«Это запрещенный удар». Алексей Шевченко – о своем конфликте с КХЛ

Кто лишил аккредитации ведущего хоккейного журналиста?

В российском хоккее разгорелся медиа-скандал: КХЛ не выдала сезонную аккредитацию одному из самых известных и цитируемых журналистов Алексею Шевченко. О том, что вообще происходит, «БИЗНЕС Online» поговорил с Шевченко.

Он рассказал о давних противоречиях с КХЛ, предположил, кто стоит за этим решением, и назвал свои дальнейшие планы.

Как «отменили» Шевченко?

16 августа завершился прием заявок от журналистов на сезон КХЛ 2026/27. И в этот же день стало известно, что в список аккредитованных не попал Алексей Шевченко – пожалуй, главный хоккейный обозреватель в последние 10 лет.

Лишение аккредитации означает, что он не может посещать любые мероприятия лиги, а на матчи может пройти только по разовому проходу (который ему не гарантирован).

Через день Шевченко исключили из программы «Это хоккей, брат!». Как написал Алексей, сделано это было после обращения лиги к букмекеру «Фонбет» – спонсору КХЛ и владельцу передачи.

А затем выяснилось, что ситуация коснулась не только Шевченко. Бейджей на новый сезон не получили журналист Дарья Тубольцева, журналист «Спорт-экспресса», автор рубрики «Разговор по пятницам» Юрий Голышак, а также экс-генменеджер «Салавата Юлаева» и «Автомобилиста» Леонид Вайсфельд.

Наше издание направило запрос в КХЛ по ситуации с Шевченко. Ответ был таким: «Лига в своей деятельности руководствуется законодательством Российской Федерации, а также размещенными в открытом доступе Регламентом КХЛ и Положением об аккредитации КХЛ. Решение об аккредитации принимается на основании соответствия критериям, изложенным в разделах 2 и 3 Положения об аккредитации КХЛ. Причиной отказа в выдаче аккредитации послужили нарушения требований Положения об аккредитации КХЛ, в том числе 3.5.11, 3.5.12 и 3.5.14».

Расшифроку указанных пунктов можно найти здесь. Ниже – слова Алексея.

Шевченко год пытался узнать позицию КХЛ. С ним не встречались. А конфликт стартовал с пресс-конференции Морозова

– Алексей, как вы узнали о решении КХЛ?

– Неделю назад пришло автоматическое письмо на почту, что в выдаче аккредитации мне отказано. Якобы я не соответствую регламенту. Я специально прочитал регламент: там нет ни одного пункта, под который я бы не подходил!

Оставалась надежда, что ситуация как-то разрешится, но в понедельник закрылась подача заявок. 

– Вы предсказывали такое развитие событий?

– Да. Нечто подобное напрашивалось ещё с прошлого сезона. Дело было так: в Москве проходила пресс-конференция с президентом КХЛ Алексеем Морозовым перед сезоном. 

Это была очень слабая пресс-конференция. Тогда все обсуждали, что Никишин и Грицюк переподписали контракты с понижением зарплаты. Мы-то знали всю правду. А Морозов просто зачитал те же тезисы от клубов, которые написали некоторые издания до этого. Мол, хоккеисты пошли на это сознательно. Поверьте мне: ни один хоккеист на свете не пойдёт сам на понижение зарплаты.

Я задал вопрос Морозову и не получил нормальный ответ. Затем задал вопрос вице-президенту КХЛ Сергею Доброхвалову: «Когда КХЛ начнёт признавать контракты хоккеистов?» Он ответил: «Когда захотим, тогда и будем!»

Вы же читаете мой телеграм-канал, я всегда публикую там самые интересные ответы с пресс-конференции. Вот и в этот раз опубликовал ответ Доброхвалова.

– Ваш пост: «Сергей Доброхвалов из КХЛ сказал так: «Когда лига посчитает нужным сделать контракты незыблемыми, то тогда и сделает». А пока им удобно быть шарашкиной конторой в этом смысле». Не считаете, что на ваши отношения с КХЛ повлияла  тональность этого и других заявлений? «Шарашкина контора» – звучит очень грубо.

– Я могу быть прямым, жестким, но никого не оскорбляю. Так я быстрее довожу информацию до людей. Мой стиль кому-то может не нравиться, но этой мой стиль.

– Что случилось после вашего поста с Доброхваловым?

– КХЛ разозлилась. Меня исключили из рассылки КХЛ, так что я перестал получать информацию о пресс-конференциях, заседаниях совета директоров, других мероприятиях лиги.

– Но аккредитацию вам дали?

– Тогда – да. Просто это случилось раньше, чем пресс-конференция. Но я понимал, что на новый сезон аккредитации могу уже не получить. В течение года коллективы «Спорт-экспресса» и «Это хоккей, брат!» пытались общаться на эту тему с КХЛ, организовать встречу, но ничего не случилось.

У меня были разные периоды в отношениях с КХЛ – плохие, ужасные. Но каждый раз лига шла на контакт. Мы встречались, разговаривали, мне объясняли, почему я не прав. С чем-то я соглашался, с чем-то нет. Был диалог и с администрацией Медведева, и с администрацией Чернышенко.

– А сейчас лига вам что-то объясняла? Может быть, неформально.

– Нет. Никаких контактов. До меня доносятся только слухи. Пока у меня две версии.

1. КХЛ не нравится, что я оскорбляю их совет директоров. У них позиция такая: есть журналисты, кто критикуют лигу, но делают это корректно – и якобы я не вхожу в эту категорию. С этим я не согласен. 

2. Ещё кому-то не понравилось, что я публиковал картинку в телеграм-канале, сколько человек убежало из КХЛ. Тогда было 13, сейчас их больше 30-ти. Тут уж без комментариев. Я-то тут при чём? Не я же уезжаю, а хоккеисты.

– Лига ответила на наш запрос по вашей ситуации и сослалась на три пункта из своего положения об аккредитации. Что думаете?

– У КХЛ очень удобное положение об аккредитации. 

Пункт 3.5.11 – кто решает, что слух, а что нет? Пресс-служба КХЛ?

Пункт 3.5.12 – аналогичный вопрос.

Пункт 3.5.14 – тогда можно запрещать любой инсайд.

При желании под каждый из трёх пунктов может попасть любой неугодный материал. Это только убеждает меня, что лига занимается цензурой.

– Вы знаете, кто конкретно в лиге стоит за этим решением?

– Я не думаю, что это инициатива главы медиадепартамента КХЛ Евгении Бочарниковой. В этом случае она просто исполнитель.

Мне все говорят про коммерческого директора КХЛ Павла Астахова. Раньше он работал в «Авангарде». Я несколько раз видел его в микст-зоне, когда он ждал своего друга Сергея Широкова. Мы здоровались, но никогда не обсуждали эту тему.

Опять же, повторюсь, что КХЛ на протяжении года могла со мной встретиться и что-то объяснить. Я же не сумасшедший. Понимаю, что у них есть свои аргументы. Я пошёл бы на контакт. Но с их стороны ничего не было.

Умолять вернуть мне аккредитацию я точно не буду. Но встретиться и выслушать позицию лиги по-прежнему готов.

Клубы готовы помочь Шевченко. Но Шевченко боится, что лига «будет вставлять палки в колеса»

– Это может быть какой-то технический момент? Например, вдруг вы не посетили достаточное количество матчей в прошлом сезоне.

– Я вижу обсуждения в телеграме на тему посещения мной матчей. Да, в Москве я посещаю далеко не каждый матч. Почти не хожу в микст-зоны.

Но я постоянно хожу на раскатки в Москве: для меня это лучшая возможность пообщаться с хоккеистами, менеджерами, заснять видео. Также я ездил за свой счёт в Омск. Хотел посмотреть на новый стадион. Отказался от предложения «Авангарда» найти мне отель по заниженной цене. Ездил в Нижнекамск, Тольятти, Санкт-Петербург.

Так что говорить, что я не хожу на хоккей, – ребята, это слишком. Просто я вынужден подстраиваться под свой напряженный график: ежедневные обзоры в формате видео и текста, эфиры на «Это хоккей, брат!», «Спорт-экспрессе» и своем канале.

Что до технических моментов, не думаю, что это сыграло какую-то роль.

– То есть КХЛ именно не понравилось, что вы её критикуете? 

– Очевидно. КХЛ возомнила себя суперуспешной организацией, которую нельзя критиковать. Кстати, лига никогда не обращает внимания, когда я её хвалю.

А я её хвалю! Самая по себе идея с потолком зарплат – она же шикарная. Да, есть очевидные проблемы, на которые они закрывают глаза, но в целом это успех. Сам чемпионат у нас тоже интересный.

Но критические высказывания запомнились им больше.

Лишать меня права посещать заседание совета директоров – это ладно. Но лишать меня права на посещение матчей – это немного не епархия КХЛ. Это дело клубов. Лично моё мнение. Матчи проводят клубы под эгидой КХЛ. Без клубов лиги вообще бы не было.

– Клубы вас поддерживают?

– Ряд клубов, по большей части региональные, написали слова поддержки. Мне готовы помочь с проходами на раскатки и получением разовых аккредитаций на матчи. Но, боюсь, что как только я начну пользоваться этим правом – лига будет вставлять палки в колеса.

– Вы всё ещё можете ходить на матчи по разовым аккредитациям, верно?

– Верно. Но заявку надо подать за 24 часа до игры. Часто бывает, что я не могу планировать на день вперёд. Могу решить пойти на игру за два часа до матча.

«Я работаю не для КХЛ – я работаю для болельщиков». Как Шевченко будет работать дальше?

– Кроме вас, аккредитации также не получили Юрий Голышак, Дарья Тубольцева, Леонид Вайсфельд. Вы с ними связывались?

– С Вайсфельдом самый интересный случай. Он работает на КХЛ ТВ, делает передачи «Судейская», «Трансферная», а аккредитацию всё равно не получил. Ему сказали, что он не ходит на все матчи.

У него всё ещё остаётся вип-проход на матчи, но для чего ему нужна была журналистская аккредитация: он садился в ложу прессы, потому что оттуда лучше обзор на лёд.

И, кстати, о местах для журналистов. На московских матчах они либо пустые, либо там сидят всякие девочки-мальчики из тиктока. Снимают свои рилсы. Я с уважением отношусь к блогерам, но ладно бы нам отказывали в аккредитации при аншлаге на каждом матче.

Голышак написал, что обратился к Бочарниковой. Она ответила, что не занимается аккредитацией. А чем он тогда занимается?

Тубольцева, по мнению лиги, не соответствует критериям блогера. Но если вы посмотрите, она всему соответствует: у неё есть эксклюзив, нужное количество подписчиков и т.д.

– Вы видите в этом тренд? Или это просто разные, не связанные между собой истории?

– Очевидно, что это тренд. Лишать аккредитации – это запрещенный удар. В руководстве лиги сидели разные люди, но никому в голову такое не приходило.

Это решение только обостряет ситуацию. Многие руководители в хоккее обращаются ко мне: «Мы приняли такое-то решение. Сейчас объясним тебе логику». Я всегда прислушиваюсь, даже если не согласен с ней, вхожу в положение, доношу объективную позицию до своей аудитории. Иногда могу звонить сам, просить объяснений.

Вот этот канал связи с КХЛ у нас теперь точно пропал.

– Вы уже ощутили последствия отзыва аккредитации?

– Ощутил. Я уже сообщил, что меня исключили из состава «Это хоккей, Брат!» по настоянию КХЛ. И «Фонбет», и коллектив программы пытались меня отстоять, но не получилось. Забавно вспомнить, что я получал приз от КХЛ как лучший журналист по линии этой программы.

Что будет с передачей дальше и в каком формате она будет выходить – честно говоря, мне уже это неинтересно.

– Как планируете работать в новом режиме?

– Я работаю не для КХЛ – я работаю для болельщиков. Постараюсь оставаться таким же интересным. Я уже проходил периоды, когда кому-то не нравился в руководстве российского хоккея, пройду и этот.