. Но там же не надолго: пять матчей сыграл. 

– С каким целями уезжали в «Эдмонтон»?

– Попробовать. Такой шанс бывает единожды. Я сторонник того, что в любом случае нужно пробовать. Можно было не ехать, но потом всю жизнь себя корить. Я выбрал такой путь и не жалею о нём. 

– Успели ли потренироваться с Коннором Макдэвидом и Леоном Драйзайтлем?

– Да, конечно. Но, чтобы прям поговорить и пообщаться, такого не было. Мы же находились в большом лагере, сразу три команды. А так Коннор и Леон – хорошие ребята, ничего плохого о них сказать не могу. А так они прекрасные мастера и звёзды НХЛ.

Леон Драйзайтль (слева) и Коннор Макдэвид: фото: Devin Manky/Icon Sportswire, globallookpress.com

– Как защищаться против столь быстрых и техничных игроков, как эта пара?

– Думаю, за счёт выбора позиции. Они быстрые и прекрасно технически оснащены, поэтому могут создать момент из ничего. Опять же, если смотреть обзоры НХЛ, то они могут забросить по четыре-пять шайб за игру. В других встречах у них по ноль очков. Вот на эти самые игры нужно смотреть и анализировать их. 

– Каково было в первые недели в США? Всё-таки новый язык, новый менталитет..

– Да, всё немного другое, всё новое. Ты осваиваешься, привыкаешь. Но это не впервой: когда меняешь команду в КХЛ, то сначала приходится осваиваться, потихонечку узнавать город, места. Всё то же самое и в США, только ещё язык нужно знать. Зато этот опыт многое дал в общении с иностранцами уже в России. 

«В Швеции в раздевалках стояли контейнеры для раздельного сбора мусора»

– Также этой зимой вы уезжали в шведский клуб «Тимро». Быстро согласились на предложение?

– У нас же тогда прервали сезон из-за Олимпиады. Сразу после неё – плей-офф. Выходит, что сезон для нас закончился в начале февраля. Руководство «Торпедо» само говорило, что если есть возможность, то уезжайте, так получите игровое время. А решилось всё быстро: за неделю клубы договорились и я уехал в Швецию. 

– Швеция – одна из самых дорогих стран Европы. Не ощутили на это своём кошельке?

– Нет, там так вышло, что мне предоставили квартиру и машину. Питаешься сам, но затем заблокировали банковские карты и я не мог платить сам за себя. Но в команде мне дали свою карту, сказали, чтобы я тратил и использовал её, как мне это нужно. Я не шиковал, просто тратил на всё необходимое: бензин и еда.

– Успели ли куда-то сходить в Швеции?

– Нет, никуда. У Швеции протяжённость с севера на юг 2000 километров. А моя команда только вышла из второго дивизиона в первый – денег летать на самолётах было не так много. Мы ездили на комфортабельном автобусе; иногда поездки занимали по семь-восемь часов. 

Также мы жили в городке Сундсвалль, были когда один-два дня без матчей. Куда-то всё равно успевал съездить, но только в местных окрестностях. Однако Швеция – это другая страна и другой менталитет. Ты на это всё смотришь, сам всё видишь, это не просмотр новостей, где ты не знаешь, правду тебе рассказали или нет. 

Фото: Jeanette DahlstrÖM/Keystone Press Agency, globallookpress.com

– В Сундсвалле холоднее, чем в Нижнем Новгороде?

– Наверное, сравнивать города тяжело из-за уровня экологии в двух странах. Степень загрязнения Швеции гораздо ниже, чем России. Соответственно, у них другой климат. Например, в минус 25 градусов можно надеть кофту и лёгкую куртку. И тебе не будет холодно. В России же ситуация другая. У нас только начинают бороться с экологическими проблемами, но уровень между двумя странами остаётся разным. Швеция переработала весь мусор в своей стране, притом на этом они заработали много денег. Даже в раздевалках у них стоят отдельные контейнеры для железа, для пластика и другого. Мы в России к этому постепенно приходим. Думаю, в скором будущем это тоже будет. 

– О Грете Тунберг в команде не говорили?

– Нет, не было разговоров. 

– Есть стереотип, что шведы необщительные люди, предпочитающие сидеть дома. Так ли это?

– Это не так. В Швеции нет никакой доставки еды. Они развозят только пиццу. Люди по вечерам выходят поесть в ресторан или в кафе, иногда готовят дома и зовут к себе гостей. У них постоянно происходит общение, они вспоминают старые-добрые времена. Мы в доставке шагнули вперёд – это же удобно. Но в то же время мы ушли от общения.

– Успели ли попробовать шведскую еду?

– Да, там это всё есть и это очень вкусно. Притом там всё по ГОСТу, даже мясо. Да, оно дорогое, но натуральное. Всё это проверяют, за этим следят. 

– Когда завершите карьеру, хотели бы уехать жить в Швецию?

– Сложно сказать. Там, где моя семья, там я и буду жить. Поэтому, как будет лучше для них, как для нас это будет удобнее, так и решим. Никогда не знаешь, что будет в дальнейшем. А то сейчас скажу: «Да, конечно, уеду жить в Швецию». А в итоге останусь жить в России. Потом поднимут это интервью и скажут: «Родной, так ты же говорил вот так». 

– Но в целом-то страна понравилась?

– Конечно. Люди там прекрасные. Не знаю, как в других странах, но то, что видел я, это круто. Когда я не мог улететь обратно из-за блокировки карт – а наличными в Швеции почти не пользуются, – то работник аэропорта предложил оплатить билет за меня. Я ему дал наличные, а он купил мне билет.  

ДОСЬЕ «БО Спорт» 
Зият ПАЙГИН
Амплуа: защитник
Дата рождения: 8 февраля 1995 года
Место рождения: Пенза (Россия)
Карьера: «Дизель» Пенза – 2004–2008; «Ак Барс» – 2008–2011; «Ирбис» – 2011–2013; «Барс» – 2013–2015; «Ак Барс» – 2014–2016; «Сочи» – 2015/16; «Ак Барс» – 2016/17; «Бейкерсфилд Кондорс» – 2017; «Локомотив» – 2017/18; «Лада» – 2018; «Сочи» – 2018/19; «Нефтехимик» – 2019/20; «Торпедо» – 2020–2022; «Тимро» – 2022; «Авангард» – 2022— н.в.
Достижения: серебряный призер молодежного чемпионата мира (2015)

Тимур Хуснутдинов
Нашли ошибку в тексте? Выделите ее и нажмите Ctrl + Enter
версия для печати
Оценка текста
+
14
-
читайте также
наверх